Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу женщины алакульской культуры эпохи бронзы. Селивановский могильник / Абзелиловский район РБ. Автор Нечвалода А. И.

Автор: Веселовская Е.В.

Пластическая реконструкция выполненная по мужскому черепу из кургана 2 могильника Аралтобе (Атырауская область). Могильник исследован Западно-Казахстанской археологической экспедицией под руководством З.Самашева в 1999 году.
Автор пластической реконструкции канд. биол. наук, доцент, старший научный руководитель лаборатории антропологической реконструкции Центра физической антропологии Института этнологии и антропологии РАН Е.В. Веселовская

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины гунно-сарматского времени. Могильник Соленый Дол / Челябинская область.

Автор: Герасимов М.М.

Качуг (р. Лена) Раскопки Окладникова А.П.

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу женщины золотоордынского времени. Мавзолей Хусейн-бека / Чишминский район РБ.

Автор: Герасимов М.М.

Китойский могильник находится на лев. бер. Ангары в 5 км ниже устья р. Китоя (в местности «Ярки»). В 1880—81 Н. И. Витковский произвел здесь раскопки 24 могил неолитической культуры. По богатству найденного погребального инвентаря К. м. является первоклассным доисторическим памятником

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины кыпчака золотоордынского времени. Могильник Линевка I / Оренбургская область.

 

Автор: Лебединская Г.В.

Скульптурная реконструкция выполненная по черепу мужчины из кургана у с. Квасниковка, Саратовская область, недалеко от г. Энгельса. Погребение датировано XII-XIII вв. Определено как половецкое. 

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины сакской культуры. Курганная группа Иртяш 14 / Челябинская область.

Автор: Алексеева Е.А. Атласовское погребение 1

Atlasovskoe101
Одиночное мужское погребение с некоторыми артефактами было случайно обнаружено рабочими в 2003 г. у озера Атласовское в пригороде г. Якутск на территории ботанического сада Якутского государственного университета (ныне Северо-восточный федеральный университет им. М.К. Аммосова). Положение костей указывало на сидячее положение тела в погребении. В захоронении были найдены остатки лука и колчана со стрелами.  Эта находка представляет одно из наиболее ранних древнеякутских погребений, относящихся к кулун-атахской 
Останки, обнаруженные в погребении, принадлежат мужчине, погибшему в возрасте 20-25 летпозднесредневековой культуре, имевшей распространение в Центральной Якутии и на Вилюе в XIV-XVI вв.
.
 

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины кимака. Могильник Аулиеколь / Казахстан.

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины ямной культуры. Могильник Кумсай / Казахстан.

Автор: Балуева Т.С. и Веселовская Е.В.

Реконструкция лица по черепу мужчины из кургана 5 могильника Талды II. Могильник расположен недалеко от села Касыма Аманжолова, 300 км. от г. Караганда Республики Казахстан. Погребение соотносится с тасмолинской культурой раннего железного века. Автор раскопок А.З. Бейсенов. 

Автор: Алексеева Е.А. Зелёный Яр

Zeleniy Yar 102

   Портрет мужчины 50-60 лет из погребения 27 историко-культурного объекта у поселка Зелёный Яр (г. Салехард, ЯНАО Тюменской области), включающий погребения двух периодов раннего средневековья (VIII-IX вв. и XII-XIII вв.).  Восстановление внешности мумифицированного мужчины проведено с использованием компьютерной томографии и 3D-печати. 

Автор: Герасимов М.М.

Маркина гора (Костёнки XIV) — палеолитическое поселение возрастом около 37 тыс. лет близ села Костёнки Хохольского района Воронежской области. Находится на второй надпойменной террасе правого берега реки Дон, на мысу, носящем название Маркина гора. Относится к группе поселений Костёнковско-Борщёвские стоянки или Костёнковский комплекс стоянок.

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины срубной культуры эпохи бронзы. Хусаиновские курганы / Давлекановский район РБ.

Автор: Пежемский Д.В.

Графическая реконструкция человека из Нижней Джилинды (Северная Бурятия)

Автор: Алексеева Е.А. Погребение из могильника Карасье IX

Karasye 102   Череп принадлежит женщине 35-40  лет  из погребения 2, кургана 11 могильника Карасье 9. Раскопки Шараповой С.В.
   Могильник относится к саргатской культуре, датируется эпохой раннего железа.
 

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины сармата. Филипповские курганы / Оренбургская область.

Автор: Алексеева Е.А. Святилище Усть-Полуй.

   Ust poluy 102Комплекс Святилище Усть-Полуй, расположенный в черте г. Салехард. В целом комплекс датируется преимущественно эпохой раннего железа и связан в той или иной мере с кулайской культурной общностью. Портрет женщины зрелого возраста.

Автор: Герасимов М.М.

Маркина гора (Костёнки XIV) — палеолитическое поселение возрастом около 37 тыс. лет близ села Костёнки Хохольского района Воронежской области. Находится на второй надпойменной террасе правого берега реки Дон, на мысу, носящем название Маркина гора. Относится к группе поселений Костёнковско-Борщёвские стоянки или Костёнковский комплекс стоянок.

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины эпохи неолита из погребения в гроте Камнгь Дождевой / Сведловская область.

Автор: Балуева Т.С. и Веселовская Е.В.

Бердикожа-батыр (1708-1786) - государственный деятель, полководец, происходил из рода шынышкылы древнего племени уйсын Старшего жуза, издревле занимавшего плодородные земли по рекам Талас, Арысь и удобные для ведения скотоводства предгорья Каратау. Предположительно, батыр родился в 1708 году в местности Шыршык (Чирчик) в междуречье Сырдарьи и Келеса в семье охотника Арык мергена. Бердыкожа-батыр участвовал во всех крупных битвах казахов с джунгарами и волжскими калмыками (по некоторым данным, это более чем 100 сражений). Казахская устная историо­логия повествует и о том, что он руководил крупным ополчением казахов Старшего жуза в составе единой освободительной армии хана Абылая во время сражений против джунгар, а в 1756 году храбро сражался в рядах армии Абылай-хана против вторгшихся в Казахстан многочисленных войск китайцев. В 1771 году во время «пыльного похода» Шанышкылы Бердыкожа-батыр активно воюет с волжскими калмыками, попытавшимися весной через Сарыарку переселиться на опустевшую после джунгар территорию. 
В начале января 1786 года в очередном походе против кыргызов трагически погибает Бердыкожа-батыр. Об этом скорбном для казахов событии подробно написал А. Левшин в своем знаменитом труде «Описание киргиз-казацких или киргиз-кайсацких орд и степей»: «Еще более пострадал от бурутов киргиз-казачий старейшина Бердыкожа…Отчаянный старейшина киргиз-казачий, зная нравы своих неприятелей, не мог надеяться на счастие в будущем, и потому с намерением ускорить конец свой, заколол бурута (кыргыза. – Авт.), который вез его к своему родоправителю. Раздраженные поступком сим буруты немедленно остановились и умертвили Бердыкожу самым бесчеловечным образом. Сначала отрубили ему голову, руки и ноги, потом распороли живот и сложили в оный все отсеченные члены». 
Кстати, изучение останков батыра учеными из лаборатории М. Герасимова также говорит о наличии «множества травм без следов заживления. Это свидетельствует о том, что эти травмы стали причиной смерти. Все травмы нанесены тонкими сабельными лезвиями. Несколько ранений были несовместимы с жизнью. Таким образом, убийство было крайне жестоким». 
Так, тщательное антропологическое исследование московскими учеными костей батыра показало, что на верхней трети левого плеча была глубокая рана, затронувшая кость, головка левой плечевой кости срезана очень сильным сабельным ударом, рассечена левая ключица, отсечен фрагмент правого сосцевидного отростка височной кости черепа, а также повреждены внутренние нижние поверхности нижней челюсти. 
Практически полная сохранность всех элементов скелета указывает на то, что тело все же не было осквернено. Видимо, в то время враг умел уважать достойного соперника.
По древним обычаям казахов его мазар был возведен на древней караванной дороге, связавшей города-оазисы Семиречья и присырдарьинского региона с северными и северо-восточными районами Казахской степи и с Западной Сибирью. Место захоронения батыра было зафиксировано и на карте Семипалатинской области, составленной во второй половине XIX века офицерами Генштаба Российской империи, и столетие спустя – на советской карте. 
К настоящему времени остались развалины мавзолея, возведенного в конце XVIII века. В июле 2011 года Институт архео­логии им. А. Маргулана организовал комплексную археолого-этнологическую экспедицию, которая точно определила место захоронения славного батыра. По словам местных жителей, мазар практически в целости и сохранности просуществовал до 60-х годов XX века. 
Он был возведен из сырцового кирпича, основание имело квадратную форму с размером каждой стороны в 6,5 м, толщина стен доходила до полуметра. Купол имел шлемовидную форму. 
 
 
Результаты экспертизы останков были опубликованы на сайте Евразийского государственного университета им. Л.Н. Гумилева:
 
 
 
 
 

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу женщины сакской культуры. Могильник Кумкуль / Челябинская область.

Автор: Нечвалода А. И.

Фото антропологической реконструкции (скульптурного бюста) головы по черепу мужчины эпохи энеолита с поселения Гладунино 3 / Курганская область.

Автор: Алексеева Е.А. Атласовское погребение 2 (анфас)

Atlasovskoe 201

Атласовское 2 захоронение было обнаружено в 2014 г. в районе Ботанического сада Северо-Восточного федерального университета, также случайно. В могильной яме были железные стремена и удила, нож в берестяных ножнах, железные ножницы, металлические детали головного убора, серьга, кожаные детали нагрудника с нашитыми металлическими бляшками. Останки принадлежали женщине, умершей в возрасте 30-40 лет. Захоронение датируется XIV-XVII вв. (углеродное датирование), относится к кулун-атахской позднесредневековой культуре, имевшей распространение в Центральной Якутии и на Вилюе в XIV-XVI вв.

Автор: Балуева Т.С. и Веселовская Е.В.

Реконструкция лица по черепу мужчины из кургана 4 могильника Талды II. Могильник расположен недалеко от села Касыма Аманжолова, 300 км. от г. Караганда Республики Казахстан. Погребение соотносится с тасмолинской культурой раннего железного века. Автор раскопок А.З. Бейсенов. 

 

Автор: Герасимов М.М.

Сунгирь 1 - пластическая реконструкция по черепу мужчины 40-50 лет, останки которого были найдены на верхнепалеолитической стоянке древнего человека на территории Владимирской области. Стоянка находится на восточной окраине Владимира в месте впадения одноимённого ручья в реку Клязьма, в километре от Боголюбово. Обнаружена в 1955 году при строительстве завода и исследована О. Н. Бадером.

Автор: Алексеева Е.А. Атласовское погребение 2 (профиль)

   Atlasovskoe 202Атласовское 2 захоронение было обнаружено в 2014 г. в районе Ботанического сада Северо-Восточного федерального университета, также случайно. В могильной яме были железные стремена и удила, нож в берестяных ножнах, железные ножницы, металлические детали головного убора, серьга, кожаные детали нагрудника с нашитыми металлическими бляшками. Останки принадлежали женщине, умершей в возрасте 30-40 лет. Захоронение датируется XIV-XVII вв. (углеродное датирование), относится к кулун-атахской позднесредневековой культуре, имевшей распространение в Центральной Якутии и на Вилюе в XIV-XVI вв.

Автор: Балуева Т.С. и Веселовская Е.В.

Рязанский князь Олег Иванович (1340?-1402). Княжил с 1350 по 1402 г.
Олег Иванович, в схиме Иоаким (ум. в 1402 году) — великий князь Рязанский с 1350 года. Наследовал княжение по смерти Василия Александровича. По одной из версий, сын князя Ивана Александровича (и племянник Василия Александровича), по другой версии - сын князя Ивана Коротопола. 
У князя Олега была трудная и противоречивая судьба и посмертная недобрая слава, которая была создана московскими летописцами и дошедшая до наших дней. Изменник, ставший все же святым. Князь, которого окрестили «вторым Святополком» на Москве, но которого любили рязанцы и были верны ему и в победах и после поражений, который является яркой и значимой фигурой в жизни Руси XIV века. Примечателен факт, в докончальной грамоте 1375 года между Дмитрием Ивановичем Донским и Михаилом Александровичем Тверским — основными конкурентами за господство и великое княжение Владимирское, в качестве третейского судьи по спорным делам указан князь Олег Рязанский. Это свидетельствует о том, что Олег являлся на тот момент единственно авторитетной фигурой, великим князем, не стоявшим ни на стороне Твери, ни на стороне Москвы. Более подходящую кандидатуру на роль третейского судьи найти было практически невозможно.
Княжение Олега — это ряд попыток отстоять самостоятельность и независимость рязанского княжества на татарско-московском перепутье в то время, когда национальные интересы требовали объединения русских сил в борьбе с Ордой. Отсюда, при невозможности полноценно сопротивляться ни татарам (только в запоздалом и кратковременном союзе с князем Владимиром Пронским был разбит и прогнан татарский отряд ордынского князя Тагая в 1365 г.), ни Дмитрию Донскому (в 1371 г. Олег, был разбит войсками Дмитрия Донского, под командованием князя Дмитрия Михайловича Волынского-Боброка в сражении при Скорнищево, после чего был заменен на княжестве в Рязани князем Владимиром Пронским, затем сумел вернуть себе княжение), колебания Олега то в сторону Москвы (разгром Рязани татарами в 1378 и 1379 гг. за союз с Москвой), то в сторону татар (союз с Мамаем перед Куликовской битвой в 1380 г.) и необходимость принимать удары за политическую двуличность (в 1381 г. унизительный договор о союзе с Москвой, помощь Тохтамышу в 1382 г.) и с той и с другой (в 1382 г. и от Тохтамыша и от Донского). В 1385 г., Олег воспользовавшись ослаблением Москвы, после нашествия Тохтамыша, захватывает Коломну и только при участии Сергия Радонежского была предотвращена очередная междоусобная война, Олег навеки мирится с Дмитрием Донским и в 1387 г. состоялась свадьба его сына Федора на дочери Дмитрия Софье: к тому же интересы зятя, смоленского князя Юрия Святославича, требуют особого внимания к агрессивной политике Витовта Литовского, стремящейся захватить Смоленск. Столкновения с Витовтом на Литовской и Рязанской территории (1393—1401) и с мелкими татарскими отрядами на границе не позволяют Олегу думать о возвращении ряда населенных мест, уступленных Москве еще в 1381 г.
Перед самым концом жизни, мучимый раскаянием за всё, что было в ней темного, он принял иночество и схиму под именем Иоаким, в основанном им в 18 верстах от Рязани Солотчинском монастыре . Там жил он в суровых подвигах, нося власяницу, а под ней стальную кольчугу, которую не захотел надеть, чтобы оборонять отечество против Мамая. Инокинею окончила свою жизнь и его супруга — княгиня Евфросинья. Их общая гробница находится в соборе обители.

Автор: Алексеева Е.А. Брусницын Л.И. (1784/86 - 1857)

Brusnicin 102Брусницын Лев Иванович (1784/86 - 1857 гг.) - сын мастерового, с 1795 г. начал работать на Екатеринбургских золотых приисках, промывальщиком на золотодробильной фабрике. За усердие в 1813 г. утверждён похштейгером. Много лет проводил поиски рассыпного золота, в 1814 г. открыл существование золотоносных слоёв в долинах рек Урала (в отличие от малоэффективной лоточной старательной промывки на берегах). Изобрёл механизмы и проработал  технологию промышленной добычи рассыпного золота. Направлялся во все регионы России, где обучал и внедрял свой метод поиска и добычи, что привело к перевороту в золотодобывающей промышленности и позволило России к 1830 году выйти на первое место в мире по добыче золота. В 1814 г. получает чин обер-похштейгера, а в 1835 г. - чин обер-штейгера. В 1845 г. ушёл в отставку, был награждён серебряной медалью.

Автор: Алексеева Е.А. Зелёный Яр

Zeleniy Yar 102

   Портрет мужчины 50-60 лет из погребения 27 историко-культурного объекта у поселка Зелёный Яр (г. Салехард, ЯНАО Тюменской области), включающий погребения двух периодов раннего средневековья (VIII-IX вв. и XII-XIII вв.).  Восстановление внешности мумифицированного мужчины проведено с использованием компьютерной томографии и 3D-печати. 

Автор: Алексеева Е.А. Сергеляхское захоронение

   SERGELAHSKOE 102Сергеляхское захоронение было найдено в районе Сергеляхского шоссе, г. Якутск, Республика Саха (Якутия). По AMS-датированию возраст погребения - середина XV-начало XVI вв., т.е. оно относится к кулун-атахской позднесредневековой культуре, имевшей распространение в Центральной Якутии и на Вилюе в XIV-XVI вв.
   Останки в погребении принадлежат мужчине, погибшему в возрасте 35-45 лет. Повреждения черепа указывают на смерть человека от ран, нанесенных клинковым оружием. 

Автор: Нечвалода А.И. Курганный могильник Мандесарка-6

mandes2.jpg   Скульптурная реконструкция по искусственно деформированному черепу женщины из курганного могильника Мандесарка-6 (Челябинская обл.). Позднесарматская культура II-III вв. н.э. Автор раскопок Мария Макурова. Автор Алексей Нечвалода. Тонировка реконструкции Елена Нечвалода. Материал: пластик, акриловые краски. Экспонирование: Музей-заповедник «Аркаим».

           

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 mandes1.jpg

Arkaim_f.jpg

Автор: Алексей Нечвалода. Последний император инков Атаульпе (?)

Скульптурная реконструкция по мануальной модели черепу № 34640 (предположительно идентифицируемый, как принадлежащей последнему императору инков Атаульпе (?)) хранящемуся в Музее человека в Париже.Фото черепа предоставлены Музеем человека.

Автор Алексей Нечвалода. Матерал: пластик, акриловые краски.ataualpa.jpg


Атауальпа_1.jpg

Автор: Никитин С.А. "Уржарская принцесса"

   Скульптурная реконструкция по черепу женщины из Уржарского района Восточно-Казахстанской области, где в одном из курганов было найдено неграбленое погребение женщины сакского времени.    При погребенной обнаружены керамические и деревянные сосуды и кости жертвенного животного - овцы. На костях человеческого скелета сохранились остатки ткани от одежды синего и зеленого цвета. У головы погребенной найдены золотые серьги и каменный жертвенник - непременный атрибут женских захоронений того времени.    Наибольшую ценность представляет остроконечный золотой головной убор, богато украшенный растительными узорами и зооморфным орнаментом. Головной убор имеет также стреловидные навершия украшенные спиралью из золотой проволоки. Нижняя часть изделия была украшена древними зергерами рифлёными подвесками. По форме и орнаментальному воплощению, находка напоминает народные казахские женские головные уборы саукеле и борик. Фото: О. Белялов    

Автор: Алексей Нечвалода. Реконструкция по черепу мужчины из срубно-алакульского могильника Ташла I

   Скульптурная реконструкция по черепу мужчины из курганного могильника Ташла-I. Срубно-алакульский синкретический могильник. Раскопки Янины Рафиковой. Автор Алексей Нечвалода. Материал: гипс тонированный. Экспонирование: Национальный музей Республики Башкотостан.           

Автор Нечвалода А.И.: Реконструкция по черепу мужчины позднесарматского времени из могильника Танабереген II

   Скульптурная реконструкция по черепу мужчины с искусственно деформированному черепу из могильника Танаберген II. Позднесарматская культура III в. н. э. (Западный Казахстан). Раскопки Армана Бисембаева.    Автор Алексей Нечвалода. Материал: гипс тонированный. Экспонирование: Актюбинский историко-краеведческий музей.

Автор Алексей Нечвалода: Скульптурная реконструкция по черепу мужчины из к. 16 мог. Берель (Казахстан). Пазырыкская культура

   berel_male.jpg Скульптурная реконструкция по черепу мужчины из кургана 16 Берелского курганного некрополя (Казахский Алтай). Пазырыкская культура V-IV вв. до н. э. Раскопки Зайнуллы Самашева.
   Автор Алексей Нечвалода. Материал: пластик, акриловые краски.
   Экспонирование: Национальный музей Республики Казахстан.

Автор Алексей Нечвалода: Скульптурная реконструкция по черепу мужчины из к. 16 мог. Берель (Казахстан). Пазырыкская культура

    Скульптурная реконструкция по черепу мужчины из кургана 16 Берелского курганного некрополя (Казахский Алтай). Пазырыкская культура V-IV вв. до н. э. Раскопки Зайнуллы Самашева.   Автор Алексей Нечвалода. Материал: пластик, акриловые краски.   Экспонирование: Национальный музей Республики Казахстан.

Автор Алексей Нечвалода: Скульптурная реконструкция по черепу женщины из к. 16, мог. Берель (Казахстан). Пазырыкская культура

   Скульптурная реконструкция по черепу женщины из кургана 16 Берелского курганного некрополя (Казахский Алтай). Пазырыкская культура V-IV вв. до н. э. Раскопки Зайнуллы Самашева.   Автор Алексей Нечвалода. Материал: пластик, акриловые краски.   Экспонирование: Национальный музей Республики Казахстан  

Автор: Алексеева Е.А. Реконструкция лица по черепу мужчины из могильника Устюг 1 (Бакальская культура)

   Курганный могильник Устюг 1 (V-VI вв. н.э.), бакальская культура. Портрет мужчины 35 - 40 лет. Расположен в среднем течении р. Тобол, на территории Заводоуковского р-на Тюменской обл. Раскопки Матвеевой Н.П. 2009-2012 гг.

Новости

Жизнь и смерть «Алтайской принцессы»

4690ccf9ed86a3b8b334677ba367276f.jpg

   За последние полвека гуманитарный исследовательский арсенал пополнился методами естественнонаучных дисциплин, в том числе методом рентгеновской компьютерной томографии, открывшим новые перспективы в археологии и антропологии. Так, посмертная магнитно-резонансная томография, применяющаяся сегодня прежде всего в судебно-медицинской практике, позволяет выявить различные патоморфологические изменения тканей, произошедшие в результате различных заболеваний и травм, достоверно указывая на причину смерти. 

   Методы современной неразрушающей визуализации дают принципиально новые возможности для анализа характера развития древних культур, их локализации и динамических процессов археологических общностей, позволяя уточнить подробности существования человека в античный период. Так, антропологические патологоанатомические исследования с помощью технологии рентгеновской компьютерной томографии (РКТ) уже доказали распространенность атеросклероза во времена древнеегипетской цивилизации (Thompson et al., 2013).

   Женщина была очень исхудавшая: вследствие болезни подкожный жировой слой у нее минимален, поэтому не было необходимости в его удалении, как это происходило при мумификации более тучных пазырыкцев из Второго и Пятого Пазырыкских курганов. Тела этих погребенных были покрыты многочисленными швами на местах удаления подкожной клетчатки – вплоть до стоп ног. Такая процедура была необходимым шагом, поскольку процесс разложения начинается именно с жировой ткани. Кстати, С. И. Руденко при исследовании мумии престарелого вождя из Второго Пазырыкского кургана (1953), которая потом была утрачена, также отметил сильно развитую подкожную жировую клетчатку и тучность тела.

   Радиологические и клинико-диагностические технологии применялись при исследовании Эци («человек во льду»), у которого было обнаружено множество скелетно-мышечных повреждений и патологий, таких как остеоартрит дугоотросчатых суставов шейного отдела позвоночника и правого тазобедренного сустава, остаточные проявления переломов ребер, обморожение пальцев, рана от стрелы и др., а также атеросклероз и болезнь Лайма (Kean et al., 2013).
Богатую антропометрическую информацию для установления возраста дают радиологические и патоморфологические исследования мозгового и лицевого черепа, строения зубных рядов; эти исследования позволяют также подробно анализировать эволюцию античной технологии бальзамирования покойников (Полосьмак, 2000; Smith et al., 2012).

Находка в «замерзшем погребении»

   Объект нашего исследования, известный широкой публике по средствам массовой информации под именем «алтайской принцессы», был обнаружен в 1993 г. на плато Укок в Горном Алтае, на границе с Монголией. В кургане № 1 могильника Ак-Алаха-3 скифской эпохи была найдена забальзамированная мумия женщины в «замерзшем» погребении, относящемся к пазырыкской культуре, представители которой в V—III вв. до н. э. населяли эти места.
Возраст находки – около 2,5 тыс. лет (погребение относится к 413 г. до н. э. по дендрохронологическому анализу). Степень сохранности мумифицированного тела свидетельствует о том, что оно постоянно находилось в замороженном состоянии, без оттаивания (Чикишева, 2000).
    Патологоанатомические исследования находки проводились в 1993 г. в Институте археологии и этнографии СО РАН (Новосибирск) доктором Р. Хаури и доктором У. Блатер из Института судебной медицины Цюрих-Ирхельского университета (Швейцария). По их мнению, состояние кожных покровов мумии свидетельствует о том, что тело после смерти до погребения сохраняли от трех месяцев до полугода, при этом сама смерть наступила, возможно, в январе. Возраст погребенной женщины был оценен в 28—30 лет, что соответствует средней продолжительности жизни пазырыкских женщин (Хаури, Блаттер, 2000).

  В 1993—1994 гг. найденные останки были законсервированы проф. В. Л. Козельцевым и В. И. Семке по технологии, разработанной в Центре биологических структур НПО ВИЛАР (ныне НИиУМЦБТ ВИЛАР— Научно-исследовательский и учебно-методический центр биомедицинских технологий ВИЛАР, Москва). Метод ребальзамирования не препятствует научным исследованиям и позволяет содержать мумию доступной для обозрения, т. е. при комнатной температуре.
27 июня 2010 г. впервые в России было проведено исследование мумии на магнитно-резонансном томографе «Achieva Nova» (производства «Philips», с индукцией магнитного поля 1,5 Тл) в Международном томографическом центре СО РАН (Новосибирск). Для этого исследования специально был выбран выходной день, чтобы пациенты не «пересекались» с мумией.
   Мумия была уложена на специальном деревянном помосте, размер которого, с одной стороны, поволял ему входить в туннель томографа, а с другой – не допускал изменения положения мумии по сравнению с музейным. Все время исследования останки были герметически закрыты непрозрачной пленкой, под которой находились специальные вещества – антисептики и увлажнитель для сохранения водного баланса.
В результате исследования были получены МР-томограммы всего тела мумии. Поствизуализационная 2D- и 3D-обработка и клинико-анатомический анализ изображений проводился в отделе экспериментальной и клинической нейронауки на базе лаборатории научно-клинической МРТ в НИИ физиологии и фундаментальной медицины СО РАМН (Новосибирск).

3dbb72bfd0ac5d2bd7fac5d9fb8b2400.jpg


Рис. 2. Процедура морфометрической оценки роста мумии. Использовались «опорные» точки: vortex мозгового черепа, шейно-грудной переход позвоночника (уровень диссекции), уровень центра головок бедренных костей (тазобедренные суставы), уровень менисков коленных суставов, центр блоков пяточных костей, плоскость плантарной поверхности стопы. Рис. 3. Трепанационное отверстие в нижней части затылка диаметром до 40–50 мм (измерение 45,3 мм), показано измерение сагиттального размера мозгового черепа (176,9 мм). Рис. 4. Артифициальное отверстие между глазницами и околоносовыми пазухами (зеленая стрелка). Желтые стрелки показывает уровни по позвоночнику. Рис. 5. Видны корни моляров правой верхней челюсти. Стрелки показывают ориентиры по трем первым шейным позвонкам

   Необходимо отметить, что уровень содержания воды в обезвоженных тканях антропоархеологических объектов снижен: 10,5±0,2% связанной и 4,2% свободной воды у мумии, против 20,1±1,3% и 56,7±1,1% – при посмертных измерениях тканей человека в течение 24 часов после смерти (Быков и др., 2000). Чтобы компенсировать низкий уровень МР-сигнала, связанный с низким содержанием воды в объекте, был использован специальный прием, позволяющий провести сканирование без сбоев и получить магнитно-резонансные изображения: для этого емкости с водой были расположены параллельно телу мумии, благодаря чему во время съемки был достигнут требуемый уровень устойчивости работы прибора.

   Добавим, что в предыдущих макроанатомических исследованиях длина (рост) мумии была оценена в 153,9 см (Чикишева, 2000). Оценка роста по МР-томограммам – 157,65 см, длины левой стопы – 21,7 см, правой – 21,3 см; ширина стоп на уровне плюсно-фаланговых сочленений – до 6,8 см. Надо отметить, что при жизни рост женщины был как минимум на 5–6 см больше, поскольку все межпозвонковые диски были дегидратированы и их ширина составляла 2—3 мм, что в 2—3 раза меньше нормы.

Мозговой и лицевой череп

   Еще при патологоанатомическом исследовании черепа в 1993 г. в нижней половине затылочной части было отмечено трепанационное отверстие диаметром около 40—50 мм, через которое был удален головной мозг (Хаури, Блаттер, 2000). На МР-томограммах этой области также было выявлено трепанационное отверстие. Антропометрические размеры мозгового черепа мумии составляют: длина – 176,9 мм, ширина – 136 мм, что сопоставимо со средними показателями современного человека (177 и 146 мм соответственно) (Степаненко, 2010).
   Также ранее было отмечено, что кости лицевого черепа между обеими глазницами, носовой полостью и параназальными пазухами (sinus maxillaries и оба sinus maxillaris) соединяет отверстие диаметром около 20 мм с зазубренными краями. Через это отверстие могли удалить глазные яблоки, слизистую оболочку носа и околоносовых пазух. Это отверстие также было нами визуализировано.

71202e6c46a3ad2cbf881b999a243744.jpg

Рисунки черепа мумии из могильника Ак-Алаха-3


   Краевых деформаций по наружным контурам костей головы и лица на МР-томограммах выявить не удалось из-за недостаточного уровня разрешения в этой зоне, но можно утверждать о явной асимметрии (смещении влево) мозгового черепа и нижней челюсти.
   В исследованиях 1993 г. была также определена псалидодонтная форма прикуса, а таже гиподонтия: отсутствие обеих третьих моляров нижней челюсти, обеих первых премоляров верхней челюсти и второго премоляра правой части зубного ряда верхней челюсти (удалены прижизненно), ­медиальных резцов нижней челюсти (утрачены посмертно). «Травматических» летальных (прижизненных) изменений не было обнаружено: кости мозгового черепа в лобно-теменной области и лица сохранены, на темени имеется слабо уплощенный участок округлой формы, который мог быть следствием местного нарушения нервно-сосудистой сети, вероятно, из-за небольшого пучка волос, который совмещался с отверстием в парике (остальная кожа головы была обрита для ношения парика) (Хаури, Блаттер, 2000).
   К сожалению, на полученных МР-томограммах невозможно было визуализировать все зубные ряды, хотя некоторые зубы верхней челюсти и их корни были видны: низкий сигнал от тканей зуба выделялся на фоне более высокого сигнала в альвеолярном отростке в челюсти.
   Головной мозг в полости черепа отсутствует: сниженный МР-сигнал указывает, что там находится воздух.
Величину угла нижней челюсти оценивали между касательными линиями к телу и ветви нижней челюсти. Височно-нижнечелюстные суставы и нижняя челюсть имеют свои особенности: угол нижней челюсти больше прямого и составляет 103,9°. Для сравнения: у гейдельбергского человека этот показатель достигал 95°, у неандертальца – 100°, у современного человека – 130°. Подобные изменения в индивидуальном плане связывают с формированием прикуса, а в эволюционном – с развитием речевой функции за прошедшие 2,5 тыс. лет. Поскольку, как упоминалось выше, зубные ряды у мумии достаточно хорошо сохранились, результаты ее томографического исследования могут быть использованы для подтверждения второго предположения.

Мягкие ткани: кожные покровы, клетчаточные пространства, молочные железы

   Судя по томограммам, толщина подкожно-жировой клетчатки у мумии значительно варьирует и составляет от 2–3 мм на левой кисти и предплечье до 13—16 мм на ягодицах и бедрах.
   Кожа правой кисти и фрагмента предплечья проксимальнее лучезапястной складки, утолщена до 7—8 мм против 2—3 мм на левой кисти и предплечье и при этом резко отечна. Такая ситуация может развиваться при развитии локальной лимфедемы (нарушением оттока лимфы) или развитии воспалительного процесса типа флегмоны, и ее можно связать с блокированием лимфооттока на уровне лимфоузлов подмышечной впадины. Мягкие ткани проксимальной части предплечья и плеча правой руки утрачены, возможно, по этой же причине: прижизненно отечные ткани имеют низкую резистентность – как в случае инфекционного, так и онкологического процесса.
   Внутренних органов не было обнаружено, поскольку перед захоронением тело женщины мумифицировали: были удалены хрящевые части ребер и грудина, вскрыта и «очищена» от внутренних органов брюшная полость; череп и шейные позвонки были отделены от туловища. Когда мумия была найдена, ее грудная, брюшная полости и полость таза были заполнены гомогенным торфоподобным матриксом из волокнистых компонентов – смеси трав, конского волоса, шерсти, песка и глины (Хаури, Блаттер, 2000).

016ced490dd3b21a45955822957db9c5.jpg


Рис. 7. Клетчаточные пространства (MPR 3D-реконструкция). Обозначения: 1 – правая молочная железа; 2 – премаммарное клетчаточное пространство, справа; 3 – аксиллярное клетчаточное пространство, справа; 4 – клетчаточное пространство шейногрудного перехода, справа; 5 – клетчаточное пространство шейногрудного перехода, слева; 6 – подкожно по задней поверхности грудной клетки, справа; 7 – подкожно по задней поверхности грудной клетки, слева; 8 – подкожно по задней поверхности брюшной полости, справа; 9 – клетчаточные пространства малого таза, справа; 10 – паховое клетчаточное пространство, справа. Рис. 8. Левая молочная железа – достаточно гомогенной МР-структуры. Контур органа показан полыми стрелками. Видна жировая ткань левой аксиллярной ямки (без отечности и без узловых включений) и левый плечевой сустав. Серия вертикальных зеленых стрелок показывает уровни по позвоночнику. DISSECTION – уровень артифициального рассечения на уровне шейно-грудного перехода. Рис. 9. Правая молочная железа (указано закрашенной стрелкой). В структуре железы имеется сфероидный узел (тонкая стрелка). В подмышечной впадине можно видеть два овоидных плотных объекта (две молниеобразные стрелки). Серия вертикальных зеленых стрелок показывает уровни по позвоночнику. DISSECTION – уровень артифициального рассечения на уровне шейно-грудного перехода.


   На томограммах также зарегистрирована редукция объемов полостей и практически нулевой МР-сигнал. Поскольку все внутренние органы были удалены при мумификации, представляется абсолютно невозможным сделать заключение об их прижизненном состоянии.
   Тем не менее при МРТ-исследовании были выявлены остаточное количество жировой ткани, располагающейся подкожно на спине по задней поверхности туловища (с обеих сторон от позвоночника) и ягодицах, в правом премаммарном пространстве, в зоне шейно-грудного перехода (с обеих сторон), в тазовой полости (справа), в правой подмышечной впадине и в правой паховой области. Эта ткань имела повышенный МР-сигнал, указывающий на наличие в ней диффузного жидкостного компонента; общий объем ткани составлял до 287,54 см3. Поскольку явных повреждений кожи спины не выявлено, то эти изменения можно связать с развитым отечным (гипостатическим) процессом – например, с началом формирования пролежней.
   При визуализации молочных желез обращает на себя их несимметричное строение и разнохарактерный МР-сигнал. Есть основания считать, что левая железа была реконструирована 2,5 тыс. лет назад с помощью набивки торфоподобным материалом; правая железа имеет признаки «жирового» перерождения (Хаури, Блаттер, 2000).
   По МР-сигналу левая железа гомогенна, а правая – гетерогенна, при этом в ее структуре (в верхнемедиальном квадранте) имеется отечное клетчаточное премаммарное пространство размером до 14×48×56 мм, а рядом – сфероидный узел размером 20×17×15 мм. В правой подмышечной впадине можно видеть два овоидных плотных объекта размером 13×9×12 мм – в верхней половине аксиллярной ямки; и 16×14×15 мм – в нижней половине.
   Не исключено, что все это может быть результатом бальзамического пропитывания – первичной либо повторной мумификации, но наличие асимметрии аксиллярных пространств, плотных узлов в правом аксиллярном пространстве и узла в правой молочной железе указывают на наличие прижизненного процесса, распространявшегося от центра на периферию по клетчаточным пространствам, где достаточно четко выявляются плотные объекты овоидно-сфероидной формы размерами от 2–3 до 13–16 мм.
   В патологоанатомическом плане можно предположить, что мы имеем дело с тканями, обладающими аномальными свойствами; наиболее вероятно – с первичной опухолью в правой молочной железе и с лимфатическими узлами, пораженными опухолевыми метастазами, в правой аксиллярной ямке и в клетчаточных пространствах шейно-грудного перехода, окружающего тела первых трех грудных позвонков, также явно пораженных патологическим процессом, о которых речь пойдет ниже.
   Если повышенная отечность тканей мумии имеет прижизненное происхождение, то это объясняется повышением содержания свободной диффузной жидкости за счет метастатического (онкологического) блокирования лимфатических путей оттока тканевой жидкости. Эти изменения, несомненно, характерны для раковой болезни вследствие неопластической патологии молочной железы.

Позвоночный столб

  На МР-томограммах было проведено определение числа позвонков: в шейном отделе обнаружено 7 позвонков, в грудном – 12, в поясничном – 5, что соответ­ствует современным данным.
   В грудном отделе позвоночник сглажен (вероятно, посмертно), имеются прижизненные деформации тел позвонков как последствия компрессионных переломов, грыжи Шморля в различных фазах формирования, сподилезные разрастания и зафораменальные протрузии межпозвонковых дисков, особенно в нижней половине грудного отдела и в поясничном отделе позвоночника. Эти прижизненные изменения носят микротравматический и дистрофический характер, что контрастирует с молодым возрастом женщины.
   В телах позвонков Th1, Th2 и Th3 выявляется значительное снижение МР-сигнала и деформация наружных контуров, что может указывать на прижизненное патологическое поражение губчатой костной ткани этих элементов, вероятно – метастатическим онкопроцессом, тем более что они «окружены» с обеих сторон паравертебральной клетчаткой с проявлениями резкой отечности.
   Можно заключить, что у этой женщины при жизни были множественные проявления остеохондроза: формирующиеся грыжи Шморля в грудном и поясничном отделах, клиновидные деформации тел позвонков, явления спондилеза и спондилолистеза практически во всех отделах и снижение высоты тел позвонков. Все это явилось следствием достаточно высоких травмирующих механических вертикальных нагрузок при жизни.

Кости и связки: конечности, плечевой и тазовый пояс

   По данным судебно-медицинского исследования 1993 г., все кости скелета – ребер, таза и конечностей – отличались хорошей сохранностью (Хаури, Блаттер, 2000).

59bfd78a289af7b0d393f208a5b2b676.jpg


Рис. 18. Левый локтевой сустав. А – articulatio humeroradialis, Б – articulatio humeroulnaris (в структуре olecranon’а – отечный очаг) Рис. 19. Левый плечевой сустав (параллельные срезы)

   МР-томография также не выявила каких-либо патологических изменений в структуре ребер. Кости левой кисти – без признаков поражения, подкожная клетчатка – без признаков отечности. Кости правой кисти – также без видимой очаговости, но имеется диффузная отечность и утолщение подкожно-жировой клетчатки проксимальнее луче-запястной складки.

   Левый локтевой сустав выглядит неизмененным, но в структуре локтевого отростка локтевой кости имеется отечный очаг размером до 9×7×8 мм.

   Поскольку из-за утраты мягких тканей правого плеча уровень МР-сигнала от правого плечевого сустава был низким, для его визуализации была использована технология наложения изображений программы «Radiant Dicom Viever 1.9.2.». По верхнему контуру головки правой плечевой кости был обнаружен дефект глубиной до 3,5—4,5 мм. Отчетливая отечная структура толщиной до 4 мм в зоне этого дефекта кости явно указывает на прижизненный травматический характер этого изменения. Отечный очаг был обнаружен и в акромеальном конце правой ключицы.
   В левом тазобедренном суставе можно отметить субхондральные диффузные отечно-эррозивные изменения глубиной до 2–4 мм. Угол шейки по отношению к телу бедренной кости составляет 129,2° – как и у современного человека (130°).
   Визуализация правого тазобедренного сустава показала, что на момент исследования он был вывихнут: головка бедренной кости была выведена из гленоидальной ямки на 17 мм кпереди, а большой вертел из латерального положения переместился назад. На головке правой бедренной кости имеются субхондральные диффузные склеротические изменения глубиной до 5 мм. Угол шейки по отношению к телу бедренной кости составляет 129,2°.
   Капсула этого сустава имеет явную отечность со скоплениями жидкости внутри суставной капсулы, с выраженной отечностью в прилежащей клетчатке правой паховой области. Именно эти данные позволяют утверждать, что изменения правого тазобедренного сустава носят прижизненный характер. В сочетании с травматической деформацией головки правой плечевой кости, деформацией передней крестообразной связки правого коленного сустава (о которой речь пойдет ниже) и деформации поясничного отдела по-звоночника по типу сублистеза они дают основания предположить значительную прижизненную травму. Это могло произойти при падении с лошади.
   Поскольку пояс нижних конечностей у мумии при томографии находился не в ортогональной позиции, для измерения размеров малого таза пришлось использовать технологию 3D MPR.
   Расстояние между большими вертелами бедренных костей оценено в 19 см, но, учитывая вывих правого тазобедренного сустава, можно говорить о том, что при жизни оно было равно 23,0–23,5 см (современная норма – 30—31 см).     Расстояние между передними верхними остями подвздошных костей составило 19 см (современная норма – 25—26 см).

   Томографические исследования выявили одну важную особенность строения тела женщины. У нее был, по современной медицинской терминологии, «плоскорахитический, или общесуженный, плоский таз». По суще­ствующим в современном акушерстве классификациям степеней сужености таза (Литмана и Крассовского) в ее случае показано кесарево сечение, естественные роды опасны для жизни (Гайворонский, Бессонов, Ниаури, 2012). Таким образом, становится понятно, что женщина не имела детей – первые же роды убили бы ее.

   Особенности физического строения тела женщины подтверждают наше предположение, сделанное на основе характера погребального обряда (одиноко стоящий курган), о безбрачии женщины как следствии ее особого положения в обществе
   Поскольку измеренные наружные размеры малого таза мумии значительно отличаются от нормы, а размеры черепа ее самой и ее взрослых современников и современного человека схожи, то закономерно встает вопрос о размерах полости малого таза. Его размеры – принципиально важный вопрос для деторождения, поскольку малый таз представляет собой костную часть родового канала: его задняя стенка состоит из крестца и копчика, боковые образованы седалищными костями, а передняя – лобковыми костями и симфизом.
   Размеры малого таза у мумии оказались гораздо меньше, чем у современных женщин. Опираясь на современные акушерские нормы, можно говорить о III степени суженности таза, при которой невозможны естественные роды (в современных условиях показано кесарево сечение). С другой стороны, нельзя полностью исключить возможность деторождения. Можно предположить эволюцию биомеханики родов, поскольку строение крестца у мумии отличается от современного: межпозвонковые диски не утрачены – по-видимому, крестцовый отдел позвоночника был достаточно подвижен и только 2–3 верхних крестцовых позвонка являли собою единый крестец. Вполне возможно, что такое строение крестца компенсировало узость родового канала. Не исключено также, что в те времена у молодых особей соединения между костями таза могли быть более подвижными, чем в наши дни, поскольку репродуктивный возраст начинался у них уже в начале второго десятилетия жизни при ее средней продолжительности в 30–40 лет. Более того, в условиях относительно ограниченных пищевых ресурсов рождение крупного потомства было маловероятным.
   Что касается костей бедра, то в дистальной части диафизарной полости левой бедренной кости обнаружены отечно-склеротические овоидные очаги общим размером 19×16×76 мм. В метаэпифизарной зоне и в дистальной части диафизарной полости правой бедренной кости также обнаружены серийные отечные очаги общим размером 13×15×85 мм. Все эти изменения можно оценить как прижизненные остеомиелитические в остро-подострой фазе.

   В телах позвонков Th1, Th2 и Th3 выявляется значительное снижение МР-сигнала и деформация наружных контуров, что может указывать на прижизненное патологическое поражение губчатой костной ткани этих элементов, вероятно – метастатическим онкопроцессом, тем более что они «окружены» с обеих сторон паравертебральной клетчаткой с проявлениями резкой отечности

   На левом коленном суставе можно отметить элементы субхондрального склерозирования и сфероидные отечные очаги диаметром 4—13 мм в проксимальном эпифизе левой большеберцовой кости. Передняя крестообразная связка правого коленного сустава деформирована и утолщена, вероятно, в результате прижизненной травматизации.

6859a9e03732bfa4dc417d5cdee6065b.jpg

Рис. 20. Правый плечевой сустав. А – нативная томограмма; в акромеальном конце ключицы – очаг отечного плана. Б – технология наложения изображений из программы Radiant Dicom Viever 1.9.2. (64-bit); дефект по верхнему контуру головки плечевой кости

   В латеральной лодыжке (левая малоберцовая кость) имеется зона резкой отечности губчатого вещества до 15×25×10 мм; аналогичный очаг до 12×15×10 мм – в дистальном эпифизе левой большеберцовой кости. Правая большеберцовая и малоберцовая кости находятся в хорошем состоянии, без явных очагов, имеются лишь мелкие субхондральные отечно-склеротические изменения.

   В костях левой стопы выявлены очаги с отечной периферией и с МР-плотными темными центральными зонами. Эти изменения можно интерпретировать как проявления прижизненного инфекционного или, что более вероятно, метастатического процесса. Аналогичные, но менее интенсивные очаги выявлены в костях правой стопы.

Томографический «диагноз»

   Таким образом, магнитно-резонансная томография позволила выявить в мумии ряд очаговых изменений с повышенным МР-сигналом. Можно предположить несколько вариантов происхождения этих очагов, но необходимо отметить, что в любом случае они являются проявлением достаточно тяжелой патологии, которая могла быть причиной летального исхода. Можно назвать два наиболее распространенных варианта происхождения патологических очагов, тем более что по характеру МР-сигнала они отчетливо распадаются на две отдельные группы.
   Вариант первый – остеомиелит как проявление общего септического процесса. Сюда можно отнести очаги с высоким МР-сигналом, связанным с повышенным содержанием жидкости (т. е. выраженной отечностью), а множественность очагов можно интерпретировать как прижизненное септическое состояние. Тем более что в левой бедренной кости обнаружены отечно-склеротические очаги, очень похожие на постостеомиелитические очаги в подострой или хронической фазе (с элементами остаточной отечности и перифокального остеосклерозирования), а в правой бедренной кости – аналогичные очаги, но с более выраженной отечной реакцией, что можно интерпретировать как наличие того же процесса (сепсис, остеомиелит), но в более ранней (острой или подострой) фазе.
  Вариант второй – онкология. В пользу этого предположения говорит наличие округлого очага в правой молочной железе, очагов с низкой интенсивностью МР-сигнала, по локализации соответствующих лимфатическим узлам с патологическим (метастатическим) «содержимым», очагов, напоминающих метастазы опухоли в телах позвонков Th1, Th2 и Th3 и очагов с «плотным» центром и «яркой» периферической отеч-ностью в кубовидной кости левой стопы. Утрата мягких тканей правой руки в этом случае может быть связана с развитием лимфедематозных, а затем деструктивно-воспалительных изменений в этой зоне за счет прижизненного метастатического блока лимфоузлов в правой аксиллярной ямке. Вследствие этого ткани пораженной зоны оказались менее устойчивы к действию факторов внешней среды.
   Помимо вышесказанного, были обнаружены и остаточные проявления нелетальных прижизненных воздействий в виде микротравматических (стрессорных) изменений в костных структурах. Их происхождение можно объяснить с точки зрения биомеханики травм при том допущении, что исследуемый объект при жизни подвергался систематическим физическим воздействиям при подъеме тяжестей, верховой езде, падениях и ударах.
   Так, практически во всех крупных суставах, в межпозвонковых суставах и в суставах стоп были выявлены деформации артрозного или микротравматического типа, которые, возможно, явились последствиями хронического полиартрита.

1061f51e8920bf190389c1c04696cc78.jpg

Рис. 30. Левый коленный сустав. А – элементы субхондрального склерозирования и сфероидные отечные очаги в проксимальном эпифизе левой большеберцовой кости. Б – визуализируется достаточно сохранная передняя крестообразная связка (ПКС, показана стрелкой). Рис. 31. Правый коленный сустав. А – достаточно сохранный латеральный мениск. Б – передняя крестообразная связка (ПКС, показана стрелкой) – деформирована, утолщена, но ее форм-фактор сохранен

   Травматический локомоторный характер, вероятно, имеют вывих правого тазобедренного сустава и деформация головки правой плечевой кости, а также большая толщина передней крестообразной связки в правом коленном суставе при выраженной травматизация связки. Обращает на себя внимание, что все эти изменения храктерны только для одной, правой, стороны тела. Нужно добавить, что на рисунках черепа (Чикишева, 2000) хорошо видна четкая асимметрия костей лицевого черепа с деформацией и линией перелома правой верхней челюсти, с дефектом правой скуловой кости и асимметрией положения нижней челюсти за счет асимметрии височно-нижнечелюстных суставов. На МР-томограммах также была выявлена асимметрия мозгового черепа и асимметричное положение нижней челюсти. С судебно-медицинской точки зрения такие травмы вполне могли быть получены прижизненно. И хотя их можно отнести к травмам средней степени тяжести, их сочетание с вышеописанной патологией вполне могло привести к смерти, особенно на фоне далекого от нормы здоровья женщины.

Заключение

   Данные, полученные с помощью посмертной магнитно-резонансной томографии мумии женщины из «замершего» пазырыкского погребения, свидетельсвуют о выраженном действии на ее костный скелет и суставной аппарат жесткой функциональной нагрузки и неблагоприятных факторов (в основном травматического характера).
   Кроме того, результаты МР-томографии указывают на наличие достаточно тяжелых патологических изменений. Они свидетельствуют в пользу продолжения исследования тканей мумии в патоморфологическом аспекте на предмет верификации природы костных очагов, состояния правой молочной железы и оставшихся клетчаточных пространств, а также для поиска лимфоузлов, пораженных метастатическим процессом. На основании подобных находок можно будет с высокой долей вероятности утверждать, что женщина страдала от онкологического заболевания, развившегося на фоне поражения правой молочной железы. Второй возможной хронической прижизненной патологией мог быть септический процесс, остеомиелитические проявления которого были найдены на МР-томограммах. Тяжелая травма с поражением мозгового черепа и суставов могла быть «последней каплей, переполнившей чашу», и стать непосредственной причиной смерти.
   Если эти гипотезы найдут прямое – патоморфологическое, гистологическое, иммунологическое или генетическое – подтверждение, то можно будет достаточно уверенно судить о факторах внешней среды, воздействовавших на организм, о перенесенных заболеваниях и причине смерти этого антропоархеологического объекта, тем более что исследования в этом направлении в СО РАН в свое время уже были начаты (Докторов и др., 2000).
Что касается нашей дальнейшей работы, то планируется дальнейшая обработка МР-томограмм с целью усиления и дискриминации МР-сигнала на томограммах. Возможно, тогда удастся оценить индивидуальные особенности и эволюционные «аспекты» формы, структуры и функционирования костей черепа, тем более что результаты для сравнений и классификации в современной антропоархеологической литературе уже имеются (Smith et al., 2012).
   Участникам этой работы хотелось, в первую очередь, продемонстрировать возможности использования высокопольной магнитно-резонансной томографии для изучения антропоархеологических объектов с позиций посмертного МРТ-анализа. А поскольку эта технология уже заняла достойное место в антропоархеологии (Scherf, 2013), то мы надеемся, что наши усилия помогут методу МРТ стать достойным дополнением рентгенологическому методу изучения в археологии и палеоантропологии.

Литература

  • Jackowski Ch. Postmortem MRI-current applications and future developments // Int. J. Legal Med. 2012. V. 126 (Suppl. 1). P. S5–S21.
  • Jackowski Ch., Grabherr S., Schwendener N. Pulmonary thrombembolism as cause of death on unenhanced postmortem 3T MRI // Eur. Radiol. 2013. V. 23. P. 1266–1270.
  • Kean W. F., Tocchio Sh., Kean M., Rainsford K. D. The musculoskeletal abnormalities of the Similaun Iceman (‘‘O¨ TZI’’): clues to chronic pain and possible treatments // Inflammopharmacol. 2013. V. 21. P. 11–20.
  • Ribeiro M. M., Martins H., Carreiras M., et al. Brain anatomy characterization through post-mortem structural MR imaging // Surg. Radiol. Anat. 2013. V. 35. P. 659.
  • Scherf H. Computed tomography in paleoanthropology — an overview // Archaeol. Anthropol. Sci. 2013. V. 5. P. 205–214.
  • Smith M. J., Kneller P., Elliott D., et al. Multidisciplinary analysis of a mummified cranium claimed to be that of a medieval execution victim / Archaeol. Anthropol. Sci. 2012. V. 4. P. 75–89.
  • Thompson R. C., Allam A. H., Lombardi G. P., et al. Atherosclerosis across 4000 years of human history: the Horus study of four ancient populations // www.thelancet.com /Published online March 10, 2013. http://dx.doi.org/10.1016/S0140-6736(13)60598-X.
  • Воевода М. И., Ситникова В. В., Ромашенко А. Г. Расово- и этноспецифические особенности мтРНК представителей пазырыкской культуры. //Феномен алтайских мумий. Ред. А. П. Деревянко, В. И. Молодин. – Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2000. Гл. 4.7. С. 224–230.
  • Степаненко А. Ю. Влияние размеров мозгового черепа на морфометрические показатели мозжечка человека // Український медичний альманах, 2010. Т. 13. № 6. С. 151–155.
  • Феномен алтайских мумий. /Ред. А. П.Деревянко, В. И. Молодин. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2000. С. 320.

Источник: НАУКА ИЗ ПЕРВЫХ РУК

Авторы: 

#

Летягин Андрей Юрьевич

Д.м.н.
заведующий лабораторией
НИИ физиологии и фундаментальной медицины СО РАМН

#

 

 

 

 

 

 

Савелов Андрей Александрович

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
К.ф.-м.н.
Старший научный сотрудник
Международный томографический центр СО РАН

Курган для луноликой

6e6def4b9a67dd217dfb08cb2ef5450a.jpg

   До недавнего времени хунну – создатели первой в Центральной Азии кочевой империи – были известны лишь по китайским хроникам. Лишь в начале прошлого столетия в Северной Монголии обнаружены богатейшие погребения хуннской знати.
   В 2006 г. российско-монгольской археологической экспедицией был исследован 20-й Ноин-Улинский курган c погребальной камерой, расположенной на глубине более 18 м. Раскопки оправдали самые смелые ожидания: были найдены остатки китайской колесницы и богатой конской упряжи, вышитые шерстяные и шелковые ткани, лаковая посуда, серебряные и золотые украшения… В ковре, покрывавшем пол погребальной камеры, скрывался главный сюрприз: семь хорошо сохранившихся эмалевых чехлов женских зубов.
   Из-за практически полного отсутствия антропологического материала в захоронениях элитного слоя общества хунну, связанного с древним обычаем осквернения могил, находка зубов - большая удача для археологов. Благодаря анализу морфологических особенностей зубных коронок ученым удалось установить антропологические характеристики погребенной и род ее занятий.
   Сопоставляя полученные данные с характером найденного в погребении текстиля, можно с большой долей уверенности утверждать, что эта женщина была индийской представительницей парфянской культуры, возможно из Восточного Туркестана. Разобраться в судьбе молодой женщины, погребенной в 20-м Ноин-Улинском кургане, помогут дальнейшие исследования, основанные на всестороннем междисциплинарном изучении всего комплекса курганных находок

«Годы, люди и народы
Убегают навсегда,
Как текучая вода»
В. Хлебников

a14632a8e0fa130cfdd08e228da7047f.jpg

Раскоп 20-го кургана из Ноин-Улинского могильника хунну. Северная Монголия, 2006 г.

   Этот кочевой народ до начала XX в. был известен практически только по китайским хроникам. Вплоть до настоящего времени остается дискуссионным вопрос о предках хунну и истоках хуннского этноса.
   Согласно китайским летописям уже в середине III тыс. до н.э. хунну успешно грабили приграничные районы китайских царств. Северные царства Китая возвели стены, ограждавшие их от нападений кочевников, которые Цинь Шихуан, первый император объединенного Китая, соединил в единое оборонительное сооружение, известное в Европе как Великая китайская стена.
   А на рубеже III—II вв. до н.э. держава хунну – первая кочевая империя Центральной Азии, просуществовавшая более трех столетий, – сравнялась по статусу со знаменитой китайской империей Хань. Однако для западного мира до недавнего времени хунну были интересны лишь как предки гуннов – жестоких завоевателей, захвативших в первой половине нашей эры огромные территории от Волги до Рейна.
  «Плоть и кровь» хунны начали обретать лишь в начале XX в., когда в горах Ноин-Улы на севере Монголии были найдены захоронения представителей высшей знати хунну. Миру явились остатки великолепных шелковых тканей и крытых шелком войлочных ковров, изделия из лака и керамика, золотые украшения и серебряная конская упряжь… Мастерски выполненные предметы свидетельствовали не только о жизни самих хунну, но и о тесных связях между древними цивилизациями Востока и Запада.

Сокровища Ноин-Улы

   Ставшие впоследствии знаменитыми Ноин-Улинские курганы были случайно открыты в 1912 г. русским техником золотопромышленной компании А. Я. Баллодом. Наиболее успешными оказались археологические раскопки захоронений, проведенные в 1924—1925 гг. экспедицией известного русского исследователя и путешественника П. К. Козлова, которая и установила их принадлежность к хунну.
   В 2006 г. совместной российско-монгольской археологической экспедицией был исследован 20-й Ноин-Улинский курган, датируемый последними годами до н. э. – первыми годами н. э. Раскопки продолжались более пяти месяцев, с мая по октябрь: чтобы преодолеть невероятно тяжелый путь до погребальной камеры, расположенной на глубине более 18 м, пришлось разобрать четыре перекрытия из камней и вычерпать тонны воды.

db19cf662570cf85e0b61f2fd7477941.jpg

Из погребальной камеры 20-го кургана Ноин-Улинского могильника хунну, расположенной на глубине 18 м, были извлечены многочисленные предметы, сопровождавшие умершего в загробный мир. Среди них – украшения из золота и бирюзы, остатки шелковых и шерстяных одежд


   Погребальная камера, сложенная из соснового бруса, оказалось раздавленной и заполненной грунтовыми водами и мелкодисперсной глиной, а саркофаг разбит в щепу. Тем не менее все в камере осталось на своих местах, кроме самого погребенного – курган был ограблен (точнее – осквернен) еще в древности. В сосновом перекрытии погребальной камеры грабители сделали небольшой проруб, через который вытащили тело (или тела).
   Находки оправдали самые смелые ожидания: были найдены остатки китайской колесницы и богатой конской упряжи, вышитые шерстяные и шелковые ткани, лаковая посуда, прекрасно выполненные серебряные и золотые украшения… В войлочном, крытом шерстяной тканью ковре, закрывавшем пол погребальной камеры, скрывался главный сюрприз: семь человеческих зубов нижней челюсти. Вернее, это были не сами зубы, а их хорошо сохранившиеся эмалевые чехлы.

Отмщение мертвым

   Почему эта находка оказалась так важна для нас? Одной из проблем археологии хунну является фактически полное отсутствие антропологического материала из захоронений элитного слоя общества в отличие от погребений рядовых хунну. Главной причиной тому было разграбление (осквернение) погребений в древности.
Шаньюй – верховный правитель хунну. Первым правителем империи хунну был Модэ (Маодунь)
   Эти акции вандализма были направлены, в первую очередь, на самого погребенного. Например, из китайских источников известно, что «в царствование шаньюя Чжао-ди ухуаньцы мало помалу усилились и раскопали могилы хуннуских шаньюев в отмщение Модэ» (цит. по: Бичурин, 1950, с. 144).
   Осквернители Ноин-Улинских могил преследовали ту же цель – отмщение. Деревянные лаковые саркофаги, в которых находились тела умерших, в этих курганах всегда открыты. Вероятно, тела погребенных (или то, что от них осталось) и находившиеся на них украшения и оружие были вытащены из могил теми, кто знал, зачем, рискуя жизнью, они проникали в это «царство мертвых».
   О том, что происходило с останками людей дальше, можно только догадываться. Например, известно, что сами хунну в 70-х гг. II в. до н.э. при заключении договоров с представителями китайского двора пили жертвенную кровь, смешанную с опьяняющим напитком, из чаши, сделанной из черепа вождя юечжей, убитого шаньюем Лаошанем. В борьбе за власть и землю у кочевых народов еще со времен скифов осквернение принадлежавших врагам могил было одним из главных символических деяний победителей.
   Этот варварский обычай привел к тому, что в курганах хуннской знати Ноин-Улинского могильника кости погребенных сохранились лишь фрагментарно, и то не во всех курганах. К настоящему времени даже эти скудные антропологические материалы утеряны.

Чужая кровь

   Чрезвычайная скудость найденных человеческих останков из погребений хуннской знати привела к тому, что сегодня нам гораздо больше известно об антропологическом типе и физическом облике рядовых членов кочевой империи, чем о тех, кто ими управлял. Фактически, зная по имени не только всех хуннских шаньюев, но зачастую их жен и других родственников, мы совершенно не знаем их «в лицо».
   Хунну не раз могли непосредственно контактировать с представителями Римской империи. Известно, например, что римские легионеры под предводительством Красса, потерпевшие поражение в битве при Каррах в 53 г. до н.э. и сдавшиеся парфянам, были отправлены служить на восточную границу Парфии. Часть из них попала в войска шаньюя Чжичжи, вступившего в союз с парфянами. С помощью присланных ему римских легионеров он построил в долине р. Талас лагерь-крепость. Римские пехотинцы, «построенные подобно рыбьей чешуе», прикрывали ворота крепости при нападении китайских войск (Dubs, 1957). Однако в этой битве хунну были разбиты, Чжичжи обезглавлен, а судьба оставшихся в живых римских легионеров осталась неизвестной
   Из письменных китайских источников известно, что держава хунну в период своего расцвета была связана с империей Хань договором «мира и родства», а их правители называли друг друга братьями. Это означало, что китайских принцесс выдавали замуж за шаньюев. Всего женами шаньюев стали четыре ханьские принцессы, причем на двух из них женился сам основатель империи хунну Модэ, на двух других – его сын и внук. Хотя последний такой брак был заключен в 135 г. до н. э., известно, что в 33 г. до н. э. Юань-ди, одиннадцатый император династии Хань, пожаловал правителю хуннов пять красавиц из своего гарема. Одна из наложниц стала любимой женой шаньюя и родила ему сыновей.
   Встречались и иные ситуации: так, плененный китайский полководец Ли Лин, перешедший на сторону хунну и ставший наместником в «земле Хагяс» (Хакасско-Минусинской котловине) был женат на дочери шаньюя. Эти и многие другие факты свидетельствуют о том, что в жилах элиты хунну текла немалая доля китайской крови.
   Западный край – все земли, расположенные западнее Китая. Этот термин также использовался, особенно с I–II вв. н. э., для обозначения небольших государств в бассейне р. Тарим. Дорога через Таримский бассейн, по которой китайцы экспортировали шелк, стала известна как Великий шелковый путь
Влияние ханьского Китая на хунну подкрепляется и многочисленными археологическими свидетельствами. При раскопках курганов хуннской знати находят большое количество китайских вещей, перечень которых практически повторяет известные списки подарков, ежегодно посылаемых империей Хань хунну: колесницы, шелка, шелковая вата, лаковые, золотые и нефритовые изделия, одежда, зерно и т. д. Погребальный обряд хуннской элиты копировал погребальные традиции Хань. При ставке шаньюев было немало советников-китайцев, способствовавших внедрению китайской традиционной культуры и даже письменности в среду кочевников.
Следует заметить, что родственные связи с иноплеменниками были характерны не только для элиты, но и для всего хуннского общества в целом. Численность кочевников всегда была намного ниже, чем численность земледельцев, а постоянное участие хунну в военных действиях сокращало и без того немногочисленное население степи. Есть предположение, что у хунну была острая необходимость пополнять свои быстро редеющие семьи включением в состав своих родов и племен пленных и перебежчиков. И хотя в данном случае речь идет о китайцах, но среди пленных встречались представители и многих других народов степи и Запада. Известно, что как раз в рассматриваемый период времени (в 3 г. н. э.) Учжулю-шаньюй подписал с китайским правителем дополнения к договору, по которому хунну не должны были принимать перебегающих к ним китайцев, усуней, жителей Западного края и ухуаней.
   До сих пор в научной литературе доминирует точка зрения, что хунну была свойственна выраженная монголоидность и антропологическая однородность. Однако это противоречит всему, что известно о них по письменным источникам, и не согласуется с историей формирования населения Центральной Азии более древних эпох. Известные российские антропологи В. П. Алексеев и И. И. Гофман, исследовавшие материал из памятников хунну в Монголии и Забайкалье, отмечали, что «для памятников хунну мы вправе ожидать на любой территории самого разнообразного сочетания антропологических комплексов, поскольку локальные племенные группы населения, столетиями приуроченные к определенным местам обитания, будучи втянуты в орбиту хуннского племенного союза, пришли в движение». В качестве примера они приводят результаты исследований двух хуннских могильников Монголии – Тебш-Уул и Найма-Толгой: «Палеоантропологический материал первого, расположенного на юге Центральной Монголии, отличается резко выраженными монголоидными особенностями, второго – европеоидными. Если для наглядности прибегнуть к сравнению современного населения, то можно сказать, что люди, оставившие эти памятники, отличались друг от друга, как, скажем, современные якуты и эвенки – от грузин и армян». (Алексеев, Гофман, 1987, с. 236—237)
   Поэтому было бы неверным рассматривать хунну только в связи с их великим восточным соседом. На протяжении почти всей истории существования кочевого государства хунну стремились так или иначе контролировать торговые пути, соединяющие Китай с Западом. Это стремление, собственно, и было одной из основных предпосылок образования хуннской державы (Крадин, 2002). К началу н.э. хунну удалось подчинить своему влиянию весь Западный край и практически отрезать китайцев от прямых торговых путей в западные страны. Поэтому можно с уверенностью утверждать, что у хунну должны были существовать тесные культурные связи и с представителями западных цивилизаций, вплоть до Римской империи, а в общество хунну были интегрированы не только ханьцы и представители степных племен, но и выходцы из городских цивилизаций Запада. И в жилах хуннской знати текла не одна капля чужой крови.
На этот счет у нас пока имеются только археологические свидетельства – китайцев мало интересовали отношения хунну с его западными соседями, других же письменных источников по этому народу, помимо китайских, не существует. Зато в погребениях знати хуннов наряду с вещами китайского происхождения обнаружены шерстяные ткани, вышитые пологи, великолепные серебряные украшения и другие изделия, изготовленные далеко к западу от монгольских степей.

Зубной «паспорт»

   Эмалевые останки семи зубов, обнаруженные в 20-м Ноин-Улинском кургане, – материал более чем скромный. На первый взгляд, он не мог стать источником содержательной информации, позволяющей составить представление об их обладателе, ведь молекулярные палеогенетики определяют пол, возраст и расовую принадлежность погребенного по тканям зубов, которые в данном случае не сохранились. Тем не менее находка оказалась поистине уникальной: оказалось, что морфологические особенности зубных коронок позволяют установить важные антропологические характеристики погребенного (Чикишева и др., 2009).

0b3a4997ae4dc2e9b58b7dd570f85b58.jpg
Антропологический материал из погребения 20-го Ноин-Улинского кургана представляет собой хорошо сохранившиеся эмалевые чехлы от семи нижних зубов постоянной смены: правый и левый клыки, правый и левый первые премоляры, левые первый и второй моляры. На первом левом премоляре обнаружены фасетки искусственной стертости – линейные следы и неглубокие каверны. Такой тип деформации мог появиться при занятиях рукоделием – вышивании либо изготовлении ковров, когда нитки (вероятнее всего, шерстяные) перекусывали зубами


   Первое, что выяснилось, – это был не «он», а «она». Об этом, во-первых, свидетельствовала грацильность, т. е. отсутствие массивности зубочелюстного аппарата. Судя по стертости зубов, она была молода – 25—30 лет. Женщина, бесспорно, принадлежала к большой европеоидной расе, а именно к тем ее антропологическим вариантам, которые относятся к южному грацильному одонтологическому типу.
   По счастливому стечению обстоятельств, зубы женщины демонстрировали не нейтральные, а важнейшие расодифференцирующие признаки, встречающиеся в популяциях со сравнительно небольшой частотой. Более того, эти признаки связаны в очень редкий комплекс, характерный лишь для нескольких современных этнических групп, живущих в предгорьях и горах вдоль западного побережья Каспийского моря, а также в северных районах Индо-Гангского междуречья. В древности же этот одонтологический комплекс встречался среди населения Прикаспийско-Приаральской области.
   Тщательное исследование зубных остатков помогло не только установить этногенетический статус погребенной, но и получить уникальную информацию о самой ее личности.
   Специалист в области древних технологий, д. и. н. П. В. Волков (ИАЭТ СО РАН) при микроскопическом обследовании поврежденных поверхностей коронок зубов выявил два типа стертости – повреждения зубной эмали травматического характера. Первый, очевидно, образовался благодаря контакту зубов верхней и нижней челюсти при определенной форме прикуса.

2d49faf3b0b074eb8bbb621260318fc4.jpg

Остатки шерстяной ткани (слева), найденные при раскопках в Пальмире. Красной стрелкой показан уцелевший фрагмент орнамента. По: (Schmidе-Colinet, Stauffer, 2000). Миропомазание Давида. Стенная роспись синаноги в г. Дура-Европос. По: (Шлюмберже, 1985). Красными стрелками показан зубчатый орнамент на одеждах, совпадающий по рисунку с уцелевшим фрагментом орнамента на шерстяной ткани, найденной при раскопках в Пальмире (справа)


   Особый интерес вызвал второй тип стертости, обнаруженный на первом левом премоляре. Зона деформированной поверхности на нем представляет собой уплощенный участок со сглаженной краевой кромкой, на которой прослеживаются линейные следы и неглубокие каверны. Такой тип деформации мог сформироваться при длительном контакте зубной поверхности с каким-то эластичным нитеобразным предметом, загрязненным мелкими частицами.
Судя по археологическим находкам, можно предположить, что постоянным занятием женщины было рукоделие, – вышивание или шитье – в процессе которого ей приходилось перекусывать нитки. При этом она зажимала нить в зубах и отрывала коротким резким движением с оттяжкой вниз. Нити, скорее всего, были шерстяные, изготовленные прядением, – именно в таких относительно рыхлых нитях могло содержаться много абразивных частиц (скорее всего, песка).

Парфянские корни

   Так откуда же была молодая женщина, похороненная на рубеже нашей эры на севере Монголии в укромной пади поросших лесом гор Ноин-Улы?

3c92de2a837c7c2f242a15002474347e.jpg

Шерстяной ковер, простеганный спиральным орнаментом, из погребальной камеры 20-го Ноин-Улинского кургана. На покрывающей ковер ткани – светлый зубчатый орнамент (мерлон) – показан красной стрелкой

   Гандхара – древнее название области на северо-западе Пакистана, во II в. до н. э. – I в. н. э. входившей в состав Сако-Парфянского царства, а с I в. н. э. – Кушанского царства. 

   Парфянское царство – древнее государство, возникшее около 250 г. до н. э. к югу и юго-востоку от Каспийского моря и подчинившее к середине I в. до н. э. обширные области от Месопотамии до границ Индии
   Судя по политической и культурной ситуации в этот исторический период, территории, на которой проживало население, обладающее теми же одонтологическими признаками, что и погребенная, входили в состав или находились под влиянием Парфии. Эти территории включали в том числе и Северо-Западную Индию, где в начале I в. н. э. возникло крупное государство Гандхара, недолгое время подчинявшееся парфянам.
   Выходцы из Северо-Западной Индии и Кашмира с древности заселялись в южные оазисы Восточного Туркестана, образуя многолюдные индийские общины. Именно это население на рубеже нашей эры было проводником докушанской парфянской культуры Гандхары в глубь Центральной Азии. Кроме того, индийское население сделало буддизм господствующей религией оазисов Восточного Туркестана, поглотившей почти без остатка местные верования (Воробьева-Десятовская, 1992).
Можно с большой долей уверенности утверждать, что женщина, останки которой были обнаружены в 20-м Ноин-Улинском кургане, была индийской представительницей парфянской культуры; возможно – из Восточного Туркестана.
   Ткань из 20-го Ноин-Улинского кургана, которая покрывала войлочный ковер и была простегана шерстяными шнурами, имеет аналоги среди фрагментов тканей, обнаруженных при раскопках на территории Парфии, например, в Пальмире.
Все ткани отличаются характерным орнаментом в виде мерлонов (зубцов). Этот же орнамент встречается и на туниках мужчин, изображенных на фресках в синагоге в Дура-Европосе – городе, до середины II в. н. э. находившемся под властью парфян
   Такое предположение подкрепляется находками в этом погребении шерстяного текстиля парфянского производства. К нему, в первую очередь, относится шерстяная ткань темно-бордового цвета с вытканным на ней характерным орнаментом в виде мерлонов (зубцов), которой был простеган войлочный ковер на полу погребальной камеры. Аналоги ей можно найти среди многочисленных фрагментов шерстяных тканей, обнаруженных при раскопках на территории Парфии, например, в Пальмире (Schmidе-Colinet, Stauffer, 2000); в знаменитой палестинской Пещере писем (Yadin, 1963). А на фресках в синагоге в Дура-Европосе – городе на среднем Евфрате, также до 165 н. э. находившемся под властью Парфянского царства – изображены мужчины в туниках, сшитых из подобной ткани (Шлюмберже, 1985). Кроме того, парфянскими, на наш взгляд, можно считать вышитые шерстяными нитками завесы с изображением пока еще не расшифрованных сцен.
   Появляются свидетельства и того, что хунну знали о буддизме, вероятно, от тех же жителей Восточного Туркестана. Поэтому у них в обиходе могли появляться предметы, связанные с буддийским культом, такие, например, как золотой идол, отбитый у хунну китайцами (Бичурин, 1950), или обнаруженные в Ноин-Улинских курганах шелковые флажки, обшитые рядами треугольных фестонов (Руденко, 1962), подобные тем, что по сей день составляют убранство буддийских храмов.
В 20-м Ноин-Улинском кургане был найден один предмет, присутствие которого в данном погребении столь же необычно, как и присутствие самой молодой женщины – серебряная античная бляха. Без сомнения, у нее есть своя удивительная история: прежде чем попасть на дно 18-метровой могилы в самом центре Азии, она должна была сменить много хозяев, один из которых придал античной богине буддийский облик, изобразив на ее лбу тику. Может быть, судьба молодой женщины и этой вещи как-то связаны? Ведь обе они пришли с Запада…

Ее лицо – сама Луна

   Каким образом судьба занесла молодую индийскую женщину в монгольские степи, к хунну? Может быть, главную роль в этом сыграла необычная красота, присущая женщинам этого этнического типа?

664826a0e6500ce3cd79d616e90300ff.jpg
Изображение античной богини на серебряной бляхе из 20-го Ноин-Улинского кургана

   Комплекс антропологических признаков для населения Северной Индии един: темная кожа, невысокий рост, удлиненная голова, узкое лицо с тонким, умеренно выступающим носом с резко очерченными крыльями, полные губы… А вот как сухое антропологическое описание трансформируется в поэтическую речь «Махабхараты»: «Сияние ее мягких и вьющихся волос, украшенных множеством прекрасных цветов, и движение ее бровей чарующе. Когда она молвит, кажется, что ее лицо – сама Луна. Звуки, исходящие из ее уст, сладки. <…> Ее красота усиливается кокетством, влюбленностью и радостью, как будто она выпила одурманивающий напиток» (Meyer, 1915).
   Представление об облике индийской женщины могут дать древние изображения из Беграма – города в 60 км от Кабула, существовавшего в рамках разных государственных образований со II в. до н. э. до IV в. н. э. Там при раскопках были найдены костяные обкладки деревянной мебели и ларцов, на которых местными мастерами были нанесены искусные графические рисунки, изображающие сцены из жизни восточной женщины: «Чувственное и целомудренное начала предстают здесь во всей специфике, которую создал вокруг прекрасного обнаженного тела индуизированный Восток» (Пугаченкова, 1963, с. 30).
   Кем была эта индийская красавица – женой высокопоставленного хунну, для которой и был сооружен этот курган, или она только сопровождала умершего шаньюя? При определении статуса молодой женщины, чьи останки найдены в 20-м Ноин-Улинском кургане, нужно учитывать и психологию кочевников. Хотя скотоводческие культуры и представляются традиционно как мир мужчин, где сам образ жизни и основные занятия отводят мужчине центральную роль, тем не менее именно женщины были для кочевников основным мерилом богатства и счастья (Головнев, 2009).
   Кроме того, в кочевых обществах скотоводов женщины были фактически уравнены в правах с мужчинами, а доля их участия в хозяйственной деятельности значительно превышала трудовой вклад мужчин. Как следствие – женские погребения, например, пазырыкской культуры отличались от мужских в основном лишь отсутствием оружия и специфическим набором украшений. При этом, судя по богатству погребений, многие пазырыкские женщины являлись носителями высокого социального статуса (Полосьмак, 2001).
   То же можно сказать и о женщинах хунну. Многие женские погребения выделяются отнюдь не рядовым составом инвентаря, среди которого встречаются и прекрасной работы поясные бляхи, и другие ценные украшения, а также предметы вооружения. Известно, что женщины хунну отличались выдающейся храбростью, но в то же время китайцы отмечали, что «женщины у сюнну не выполняют такого труда, как создание прекрасных вышитых узоров и предметов роскоши, требующих необыкновенного уменья…» (Хуань Куань, 2001, с.167). Может быть, этот «недостаток» хуннских женщин должны были компенсировать искусные в рукоделье чужеземки?

c5c7d83cb0cad8e67f7c3a4b7ebb1d58.jpg

Расшитая шерстяная завеса из 20-го Ноин-Улинского кургана

   Находки из 20-го Ноин-Улинского кургана дают основания предположить, что на рубеже эр при ставке хуннских шаньюев могли находиться мастерицы-вышивальщицы индийского происхождения из южных оазисов Восточного Туркестана. Они на месте создавали по парфянским образцам великолепные вышитые завесы, большие фрагменты которых и были обнаружены в кургане. Остатки парфянских тканей были найдены также в 25-м и 6-м Ноин-Улинских курганах экспедицией Козлова (Руденко, 1962). Однако не исключено, что эти завесы были подарками, которые хунну получали от парфян в обмен на возможность иметь китайский шелк, или просто частью добычи от грабежа караванов. Такой же «добычей» могла быть и сама мастерица...
   Разобраться в судьбе молодой женщины, погребенной в 20-м Ноин-Улинском кургане, помогут дальнейшие исследования, основанные на всестороннем междисциплинарном изучении всего комплекса курганных находок. Не исключено, что ответ на вопрос – кому все же принадлежал этот уникальный курган? – кроется среди самого погребального инвентаря и предметов, сопровождавших погребенного.
   Обнаруженные в погребении останки зубов переданы для изучения в лабораторию молекулярной палеогенетики Института цитологии и генетики СО РАН, туда же переданы и волосы, найденные в кургане. Может быть, исследователям удастся получить новую информацию, которая позволит проверить выдвинутые нами предположения.
   Но кем бы ни оказалась женщина, похороненная на рубеже эр в кургане на севере Монголии, ее жизнь стала еще одной страничкой Истории, вернувшейся из небытия.

Литература

  • Бичурин Н. Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. – М-Л.: Изд-во АН СССР, 1950. Т.1.
  • Гумилев Л. Н. История народа хунну. – М.: Институт ДИ-ДИК, 1998.– 448 с.
  • Зубов А. А., Халдеева Н. И. Одонтология в антропофенетике. – М.: Наука, 1993. – 224 с.
  • Полосьмак Н. В., Богданов Е. С., Цэвээндорж Д., Эрденэ-Очир Н. Изучение погребального сооружения кургана 20 в Ноин-Уле (Монголия) // Археология, этнография и антропология Евразии. – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2008. – № 2 (34). – С. 77—87.
  • Руденко С. И. Культура хуннов и Ноин-Улинские курганы. – М-Л.: Изд-во АН СССР, 1962. – 206 с.

Источник: logo.png

Автор: Полосьмак Наталья Викторовна15306w135landscape.jpg

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
д.и.н.
Член-корреспондент РАН
главный научный сотрудник

Институт археологии и этнографии СО РАН

Лица из прошлого

fdc68ebe55f0c73425499de8008f8435.jpg

   Находки с изображениями давно ушедших в иной мир людей являются одними из самых волнующих для археолога. Те, что были найдены в горах Ноин-Ула Северной Монголии в курганах с захоронениями представителей высшего хуннского общества, позволили увидеть реальные персонажи исторических событий двухтысячелетней давности, тем самым открыв еще одну страницу далекой эпохи, которая уже стала легендарной

   В кургане 20 могильника Ноин-Ула (Северная Монголия) наряду со многими уникальными предметами были обнаружены фрагменты верхней одежды. Они были найдены на дне погребальной камеры в воде и глине. Речь идет о нескольких довольно больших фрагментах нижней полы удивительного наряда. Что это был за наряд – короткая куртка всадника или длинный кафтан – определить невозможно, но выглядел он великолепно.


d87cc6b4c5d76a5a313f10d60e9e6ac2.jpg
Слева: Вышивка на шелке. Фрагмент верхней одежды. 20-й ноин-улинский курган. Справа: Прорисовка изображений, вышитых на фрагменте шелковой ткани от верхней одежды. 20-й ноин-улинский курган

   Основой наряда была тонкая плотная шелковая ткань песочного цвета. Между шелковой основой и внешним нарядным покрытием из вышитых шерстяных и шелковых тканей проложен тонкий слой шелковой ваты. По бортам и подолу пришита шелковая оторочка из разрезанных и сложенных пополам кусков светло-бежевой ткани с вытканной красными нитками полосой повторяющегося орнамента, включающего изображение древнего иероглифа. Откровения совершенномудрого Фуси

   Орнамент шелковой ткани, использованной для оторочки верхней одежды, уникален. На шелке песочного цвета вытканы красные изображения. Это идущие драконы, за которыми стоит «змееногий» человек. Перед ним находятся четыре параллельные линии, лежащие на его согнутых руках. В другой плоскости изображены черепахи и птицы-феникс. На другой отрезанной части этой ткани были вытканы изображения танцующих персонажей – мужчины и женщины. 

89a7ba17b60ffd97d28a60ba17ff38ea.jpg

Фрагмент верхней одежды из шерстяной ткани. 20-й ноин-улинский курган

   В даосской религиозной традиции багряным, красным и вишневым цветами изображаются божественные персонажи, явления и предметы высшего мира (Кравцова, 2004). По традиции считается, что «лазоревый дракон» (символ востока), белый тигр (символ запада), киноварная птица (символ юга) и черная черепаха, обвитая змеей (символ севера), входят в состав четырех духов-покровителей. Каждый располагается в своей части (стороне света) изображения. Такой орнаментальный мотив в эпоху Хань часто использовался на концевой черепице, зеркалах, на фресках в погребениях. Эти животные чаще всего ассоциируются с даосской страной бессмертных. Горы всегда считались их обителью. Недаром бессмертный сянь обозначается иероглифом, состоящим из графем «человек» и «гора». Повторяющийся на ткани древний иероглиф 崋 – хуа, состоит из двух элементов: 華 – хуа («цветущий», «процветающий») и 山 – шань («гора»). Исполнение иероглифа на ткани не полностью совпадает с приведенным печатным вариантом. Это связано с тем, что иероглиф выткан, а не написан, и это несколько изменило его вид. Кроме того, для китайского языка характерна омонимия: заменяемость иероглифов с одинаковым звучанием, но различным написанием. У выбранного нами иероглифа несколько значений: название горы; гора Хуашань (гора Цветущая); фамильный иероглиф Хуа. Гора Хуашань является одной из пяти Священных гор даосизма в Китае. Это значение вытканного на ткани иероглифа более предпочтительно, учитывая всю композицию в целом (расшифровка иероглифа – к. и. н. А. Н. Чистякова).

75d532ca2cd663e341251ca40e64ef63.jpg

Справа вверху: Фрагменты полы верхней одежды. 20-й ноин-улинский курган. Вверху: Деталь отделки шелковой тканью. Во время всех важнейших ритуальных празднеств в древнем Китае обязательно исполнялись танцы, иногда устраивались целые представления. Эти танцевальные обряды восходили своими корнями к шаманским магическим пляскам (Васильев, 2001). Мужчина с четырьмя глазами, вытканный на шелке, мог быть фансяншии – заклинателем болезнетворных и вредоносных духов, необходимой принадлежностью которого была маска с четырьмя золотыми глазами (Ермаков, 2008). Внизу: Прорисовка фрагмента полы верхней одежды. 20-й ноин-улинский курган (Е. Шумакова)
f6c9a45ac8e405b78b48ed27da24d6b1.jpg

   Реальная одежда древних кочевников Центральной Азии доходит до нас чрезвычайно редко. Мы знаем названия народов, многие события их истории, но плохо представляем, как же они выглядели. В 6-м ноин-улинском кургане, раскопанном еще в 1924 г. экспедицией П. К. Козлова, сохранилось несколько предметов одежды, по которым можно представить костюм знатного хунну. Это два целых шелковых кафтана и фрагменты третьего, шерстяные и шелковые шаровары, одни китайские штаны «ку», состоящие из двух отдельных шелковых штанин с составляющей с ними одно целое войлочной обувью, три головных убора – два мужских, один женский (Руденко, 1962). По материалам этого кургана М. В. Горе­ликом был воссоздан образ хуннского всадника, а А. И. Соловьевым – пешего лучника (Соловьев, 2003).
   Есть множество китайских (ханьских) изображений хунну на каменных рельефах из погребений знати. Это сцены битвы, где хунну показаны нападающими, но чаще бегущими или пленными. Главным отличием хуннских всадников от атакующих их ханьцев являются, помимо лиц с резким профилем и большими носами, остроконечные головные уборы
   

   В этом волшебном «небесном» окружении наиболее интересна фигура змееногого мужчины, стоящего рядом с драконом. Можно уверенно предположить, что перед нами изображение первого из Пяти совершенномудрых легендарных правителей древности – Фуси. Этот культурный герой, научивший людей охотиться, ловить рыбу, обращаться с огнем, был чрезвычайно популярен в эпоху Хань. Его главной заслугой считаются восемь триграмм из трех сплошных и прерывистых линий, явленных его взору в рисунках на панцире волшебной черепахи, вышедшей из реки Лошуй, или в завитке волос на спине дракона – коня, вышедшего из реки Хуанхэ, в другом варианте легенды. Вытканное на ткани изображение наглядно отражает последнюю версию появления триграмм. От этих триграмм, служащих ключом к таинствам природных и социальных явлений, берут начало гадательная практика, медицина, геомантия (Ермаков, 2008). Они составили основу «И цзин» – китайской Книги книг, главной книги китайского оккультизма.

   Шерстяная ткань состоит из сшитых между собой разновеликих кусочков. Вероятно, они являлись фрагментами какого-то пришедшего в негодность изделия, использованного для отделки и украшения нарядной одежды. Судя по сохранившейся вышивке, это мог быть шерстяной коврик-драпировка, подобный тем, что были обнаружены в 6-м ноин-улинском кургане экспедицией П. К. Козлова (Руденко, 1962) и являлись, вероятно, парфян­ским импортом. На этих ковриках изображен такой же, как и у рассматриваемого фрагмента, повторяющийся орнамент из непрерывного ряда спиралей и очень характерный элемент вышивки, по мнению С. И. Руденко – цветок сердцевидной формы. Но, возможно, это – клубень клубнелуковичного растения типа цикламена или тюльпана (к. б. н. Е. А. Королюк). На средневековых иранских тканях цветы нередко изображались в виде растения в целом – со стеблем, листьями, цветами и корневой системой… (Вишневская, 2007).
   Использование этой шерстяной вышитой ткани для отделки верхней одежды знатного лица говорит о том, что тканью дорожили. Придя в негодность, она получила вторую жизнь. Во многих древних, средневековых и традиционных культурах обрезки и лоскуты красивых, ценных, иноземных тканей использовались для украшения одежды из более простых тканей или тканей соб­ственного производства. Нередко такие изделия имеют значение оберега

   В руках божественного правителя, вытканного на ткани из Ноин-Улы, находятся четыре линии, а не три. Здесь мы сталкиваемся с интересным фактом, который, как нам кажется, находит следующее объяснение. Конфуцианцы, принявшие много лет спустя после смерти своего учителя «И цзин» (по мнению самого выдающегося российского исследователя этого текста Ю. К. Шуцкого, это произошло между 213 и 163 гг. до н. э.), не только изучали «Книгу перемен», но иногда и подражали ей. Таковой является «Книга великой тайны» («Тай сюань цзинь») Ян Сюна. В этом неразгаданном тексте есть символические фигуры, подобные тем, что мы видим в «Книге Перемен». Однако они содержат четыре черты: целую, прерванную и дважды прерванную (Шуцкий, 1997, с. 222), что соответствует тому, что мы видим на узоре из Ноин-Улы.

0805384329e5214207ef0273b6246f03.jpg
Прорисовка орнамента китайской шелковой ткани, использованной для оторочки верхней одежды. На шелке вытканы изображения трех из «четырех духов»: это идущие драконы, за которыми стоит человек с четырьмя параллельными линиями на согнутых руках. В другой плоскости изображены черепахи и птицы-феникс (нет только тигра). На отрезанной части этой ткани были вытканы изображения танцующих персонажей – мужчины и женщины. Прорисовка изображений на ткани выполнена Е. Шумаковой


   Известно, что изображение Фуси с ба гуа – восьмью триграммами – появляется только на поздних, средне-вековых портретах. Так, на гравюре, помещенной во «Всеобщем зерцале бессмертных…», Фуси изображен с эмблемой ба гуа, которую он держит руками, при­жимая ее к животу. Изображение Фуси в виде человека с символическими линейными фигурами, вышитое на ткани, обнаруженной в 20-м ноин-улинском кургане, – самое древнее из ныне известных. Фрагмент шелка, послуживший для отделки нарядного кафтана кочевника, является уникальным образцом ткани ханьской эпохи.

   В 20-м кургане, как и во всех исследованных ноин-улинских курганах, обнаружены самые изысканные виды шелковых тканей ханьского Китая, дорогие вышивки составляют большинство изделий. Это объясняется тем, что в курганах Ноин-Улы были погребены представители высших слоев хуннского общества, которые получали подарки непосредственно из императорских кладовых

   Далее шла неширокая меховая оторочка, скорее всего, это соболь – мех блестящий, мягкий, пушистый, красивого темно-коричневого цвета. А затем – шер­стяная красная ткань с вышивкой шерстяными нитями.

d0b2870766ed1b2393f8d17d8b9639cd.jpg
   Фрагменты шелковой отделки верхней одежды с изображением дракона, Фуси, черепах, фениксов, древнего иероглифа. 20-й ноин-улинский курган
Выше была пришита шелковая ткань, так же состоящая из сшитых между собой кусочков. Эти небольшие шелковые фрагменты сохранились чудом: ткань с вышивкой очень тонкая и хрупкая, буквально рассыпалась на глазах, но то, что сохранилось, явилось настоящим сокровищем.
   То, что сохранилось, оказалось настоящим сокровищем

   Вышивка на шелке представляет огромный интерес. Судя по сохранившимся разрозненным фрагментам, которые дошли до нас, первоначально она могла составлять общую композицию, но вряд ли по ним можно воссоздать полную картину. Вышитые изображения очень малы, а их сохранность такова, что рассмотреть или даже просто увидеть большинство из них чрезвычайно сложно. Тем не менее все, что возможно, было сфотографировано в процессе изучения и может быть использовано для работы.

82fd18869833523076176d691137cd9e.jpg
Фрагмент вышивки на шелке – «Первый персонаж». 20-й ноин-улинский курган

   На шелковой ткани шелковыми нитями вышиты воины и охотники, фантастические и реальные звери в окружении знаков и символов...
Сохранились фрагменты с изображениями пяти мужчин, лица которых своеобразны и не похожи друг на друга. Двое из них – ярко выраженные монголоиды.

d1b9d72a4c65fc4ef848be42b2b8807c.jpg

Картины ханьско-варварских войн. Варвары – всегда побеждены. Прорисовка с ханьского барельефа


   На известной картине из Туркестанской серии В. В. Верещагина «Двери Тамерлана» (Третьяковская галерея) художник с этнографической точностью воссоздал старинные костюмы воинов, охраняющих двери дворца Тимура, – длинные, до пят пестрые халаты, сшитые из разных тканей и отличающиеся великолепием отделки.

   На территории Средней Азии были распространены лоскутные изделия. Кроме того, что они считались оберегами от сглаза и козней злых духов (Фиельструп, 2002), бывали и другие причины, заставлявшие носить лоскутную одежду. Так, известно, что в условиях нетерпимого отношения мусульман к иноверцам, в XVIII в. в Иране зороастрийские женщины, не имея возможности сшить себе платье из куска целой ткани, использовали обрезки и лоскуты сукна, соединяя их аккуратными стежками, а каждый лоскут отделывали искусной вышивкой, благодаря чему платье приобретало нарядный вид (Дорошенко, 1982)
   Один – с очень выразительным полным лицом, изображен в профиль влево. У мужчины пухлые губы, под нависшим низким лбом немного изогнутый нос с мясистым округлым слегка вздернутым кончиком; вытянутый к виску полуприкрытый глаз и тонкая длинная бровь над ним; короткая толстая шея, вернее, почти полное ее отсутствие, и маленькая, узкая бородка – видно, что она растет из под нижней губы, так как круглый подбородок очерчен полностью. Подобный вид бородки известен по изображениям на ханьских рельефах. -В целом о прическе судить трудно, но видны характерная залысина у виска, указывающая на стянутые в узел волосы, ухо и темные волосы на шее за ним.

08015d7a75eea713272bf66002a707e7.jpg

Фрагмент шелковой ткани с вышивкой. 20-й ноин-улинский курган

   Мужчина одет в нераспашную верхнюю одежду с длинными расширяющимися книзу рукавами, что характерно для ханьского костюма, отделанную по округ­лой горловине широким кантом другого цвета и фактуры. Такая же горизонтальная полоса отделки просматривается на верхней части рукава. В вытянутой вперед правой руке мужчина держит какой-то предмет, выглядящий как раздваивающаяся палочка. Голова мужчины повернута к изображению фантастического зверя – драконоподобного существа, в сторону которого, вероятно, протянута и рука. Хорошо сохранилась только зубастая оскаленная вытянутая морда с близко посаженными круглыми глазами с вышитым зрачком. В искусстве Китая эпохи Хань такой облик имели кони-драконы. Вероятно, фрагменты вышивки, сохранившейся между мужчиной и звериной мордой могли быть частью тела этого существа. Свободное пространство темной шелковой ткани между этой вышивкой и правой рукой мужчины занято изображением спирали, закрученной вправо. На ветхом шелке можно с трудом проследить продолжение длинной подпоясанной одежды.

   Такое же полное круглое лицо, как у первого персонажа, у мужчины, изображенного в профиль вправо. Его голова, практически лишенная шеи, с прической из черных густых волос с характерной залысиной у виска. Волосы стянуты в круглый пучок высоко на затылке. Коричневой ниткой, вышита, вероятно, длинная шпилька, воткнутая в основание пучка волос. Обращает внимание узкий разрез глаза и убегающая к виску тонкая бровь. Взгляд мужчины устремлен вверх. У него небольшой нос, составляющий с покатым низким лбом одну линию, полные губы с узкой полоской усов над верхней губой. Возможно, в лицевой части есть потери, и у этого персо­нажа могла быть бородка.

МОРДА КОНЯ-ДРАКОНА

   По старинным китайским источникам, лошадь-дракон – жизненный дух речной воды. У нее длинная шея, круглые глаза, тело покрыто чешуей, по бокам крылья, она ходит по воде и считается добрым предзнаменованием для императора. Матерью лошади-дракона была обычная лошадь, забеременевшая от того, что напилась воды из реки, где купались драконы (Фиссер, 2008). По другой версии, драконы, изменяя свой облик, соединяются с кобылицами. Их потомство – дикие лошади-драконы. На этих лошадях ездили боги, святые и бессмертные. Поверье о лошадях-драконах вос­ходит ко II в. до н. э., когда ханьский император У-ди страстно возмечтал об упряжке неземных коней, которые доставили бы его на небеса (Шефер, 1981)


   Мужчина одет в нераспашную верхнюю одежду, зауженную в талии и доходящую до начала бедра. По круглой горловине куртка окаймлена широкой полосой отделки, вышитой другим цветом и фактурой. Такая же полоса проходит по верхней части расширяющегося книзу правого рукава и переходит на грудь. Этим же материалом отделан широкий обшлаг рукава, и из него же сшита вся нижняя часть этого наряда и штаны. По нижнему краю куртки проходит нашитая полоса из другого материала. Возможно, таким образом показывали комбинированную одежду, сшитую из кожи и ткани. Так, например, гладкой вышивкой в песочно-коричневых тонах могла изображаться кожа, если это был легкий доспех, а отделка по горловине и обшлагам рукавов изображала ткань. В пользу этого предположения говорит интересная деталь – широкий рукав верхней одежды ниже плеча показан сетчатой разлиновкой. Обычно в изобразительном искусстве (в скульптуре Халчаяна, на монетах индо-парфянских царей и т. д.) так показывали доспех, состоящий из плотно пришитых металлических пластин. Известно, что ранние китайские доспехи делались из пластин лакированной кожи (находки из Лэйгудун, провинция Хубэй, царство Чу, 433 г. до н. э. – М. В. Горелик, 1987).


654f2b29c58c3ffe62df8207db289869.jpg
Фрагмент вышивки морды коня-дракона. 20-й ноин-улинский курган


   Вероятно, этот задумчивый мужчина сидит на фантастическом звере – коне-драконе. Видна, покрытая рядом параллельных полосок, часть спины животного, похожая на тигриную шкуру.
   В описании Ли Бо знаменитые кони-драконы выглядят так:
Коней небесных род начался
В стране Юэчжи в пещерах.
На спинах у них как у тигра узор,
С драконьими крыльями тело.
(Цит. по Шефер, 1981)

c31f4aa031afbeaabdc5fc7192212f79.jpg

Фрагмент верхней одежды. Второй персонаж «Всадник». Вышивка на шелке. 20-й ноин-улинский курган

   Ближайшая аналогия этому персонажу – изображения охотящихся всадников на тахтисангинской пластине из слоновой кости. Заметное сходство прослеживается в профильных изображениях широколицых, кругло-головых персонажей. Но есть и существенные отличия. Так, нет уверенности, что у всадника на вышивке есть усы и, несмотря на то, что у тех и других персонажей изображены, на первый взгляд, одинаковые прически с залысинами у виска и собранными в пучок волосами, сами пучки различны. На вышивках мы видим мужчин с заколотым длинной шпилькой пышным округлым пучком волос высоко на затылке, почти на макушке, тогда как у персонажей на тахтисангинской пластине пучок волос выглядит как небольшой «цилиндрический» выступ на затылке. Кроме того, в отличие от персонажей из Ноин-Улы, тахтисангинские всадники, выгравированные на пряжке, одеты в типично иранские костюмы – распашные подпоясанные короткие куртки, оставляющие открытой грудь.
   В прическах мужчин на вышивках можно усмотреть китайские аналогии. Для сравнения можно привести прически воинов глиняной армии Ши-хуан-ди, среди которых есть близкие по форме – с пучком на макушке. Подобные прически есть и у персонажей диенских бронз. Это немаловажный факт, поскольку т. н. «всаднический комплекс» в культуре Диена (одежда, оружие, прически) связывается с центральноазиатскими всадниками. Еще один напоминающий вышитые изображения персонаж изображен на бляхе из Кочковатки (см. рисунок на стр. 91).
   Следующий персонаж изображен в профиль влево. У мужчины худощавое длинное лицо, прическа с большим овальным пучком на макушке и характерной залысиной у виска. Большой прямой нос, миндалевидный глаз, невысокий лоб с нависшим надлобьем, взгляд устремлен прямо перед собой и немного вверх. Он одет в такую же, как у других затянутую поясом одежду: вокруг открытой шеи – полоса более темной отделки, так же отделан широкий обшлаг правого рукава. Правая рука вытянута вперед открытой ладонью вверх. Левая рука вытянута в противоположную сторону, она прослеживается до локтя, дальше идет шов, после которого начинается не связанный с описанным узор.

8c70151ae1582552338967ebbca9c845.jpg

Слева: Прорисовка изображения на пластине из слоновой кости из Тахти-Сангин – городища, расположенного в Южном Таджикистане. Б. А. Литвинский считает, что изображения отражают реальную охотничью жизнь бактрийских аристократов. Они появились под влиянием сасанидской иконографии и относятся к III в. н. э. (Литвинский, 2010). Существуют и иные мнения. Так, Г. А. Пугаченкова обосновывает датировку этих образов в пределах рубежа н. э. плюс-минус два-три десятилетия (Пугаченкова, 1989). Эта точка зрения, кажется, подтверждается находкой вышитого на шелке всадника из надежно датированного 20-го ноин-улинского кургана (Чистякова, 2009; Миняев и др., 2010). Справа: Прорисовка бляхи из Кочковатки (случайная находка). Изображены мужчина монголоидного облика и хищник кошачьей породы. Зверь показан с повернутой навстречу мужчине головой. Мужчина одет в подпоясанную рубаху с расширяющимися книзу рукавами. Волосы мужчины зачесаны назад и собраны в пучок на затылке. Его прическу сравнивают с буддийскими портретами Гандхары. Изображение датировано I в. до н. э. — I в. н. э. (Мордвинцева, 2003)


   Сверху над этим персонажем сохранилась задняя часть фигуры зооморфного фантастического существа с изгибающимся телом и длинным хвостом. Рядом с ним помещен нарядный завиток, который неоднократно повторяется среди других изображений на этом изделии.

c15b504aa88e47d3163eb7fb26551757.jpg

Фигура воина на бронзовом сосуде, предназначенном для хранения раковин-каури (I в. до н. э. — I в. н. э.). Культура Шичжайшань, провинция Юньнань, западная часть Сычуань, северная часть Вьетнама (слева) и фигуры воинов глиняной армии императора Цинь-ши-хуана-ди (справа)

   Четвертый персонаж – мужчина с европеоидным лицом, изображен в фас. У него большие глаза, нос картошкой. Его правая рука уходит за спину, она сжимает занесенный для удара длинный меч. Навершие рукояти меча на вышивке передано Т-образно. Длинную рукоять он сжимает ближе к перекрестию, которое выглядит прямым, насколько это возможно рассмотреть на столь миниатюрной вышивке; левая рука отведена назад, виден широкий обшлаг рукава, кисть руки не сохранилась. Подобным мечом пронзили девятихвостую лису – небес­ную жительницу, изображенную на ханьском барельефе из провинции Шаньдун. За спиной мужчины можно различить часть туловища и, возможно, морду какого-то фантастического зверя
   Пятый и наиболее хорошо сохранившийся персонаж вышивки – охотник. Голова мужчины повернута в три четверти. Лицо европеоидное – молодое, круглое, с низким лбом, миндалевидными глазами под ровной полоской бровей. Прическа – такая же, как и у остальных персонажей вышивки – зачесанные назад волосы, образующие «подковообразный» вырез у виска. Вероятно, у него был такой же, как и у других персонажей, пучок на макушке. Его нераспашная одежда подобна одежде персонажей, описанных выше. Мужчина натягивает лук, целясь в лань, изображенную в прыжке прямо перед ним.
   Лук точно такой же, как у всадников на тахтисангинской пластине – сложносоставной. Манера держать лук и натягивать тетиву у вышитого охотника иная. Его левая рука, натягивающая тетиву, находится на уровне груди, а не выше, у шеи, как на тахтисангин­ской пластине. Таким же способом натягивает подобный лук, присев на одно колено, дух-защитник с росписи второго мавандуйского саркофага (168 г. до н. э.). Все пространство вокруг охотника и лани заполнено значками-символами: это два полукружья, напоминающие рога, за спиной лани. Под ланью вышит эсовидный знак. Выше – три прутика какого-то растения, над ними – когтистая лапа хищника. Прямо перед ланью – вензель или цветок и изображение уходящего фантастического существа, возможно, с крылом, на двух трехпалых ногах, с длинным голым хвостом с кисточкой на конце. Голова существа не сохранилась. Драконоподобное существо похоже на изображения на втором саркофаге госпожи Дай из Мавандуя-1. По мнению исследователей, росписи второго гроба показывают переход усопшей в потусторонний мир, где ее встречают изображенные в виде зооморфно-фантастических существ духи-защитники и духи-покровители (Крюков и др., 1983).

d62eb76cf4aedb87fe0229dda3da5a3d.jpg

Шелковая ткань с вышивкой – «Третий персонаж». Справа – увеличенный фрагмент и прорисовка по шелковой ткани. 20-й ноин-улинский курган

   Вышивка на шелке из 20-го ноин-улинского кургана, по-видимому, была очень многолюдной: кроме фрагментов с изображениями человеческих фигур, у которых сохранились лица и большая часть туловища, найдены несколько фрагментов изображений ног – все, что осталось от изображений тех, кому они принадлежали.
Так, над мужчиной с мечом, прямо над сжимающей рукоять рукой, выглядывает часть ноги – изящная ступня в мягкой обуви и часть пышных шаровар с вертикальной полосой отделки. Две ноги в таких же пышных внизу штанах с вертикальной полосой отделки на каждой штанине и мягкой обувью, закрытые ниже колена нераспашной верхней одеждой с широкой оторочкой по нижнему краю, можно увидеть на другом фрагменте. От этого персонажа осталась еще вышитая кисть правой руки, в которой он держит какой-то предмет. Можно предположить, что человек пре­следует убегающего фантастического зверя, от которого сохранилась огромная птичья лапа с тремя когтями и оперением в верхней части. Ниже вышито еще одно чудовище – это драконообразное существо с круглыми глазами, с рогами и широко раскрытой пастью и высунутым длинным узким языком. Еще на одном фрагменте ткани сохранилось такое же существо, над мордой которого вышиты эсовидные значки-символы, характерные для этой ткани.

a82b7f07bdef27ec561b9f90a7510568.jpg
Слева: Прорисовка изображения девятихвостой лисы, пронзенной мечом, – божественной эмблемы богини Сиванму на ханьском барельефе. Окончание рукояти и перекрестие меча у воина на шелковой вышивке из 20-го ноин-улинского кургана подобны тем, что на этом изображении. Выполнено Е. Шумаковой. Фрагмент шелковой ткани с вышивкой – «Четвертый персонаж» (справа). В центре – прорисовка по шелковой ткани фигуры воина. 20-й ноин-улинский курган


   Подобные изображения ног в пышных, собранных у щиколотки штанах, закрытых ниже колена бронированным квадратными пластинами доспехом, сохранились на фрагменте шерстяной ткани от этого же изделия (см. рисунок на стр. 97).

Кто же вышит на ветхом шелке?

   Прелесть этой находки – в надежной дате кургана, из которого она происходит – последние годы I в. до н. э. — начало I в. н. э. Скорее – первое десятилетие I в. н. э. (Чистякова, 2009; Миняев, Елихина, 2010). Мы знаем, когда было создано изделие, поэтому главный вопрос – кто изображен на шелке, где и кем вышиты эти фрагменты, что за сюжет и что за сцены разворачиваются перед нами?
   На мужчинах – особенная одежда. Это не куртки кочевников, не халаты, не кафтаны, это не доспех, в том виде как мы привыкли видеть его на других, дошедших до нас древних изображениях. Это какой-то особенный костюм, к которому при всей его простоте трудно найти точную аналогию. В одежде, в ее верхней части можно усмотреть сходство с костюмом всадников и возничих из глиняной армии Цинь-Ши-хуан-ди. Но штаны и обувь – не китайские, а, скорее, принадлежат кочевникам, хотя, может быть, после закона, принятого еще правителем царства Чжао У-лин ваном (307 г. до н. э.), определенная часть китайского населения, воины-всадники, стали носить одежду варваров – штаны и сапоги. Кроме того, в китайской армии служили и всадники из числа северных варваров, которые продолжали носить привычную им одежду. В целом костюм, изображенный на вышитых персонажах, достаточно оригинален.

e8cee7068c333634e587cae5650e12e6.jpg
Охотник на лань – «Пятый персонаж». Фрагмент шелковой ткани с вышивкой от верхней одежды. Слева внизу – прорисовка сюжета вышивки по шелку. Выполнено Е. Шумаковой. Справа внизу: Прорисовка духа-защитника и духа-покровителя. Роспись лаковыми красками по черному фону второго гроба госпожи Дай. Погребальный комплекс Мавандуй, окрестности Чанша, пров. Хунань, раннеханьский период. Выполнено Е. Шумаковой

6901844a92c831d85f5ae0b50a72b1fd.jpg
   Мужчины, изображенные на шелке, имеют ряд общих черт: кроме костюма, их объединяет прическа – круглые узлы почти на макушке, вероятно закрепленные длинной шпилькой. Известно, что китайцы ханьской эпохи не стригли волос, а укладывали их на голове, скрепляя шпилькой (Крюков и др., 1983). Лица персонажей различаются между собой, но когда смотришь на глиняную армию императора Цинь-Ши-хуан-ди, то также видишь большое разнообразие лиц, но все десять типов солдат и офицеров, которые выделены исследователями, – китайцы и принадлежат к тихоокеанским монголоидам, тогда как среди вышитых на шелке персонажей есть два – с европеоидными чертами. Это разнообразие типов лиц может являться отражением реальной исторической ситуации.

790cb90b2a74cd8afca774258b9c9e5b.jpg
Фрагменты шелковой (вверху) и шерстяной (справа) ткани с вышивкой и ее прорисовки по ткани. 20-й ноин-улинский курган. Выполнено Е. Шумаковой

   Кто же вышит на ветхом шелке? Есть основания предположить, что это хунну. Верхняя одежда, сшитая из разных лоскутов, фрагменты которой обнаружены в погребении знатного хунну, вероятно, ему и принадлежала. Она могла быть сделана на заказ и отражать вкусы заказчика. Если бы это было изделие из ханьских мастерских – подобные нередко попадали в качестве дара шаньюю, – то вряд ли оно состояло из многочислен­ных мелких, сшитых между собой фрагментов шерстяной ткани и шелка, покрытых затем вышивкой. Сочетание китайских и варварских (в данном случае – иранских) черт в костюме и прическе вышитых персонажей может свидетельствовать о том, что масте­рицы копировали характерные черты в облике своего окружения – представителей хуннуской элиты. В костюме последних, как показывают археологиче­ские находки (халаты и штаны из 6-го ноин-улинского кургана) и состав подарков ханьского двора шаньюям, включающего не только ткани и шелковую вату, но и готовую одежду, сочетались предметы одежды китайского происхождения и собственные или заимствованные из других источников (возможно, от кочевников иранского происхождения).

e88bcc5108420e340ed13ee947f9b588.jpg

Прорисовка ханьского барельефа с изображением битвы китайцев с варварами


   Известно, что при ставках хунну были представители и других народов. Чаще всего китайцы, иногда – вое­начальники, из числа перебежчиков и пленных, челядь из сопровождения китайских жен шаньюев, вероятно, и искусные ремесленники. Империя хунну объединяла или распространяла свое влияние на многие племена и народы Центральной Азии, Южной Сибири и Восточ­ного Туркестана. Их представители были нередки среди окружения шаньюя.
Что особенно важно, что в данном случае перед нами не обобщенный образ врага, какими изображались хунну на каменных ханьских рельефах, а реальные люди. Они включены в контекст мифологического повествования, выполненного китайскими мастерами в рамках китайской традиции. 


   Известные до сих пор достаточно многочисленные изображения варваров, созданные ханьцами (китайцами), демонстрируют совсем другие образы – это, как правило, всадники в характерных островерхих шлемах (на камен­ных рельефах), либо пешие с неубран­ными волосами, резкими профилями (на бронзовых пряжках). Фан Сюаньлин (398—445 гг. н. э.), посвятивший свой труд заключительному этапу истории сюнну, пишет, что «сюнну ходят с распущенными, свешивающимися волосами», почти дословно повторяя более раннюю характеристику другого китайского историка Бань Гу (32—92 гг. н. э.), который писал о том, что «варвары ходят с неуложенными волосами…» (цит. по: Таскин, 1989). Но не всему, что пишется в китай­ских хрониках по поводу варваров можно верить, иначе пришлось бы признать, что у хунну «лицо человека и сердце дикого зверя» (Сыма Цянь, 1992) и многое другое в этом же духе
   

   На вышитых фрагментах изображен потусторонний мир, заполненный традиционными китайскими зооморфными духами-защитниками и духами-покровителями, которые борются с какими-то фантастическими существами. Среди них и находятся воины и охотники, которые в данном контексте сами являются полу-мифическими персонажами. В целом, эта вышивка представляет собой типично китайскую, ханьскую картину загробного мира (Биррел, 2005).
Вверху: прорисовка изображения драконов с картины на шелке из Мавандуя. Картина являлась священным предметом, защищающим жизнь. Драконы, нарисованные на ткани, должны были избавлять от бедствий. Рисунок пером на шелке. Внизу: Фрагмент вышитой шелковой ткани и прорисовка вышивки по шелку. 20-й ноин-улинский курган. Выполнено Е. Шумаковой

32bee990c85682f6a2261eb7a71c8db5.jpg

Вверху: прорисовка изображения драконов с картины на шелке из Мавандуя. Картина являлась священным предметом, защищающим жизнь. Драконы, нарисованные на ткани, должны были избавлять от бедствий. Рисунок пером на шелке. Внизу: Фрагмент вышитой шелковой ткани и прорисовка вышивки по шелку. 20-й ноин-улинский курган. Выполнено Е. Шумаковой

   Обращает внимание виртуозная работа – очень мелкие изображения, вышитые шелком на шелке. В рассматриваемый период времени известно только о китайских мастерицах, способных на столь кропотливый труд. Скорее всего, найденная вышивка – китайской работы, но создана под влиянием искусства западных вышивальщиц. Образцом для создания столь замечательных изображений могли послужить вышивки шер­стью на шерсти, которые были хорошо известны и хунну, и ханьцам. В ноин-улинских курганах были обнаружены вышитые завесы парфянской работы («НАУКА из первых рук», 2010, № 3(33); 2011, № 2(38)).

   Известно, что в древнем Китае высоко ценились парфянские гобеленовые ткани и ковры, ковры и покрывала из сирийских ткацких мастерских (Лубо-Лесниченко, 1994). Многие находки этих изделий на Шелковом пути и в курганах хуннуской элиты подтверждают данные письменных источников. Эти изделия не только украшали интерьеры дворцов и домов ханьской знати, но и являлись образцами для подражания.

7511b90dceba6f2df9eccecbbe9f73f1.jpg
Лицо воина – зороастрийца (слева). Фрагмент вышитой шерстяной завесы. 31-й ноин-улинский курган. Увеличенное лицо охотника на лань (справа). Деталь вышивки на шелковой ткани. 20-й ноин-улинский курган


   Рассматриваемая вышивка на шелке по своим технологическим приемам и способам передачи лиц и одежды идентична вышивке на шерстяных завесах, обнаруженных в ноин-улинских курганах. Достаточно взглянуть на лица мужчин, изображенных на шерстяной завесе из 31-го ноин-улинского кургана и на шелке из 20-го ноин-улинского кургана, чтобы увидеть, что для создания портретов вышивальщики использовали одни и те же приемы. При этом размеры вышитых на шелке изображений значительно меньше вышитых на шерстяной ткани: если на шерстяных тканях размеры вышитых лиц достигают 9 см, то на шелке размер самого крупного лица не превышал трех сантиметров. Мелкий и частый узор, как на вышивке, так и тканный, характерны для китайского текстиля. В танское время даже появился запрет на производство некоторых видов узорчатых многоцветных тканей (771 г.), т. к. кропотливая работа над ними «была вредна для мастериц» (Шефер, 1981, с. 263). Скорее всего, вышивка на шелке, украшавшая одежду хунну, фрагменты которой мы обнаружили в 20-м кургане в Ноин-Уле, была сделана китайскими мастерицами, работавшими при ставке шаньюя, которых вдохновили увиденные ими вышитые завесы парфянских мастеров. Одним из доказательств этого предположения служат несколько фрагментов шелка, на которых шелковыми нитками повторяется рисунок с вышивки на шерстяной ткани одежды. Образы людей, созданные на шелке, стали результатом знакомства китайских мастериц с образцами «западного» искусства, и, вероятно, не только текстиля, но и иных высокохудожественных изделий, которых было немало у хунну.
   Китайское искусство с древности было открыто иноземным влияниям. Это касается и текстильного производства. В ханьское время на тканях появляются орнаменты, имеющие ближневосточное происхождение – фигуры в закрытом пространстве, персонажи, скачущие в «летящем» галопе с обращенной назад головой и т. п. (Лубо-Лесниченко, 1994); в танскую эпоху в Китае производились великолепные шелковые ткани с вытканными образами и сюжетами характерными для сасанидского Ирана (Шефер, 1981).

5f94d1c19a47030d26ebab0310044c98.jpg
Слева: Повелитель драконов. Фрагмент вышивки на шелковой ткани. 20-й ноин-улинский курган. Деталь вышивки ноги в пышных шароварах и мягкой обуви на шерстяной завесе (вверху) и на шелковой ткани (внизу). 20-й ноин-улинский курган


  Вероятно, при изготовлении нарядной одежды из имеющихся под рукой тканей мастерицами и была выполнена оригинальная вышивка, сочетающая традиционные китайские мотивы и изобразительные и технические приемы западных мастеров, что позволило создать это уникальное произведение искусства.
   Археологические находки портретов давно ушедших в иной мир людей – лиц из прошлого – одни из самых волнующих. То, что посчастливилось увидеть на ветхой ткани, было рождено талантом и фантазией какой-то безвестной китайской мастерицы, волею судеб оказавшейся в монгольской степи, среди «варваров». До сих пор среди древнего китайского текстиля не были известны вышитые на шелке изображения людей. -Техника изображения рассматриваемых персонажей, их позы, жесты копируют фигуры, вышитые на шерстяных импортных тканях, но последние послужили только неким примером для создания совершенно оригинальных образов «властителей степи».

Литература

  • Ермаков М. Е. Магия Китая. Введение в традиционные науки и практики. СПб.: Азбука-классика; Петербургское Востоковедение, 2008. 192 с.
  • Кравцова М. Е. История Искусства Китая: Учебное пособие. СПб.: Лань; Триада, 2004. 960 с.
  • Лубо-Лесниченко Е. И. Китай на Шелковом пути. М.: Восточная литература, 1994. 326 с.
  • Миняев С. С., Елихина Ю. И. К хронологии курганов Ноин-Улы // Записки Института истории материальной культуры РАН. СПб, 2010. № 5. С. 167—181.
  • Чистякова А. Н. Перевод иероглифической надписи на лаковой чашке из двадцатого ноин-улинского кургана // Археология, этнография и антропология Евразии. Ново­сибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2009. №3 (39). С. 59—68.
  • Шуцкий Ю. К. Китайская классическая «Книга перемен». М.: Восточная литература, 1997. 606 с.

Источник: logo.png

Автор: 15306w135landscape.jpg

Полосьмак Наталья Викторовна
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
д.и.н.
Член-корреспондент РАН
главный научный сотрудник

Институт археологии и этнографии СО РАН

Свидетельство «Килоновой скверны»

Shackled-wrists_1470449652.jpg.814x610_q85.jpg

Останки из Фалиро Дельта Alexis Konstantinidis / Reuters

   Массовое захоронение VII века до н. э. найдено на древнем кладбище Фалиро Дельта в пригороде Афин. Ученые полагают, что обнаружено свидетельство так называемой «Килоновой скверны» – жестокой расправы над участниками мятежа, поднятого афинянином Килоном, пытавшимся захватить власть в городе.
   Могильник Фалиро Дельта был открыт сравнительно недавно в муниципалитете Палео-Фалиро, когда там начались масштабные работы по возведению здания оперного театра и библиотеки («Культурного центра фонда Ставроса Ниархоса»). Теперь на этом месте работают археологи, а позднее рядом с оперой там планируют создать открытую археологическую зону, куда будут допускаться туристы. Ученые установили, что кладбище использовалось с VIII по V век до нашей эры. Сейчас там найдены тела более полутора тысяч человек. Археолог Стелла Хриссулаки говорит, что в Фалиро (Фалероне, как называли его в древности) было кладбище для бедных афинян, тогда как знатные и богатые покоились на кладбище в районе Керамик.

Skull-of-child-in-jar.jpg

Кувшин с черепом ребенка с кладбища Фалиро Дельта. Распространенный в Древней Греции способ детских погребений


   Недавно в кладбище Фалиро Дельта была обнаружены две братские могилы со скелетами восьмидесяти человек. В одной из могил они были похоронены бок о бок в длинном ряду, во второй тела были свалены в кучу. У 36 погребенных руки были скованы над головой, а у одного еще и связаны ноги. Судя по состоянию зубов, все погребенные были молодыми здоровыми мужчинами.

Falyron-Delta-mass-grave.jpg

Раскопки массового захоронения в Фалиро Дельта


   Еще предстоит подробное исследование останков специалистами по физической антропологии, изотопный анализ костей и изучение древней ДНК, но ученые уже сейчас убеждены, что нашли останки жертв одного из политических кризисов Древних Афин. Более того, они считают весьма вероятным, что эти люди были схвачены и жестоко убиты в ходе события, которое позднее назвали «Килоновой скверной».

Shackled-skeletons.jpg

Скованные скелеты

Shackled-skeletons-piled-on-each-other.jpg

Останки из второго захоронения


   Килон был знатным и богатым афинянином. К тому же на олимпийских играх 640 года до нашей эры он одержал победу в беге на два стадия. Олимпийские победители считались особо отмеченными милостью богов, и их слава и влияние в родном городе всего были велики. Женился Килон на дочери Феагена – тирана города Мегары, что находится к северо-западу от Афин. Поддержка тестя еще больше укрепила позиции Килона и он решился на отчаянный шаг – поднять в Афинах мятеж, чтобы захватить единоличную власть в городе, стать тираном Афин. У Килона было немало друзей и сторонников, Феаген обещал прислать воинов ему на помощь, в Афинах было немало недовольных жизнью бедняков, чью поддержку было легко заполучить. Но Килон все-таки колебался.
   В конце концов, он решил обратиться к оракулу Аполлона в Дельфах с вопросом, пытаться ли ему захватить власть в родном городе. В ответ, как рассказывает историк Фукидид, «бог изрек прорицание: на величайшем празднике Зевса Килон должен овладеть афинским акрополем» (перевод здесь и далее Г. А. Стратановского). Килон счел, что величайший праздник Зевса – это дни олимпийских игр, посвященных Зевсу Олимпийскому. И вот в 632 году до н. э. он со своими приверженцами и с отрядом, который прислал ему Феаген, захватил акрополь.
   Но жители Афин, даже притесняемые знатью бедняки, не поддержали Килона. Пророчества оракула часто обманчивы. Ведь, как замечает тот же Фукидид, Килон мог выбрать не тот праздник Зевса. Например, для Аттики большое значение имел праздник Диасии, тоже посвященный Зевсу.
   Далее, по рассказу Фукидида, произошло следующее: «Едва об этом событии узнали в городе, как жители толпами сбежались с полей и, расположившись перед акрополем, осадили Килона с его приверженцами». Прошло время, осажденные начали страдать от голода и жажды, но не хотели сдаваться. «Килону и его брату удалось бежать. Остальные же, находясь уже при смерти, сели у алтаря богини, как умоляющие о защите». Людей, находившихся, у алтаря нельзя было убить, это было бы святотатством, оскорбляющим Афину Палладу. По той же причине было невозможно просто дождаться, пока они умрут от голода.
   Во время переговоров архонт Мегакл убедил осажденных покинуть акрополь и прийти на суд Ареопага. Плутарх сообщает, что сторонники Килона все равно боялись расправы, поэтому привязали длинную веревку к алтарю Афины и двинулись к Ареопагу, держась за нее руками. От Ареопага до Пропилей – входа на Акрополь – даже по извилистым дорожкам вряд ли более 250 метров, если же считать от Парфенона, то идти им предстояло всего около 400 метров, но благополучно добраться им так и не удалось. По словам Плутарха, веревка неожиданно порвалась. Многие полагают, что ее нарочно обрубили мечом. Возможно, это сделал лично Мегакл. По крайней мере, именно он воскликнул, что богиня отвергает мольбу осажденных, и приказал хватать их. Несчастных забрасывали камнями и закалывали мечами. Убили даже тех, кто успел укрыться в священной роще Эвменид, находившейся рядом с Ареопагом.
   Так закончился мятеж Килона и свершилась Килонова скверна. Слово «скверна» обозначает грех, которых лежит на святотатцах и убийцах. В первую очередь проклятие касалось самих преступников, затем оно охватывало их родственников, а потом и всех жителей города, где свершилось кощунственное убийство.
   Было немало знаков, свидетельствовавших, что Афина разгневана. Зловещие знамения, эпидемии, поражения в войне с мегарянами, потеря острова Саламин... Людей, участвовавших в расправе над сторонниками Килона, стали называть проклятыми. В 596 году афиняне провели суд над теми, кого затронула Килонова скверна. В основном это были представители знатного рода Алкмеонидов, к которому принадлежал Мегакл и другие архонты, руководившие расправой. Живых постановили изгнать из Афин, а останки мертвых выкопать и выбросить за пределы Аттики.
   Потом изгнание Алкмеонидов повторялось в Афинах еще дважды, все по тому же обвинению в Килоновой скверне. Обвинение в давнем святотатстве стали способом политической борьбы между влиятельными   кланами. Когда при Перикле противостояние Афин и Спарты еще не вылилось в отрытую войну, спартанцы требовали от афинян изгнать Перикла, полагая, что это ослабит конкурентов. Предлог был все тем же, ведь мать Перикла Агариста принадлежала к роду Аклемеонидов (афиняне отвечали требованиям изгнать из Спарты причастных к другому святотатственному преступлению). Парадоксально, что, если сам мятеж    Килона был незначительным эпизодом и не оказал особо влияния на афинскую историю, то обвинения в Килоновой скверне стали важным фактором политической жизни Афин на протяжении почти двухсот лет.
Однозначного подтверждения, что похороненные в братских могилах в Палео-Фалири люди погибли во время мятежа Килона, нет. Найденные рядом с костями две небольшие вазы датируются 675 – 650 годами, что близко к дате мятежа, но все-таки чуть раньше. Но археологи надеются, что сумеют установить истину.

Источник: politru_logo_2012.jpg

Автор: Максим Руссо

Обнаружена самая древняя раковая опухоль

   Международная группа исследователей под руководством ученых из Витватерсрандского университета в Южно-Африканской Республике сообщили о находке костей стопы со злокачественной опухолью возрастом в 1,7 миллиона лет. На данный момент это самое древнее свидетельство существования рака, найденное палеонтологами. Статья ученых опубликована в журнале South African Journal of Science.

pic_02c7efdf2f810e74fe6840c05934dac9.jpg

Фото: Patrick Randolph-Quinney (Uclan)

   Окаменелость принадлежала представителю трибы гоминини, к которой относятся ныне существующие шимпанзе, люди и их вымершие предки. Однако пока ученые не смогли точно установить, что за вид это был.   Ранее самая старейшая опухоль у гоминид была обнаружена в ребре неандертальца и датировалась 120 тысячами лет назад. По словам исследователей, их находка служит свидетельством того, что рак не является результатом исключительно современного образа жизни и воздействия окружающей среды. Злокачественная опухоль, поразившая плюсневую кость, была идентифицирована как остеосаркома, агрессивный тип рака, который чаще всего поражает молодых людей.

   Ученые также обнаружили доброкачественное новообразование в позвонках ребенка австралопитека (Australopithecus sediba), возраст которого также достигает около двух миллионов лет. Антропологи подчеркивают, что наличие опухоли в задней части скелета в раннем возрасте является редкостью и представляет собой самое старое свидетельство такого заболевания у гоминидов.
   Оба заболевания были диагностированы с использованием технологий визуализации в European Synchrotron Radiation Facility во Франции, компьютерной томографии (КТ) в больнице Шарлотты Мэксек в ЮАР, а также микро-КТ-сканера, которым владеет Корпорация по атомной энергии в ЮАР.

Источник: Lenta.ru

Улица имени известного антрополога М.М. Герасимова появилась в пригороде Иркутска

   Улицу в новом микрорайоне в поселке Маркова под Иркутском назвали именем Михаила Герасимова, который получил всемирную известность как разработчик метода антропологической реконструкции, или восстановления облика человека по его черепу.
   "Администрация Марковского муниципального образования постановила присвоить первой улице жилого района "Юго-Западный" имя советского антрополога, археолога и скульптора, доктора исторических наук, академика Михаила Михайловича Герасимова, который родился в Санкт-Петербурге, но детство и юность провел в Иркутске", - сообщила пресс-служба компании "Востсибстрой".
   В сообщении уточняется, что муниципалитет принял это решение, поддержав инициативу компании, ведущей застройку "Юго-Западного". Отмечается также, что М.Герасимов в 21 год, будучи сотрудником Иркутского областного краеведческого музея, открыл ныне всемирно известную стоянку древнего человека возле деревни Мальта Усольского района Иркутской области.
   Антрополог М.Герасимов разработал метод антропологической реконструкции в Лефортово. Советский уголовный розыск стал первой инстанцией, которая признала его эффективность. После он получил признание в научных кругах, в том числе на международном уровне, а при Институте этнографии АН СССР была создана лаборатория пластической реконструкции, которую возглавил ученый.
   М.Герасимов создал около 200 скульптурных портретов-реконструкций исторических личностей, в том числе Тамерлана, Ярослава Мудрого, Андрея Боголюбского, Ивана IV Грозного, адмирала Федора Ушакова. Благодаря ученому мир узнал, как выглядели представители древнего человека - австралопитеки и неандертальцы.

Источник: logo_russia.png

 

Британские учёные рассказали о том, как появились «британские учёные»

5bbe2e7e7ee94c4eb698d7d77aac12ab.jpg

   Специалисты из Эксетерского и Бристольского университета (Великобритания) решили выяснить, откуда берутся "британские ученые". Здесь речь идет, в первую очередь, не об экспертах разных направлений науки, которые работают в Великобритании. Рассматривается причина, по которой множество специалистов проводят исследования, не имеющие особого смысла, но зато о которых можно громко вещать. Результаты расследования этой ситуации опубликованы Эндрю Хиггинсоном и Маркусом Мунафо в журнале PLoS Biology.
   По мнению авторов проекта, основной причиной случившегося является система грантов, которая работает в стране. Она побуждает исследователей давать своим проектам громкие названия и рассказывать о не менее громких результатах. Причем эти результаты, как правило, не имеют ценности для науки вообще, или не слишком ценны.
Авторы исследования говорят, что ученые должны подходить к изучению самых разных процессов объективно, стараясь упрочнять и надстраивать здание научного знания. "Однако, ученые тоже люди, и работа в организациях, где все направлено на получение денег изменяет образ мыслей и поведения даже честных и добросовестных специалистов. Этот процесс проходит в равной степени осознанно и неосознанно", - заявляют специалисты.
   Начиная с 80-х годов прошлого века, ученые стараются добавлять "новизны" названиям своих работ. В то же время, только небольшое число публикаций имеет важное значение для науки. Сейчас все больше ученых старается посвящать внимание не чистой науке, а своей карьере. Многие стремятся публиковать как можно больше работ, что делает их более известными, а путешествие по карьерной лестнице - более стремительным. Молодые специалисты, глядя на принципы работы опытных товарищей, перенимают их модель работы. Это можно назвать адаптивным поведением - подобное явление широко распространено в мире живой природы и играет важную роль в эволюции.
   В своей работе Хиггинсон и его коллега Маркус Мунафо использовали методы математики и статистики. Они решили выяснить успешность подачи грантовых заявок и их результатов в виде публикаций в научных журналах. В самом начале исследования авторы предположили, что ученые, которые работают с грантами, могут использовать некий общий принцип для своих проектов, позволяющий получать дополнительные средства. Интересно то, что многие исследователи, осознанно или нет, стараются подгонять свои методы работы под методы оценки рассматриваемых проектов со стороны фондов, предоставляющих гранты. В общем-то, это очевидно.
   Для того, чтобы проследить ход процесса от написания заявки до получения гранта "грантоедами", математики изучили принципы работы грантовых агентств Великобритании и Австралии. Затем ученые использовали полученные данные для построения компьютерной модели, где "ученые" стараются получить как можно больше грантов у грантовой комиссии. Как оказалось, больше всего денег получают исследователи, которые предлагают небольшие по масштабу проекты с громкими словами вроде "инновационный", "новейший" и т.п. Проблема таких проектов в реальности в том, что их результаты слабо проверяются, а по большей части - и вовсе подгоняются под изначальные задачи. Эффективность работы ученых, принимающих участие в подобных проектах очень низка. Лишь 10-40% результатов таких проектов можно повторить. Следовательно, большая часть денег тратится напрасно и не оставляет никакого положительного следа в науке".
По мнению ученых из Великобритании, решить ситуацию можно. Для этого необходимо снизить количество поддерживаемых малых проектов, направив средства на поддержание крупных и средних проектов. Кроме того, комиссиям необходимо реагировать не на сенсационность предлагаемых разработок, а на методологию и результаты таких работ.

491e2f67f553823ef72e0146f95fa464.gif

Усредненная статистическая мощность публикаций, размещенных в научных журналах с 1960 по 2011 года

   Еще в 1963 году Джейкоб Кэн, психолог из Нью-Йоркского университета, обнаружил, что по статистике ожидаемый исследователем результат проявляется в ходе лишь 20% выполняемых экспериментов. Но в действительности почти все ученые указывают на положительный результат своих исследований. Другими словами, авторы просто не рассказывают о неудаче, в некоторых случаях искажая результаты своих исследований. Пол Смальдино из Калифорнийского университета и Ричард Мак Элрес из Института эволюционной антропологии Общества Макса Планка доказали то, что авторы научных исследований до сих пор рассказывают о своих успехах, скрывая поражения.
   Смальдино и Ричард Мак Элрес считают, что исправить ситуацию может только твердое решение фондов и научных организаций не предоставлять средства ученым и лабораториям, которые прежде публиковали непроверенные результаты своих исследований. Такие организации, зачастую, выдают свои ожидания за положительный результат. Правда, сделать это довольно непросто, поскольку грантовая система существует давно, а ее принципы укоренились в сознании ученых.
   По этой причине больше денег и более быстрое продвижение по карьерной лестнице получают те специалисты, кто дает своим работам громкие названия (пресловутое "наша методика позволяет победить рак") и публикует большое количество материалов. Те же организации, кто старается тщательно выверять свои результаты, публикуются значительно реже, и находятся, если так можно выразиться, в "тени".

Источник: Geektimes

Ринат Юсупов ‑ создатель республиканской научной школы антропологии и краниологии (К 65-летию со дня рождения)

imgpreview.jpg   Сегодня исполнилось бы 65 лет Ринату Мухаметовичу Юсупову - известному ученому-этнологу, чье имя и труды хорошо известны в отечественной и мировой науке. 
   Ринат Юсупов родился 12 ноября 1951 года в селе Исянгулово - райцентре Зианчуринского района Башкирской АССР, в семье сельских тружеников. В 1975 году, после окончания Башкирского медицинского государственного института, он начал заниматься антропологией в Институте истории, языка и литературы Башкирского филиала Академии наук СССР. В 1977-1979 годы Ринат Юсупов обучался в аспирантуре отдела антропологии Ленинградского отделения Института этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая АН СССР, где он специализировался по краниологии. В 1982 году Ринат Мухаметович успешно защитил кандидатскую диссертацию на тему «Антропологический состав башкир по данным краниологии».
   Научная работа была продолжена им в отделе этнографии и антропологии Института истории, языка и литературы Уфимского научного центра Российской академии наук. Здесь он работал старшим научным сотрудником. С 1993 года возглавлял отдел этнологии института и руководил им до последнего дня жизни.
   Ринат Юсупов был авторитетным ученым, внесшим крупный вклад в развитие этнологии в Башкортостане. Им создана башкирская научная школа антропологии древнего и современного населения Южного Урала, основана крупнейшая в России краниологическая коллекция по башкирам Башкортостана и соседних областей, собранная в ходе организованных ученым 14 антропологических экспедиций, в том числе двух ? международного уровня. Она является уникальной и включает в себя более 1500 единиц хранения, относящихся к эпохе бронзы и позднейшим периодам. Ринат Юсупов является автором более 200 опубликованных научных трудов, монографий и тематических сборников. Фундаментальный труд Рината Мухаметовича «Краниология башкир», вышедший в 1989 году в Москве в издательстве «Наука», стал основой для дальнейших исследований целой плеяды молодых ученых. Известность получили его монографии «Материалы по краниологии башкир» (1989), «Краниология женской субпопуляции башкир» (2002), «Башкиры» (2002) и другие. Труды ученого получили широкое признание среди научной общественности, способствовали повышению престижа отечественной науки за рубежом, публиковались в Америке, Италии, Финляндии, Швеции, Хорватии и других странах.
   Он входил в состав Ассоциации этнографов и антропологов России и Европейской ассоциации антропологов. Он внес большой вклад в подготовку научно-педагогических кадров. Его воспитанники-молодые аспиранты защищались в центральных научно-исследовательских институтах, многие из них ныне успешно трудятся в научных институтах и вузах республики и России. Ринат Юсупов был большим патриотом Башкортостана и России. В жизни он всегда оставался простым, скромным и обаятельным человеком, интересным собеседником. Отличался высоким профессионализмом и энциклопедическими знаниями. За большие заслуги в развитии отечественной науки Ринат Юсупов был удостоен почетного звания «Заслуженный работник культуры Башкирской АССР». Ученый был избран Почетным гражданином города Уфы.
   Прожил Ринат Юсупов совсем немного, не успев осуществить многие свои планы. Он скончался неожиданно 15 января 2011 года на 60-м году жизни, и похоронен в Уфе. Биография Рината Юсупова отражена в 7-м томе Башкирской энциклопедии, Википедии, на сайтах ИИЯЛ УНЦ РАН, библиотечной системы Зианчуринского муниципального района, во многих справочных научных изданиях.
   Вошло в добрую традицию ежегодно в ноябре, в месяце, когда родился Ринат Мухаметович, проводить в Уфе Международные «Юсуповские чтения».

 

Источник: Башинформ.фм

В Санкт-Петербурге скончалась легенда таджикской археологии - Мира Бубнова

    Прощай, легенда таджикской археологии. В Санкт-Петербурге в возрасте 87 лет ушла из жизни легенда таджикской археологии Мира Бубнова. Сердце этой легендарной женщины остановилось 5 ноября, на следующей день после своего дня рождения.
    Мира Алексеевна Бубнова - кандидат исторических наук, почетный гражданин ГБАО, почетный член Зороастрийского колледжа в Бомбее, известный специалист в области изучения истории и археологии Памира. В последние годы она была ведущим специалистом отдела археологии Института истории, археологии и этнографии им. А.Дониша АН РТ.
   Мира Бубнова начала археологические исследования на территории ГБАО в 1960 году. Только на Западном Памире с 1962 года под ее руководством было проведено 20 экспедиций. За это время исследовались ранее известные древние памятники, открыты новые, в том числе укрепленные поселения, сельские усадьбы, храмы огня, буддийский монастырь, поселения горняков и металлургов, древние выработки, система народных календарей.
   Мира Бубнова опубликовала более 100 научных и научно-популярных работ по истории ГБАО, в том числе и учебные пособия для школ и вузов, посвященных охране природно-культурных заповедников в Рашткалинском и Ишкашимском районах.
   В 2009 году Международный биографический центр в Кембридже объявил Миру Бубнову Человеком года, отметив, как лучшую среди лучших, и номинировал на премию Альберта Эйнштейна. Она была включена в справочник "Выдающиеся интеллектуалы XXI века".
   В начале этого года в связи с ухудшением здоровья она переехала жить к сыну в Санкт-Петербург. Ровно года назад в одном из интервью она, наполненная жизненной энергией, рассказывала о своем жизненном призвании: "В 1929 году я родилась в Ленинграде, а в 1949 приехала в Сталинабад, связала свою судьбу с историей этого края. Может, кому-то археология кажется скучной, но на самом деле это очень интересная и захватывающая наука. Изучая культуру и быт древних людей по археологическим находкам, ученым приходится работать в самых экстремальных условиях, и это захватывающе. Но вместе с тем есть и минусы, это издержки полевых условий и недостаточное финансирование. В любом случае, я люблю свою работу и вот уже 61 год занимаюсь археологией. Ведь археология - это творческая работа, которая полна новых открытий и путешествий. Благодаря опыту и постоянному совершенствованию знаний и умений археолог может восстановить цельную картину прошлого и открыть тайны древности. Согласитесь, это потрясающе!".

Источник: logo0.gif

В Тихом океане нашли останки легендарной летчицы, пропавшей в 1937 году во время полета

   Амелия Эрхарт — первая женщина-пилот, перелетевшая Атлантический океан, и известная американская писательница. В 1937 году она вместе со штурманом Фредом Нунаном попыталась совершить кругосветный перелет вдоль линии экватора. Однако уже в самом конце перелета, 2 июля, самолет пропал в небе над Тихим океаном.

image27667522_55271fa8e09f0b2549d58d769489f5b3.jpg

   Согласно последнему радиосообщению Эрхарт, у нее заканчивалось горючее и она не могла найти остров Хауленд, где самолет должен был дозаправиться.
Поиски знаменитой летчицы продолжались с 1937 по 1939 год и лишь сейчас, вероятно, были найдены ее останки. В 1940 году на необитаемом острове Тихого океана был обнаружен скелет и изначально посчитали, что он принадлежал мужчине. Однако в 2016 году, ученые провели новую антропологическую экспертизу, которая показала, что останки могли принадлежать и женщине — такого же роста и этнической принадлежности, как и Эрхарт, пишет Science Alert.
   По мнению ученых, атолл Никумароро усеян артефактами, которые, возможно, принадлежали именно Амелии Эрхарт и ее штурману Фреду Нунану. В частности, там были обнаружены остатки летной куртки, зеркало, фрагменты алюминиевых листов и косметический крем от веснушек.
   Профессор антропологии из университета Теннесси Ричард Джанц обнаружил, что предплечья найденного на острове скелета были длиннее обычного, что было типично для белых женщин, родившихся примерно в то же время, что и Эрхарт, то есть в 1897 году. К сожалению, сам скелет не сохранился до настоящего времени, поэтому специалистам приходится работать лишь со старыми фотографиями и результатами экспертиз.
«Мы, конечно, не доказали, что человеком, умершем на необитаемом острове, была именно Амелия Эрхарт, но это существенная порция данных, которая склоняет чашу весов именно в этом направлении», — отметили исследователи.
   Амелия Эрхарт в мае 1932 года совершила первый успешный одиночный полет через Атлантику. После этого Эрхарт стала самой известной женщиной-пилотом в мире. В 2009 году о летчице вышел биографический фильм «Амелия» с Хилари Суонк в главной роли.

Источник:  logotype-news2x.png

Золото саков: археологи Казахстана обнаружили уникальное захоронение

   974305.jpg

   В одном из курганов Тарбагатайского археологического ряда обнаружены золотые изделия в виде безрогих оленей, бронзовые наконечники, украшения, бисер и останки древнего человека, который был подготовлен к бальзамированию.
   Археологи не перестают поражаться артефактам, которые обнаруживают на месте раскопок в разных частях Казахстана. На сегодняшний день древняя история Казахстана восстанавливается благодаря археологическим исследования культуры скифо-сакского периода, которая известна знаменитым "звериным стилем" и иссыкским Золотым человеком. На культурное наследие великих кочевых народов можно сегодня посмотреть в "Зале золота" Национального музея Казахстана, который ежегодно пополняется уникальными экспонатами из драгоценных металлов, найденными в рамках госпрограммы "Культурное наследие".
   В скором времени еще несколько артефактов станут достоянием музея. Археологи после двух месяцев раскопок в Восточном Казахстане и последующих исследований в очередной раз пришли к выводу: культура раннего железного века обширно представлена в горах Тарбагатая.

974175.jpg
  Мы узнали подробности одной из археологических экспедиций в Восточно-Казахстанской области в беседе с главным научным сотрудником Института археологии имени А.Х. Маргулана КН МОН РК Ерденом Оралбаем. Археологическая экспедиция к хребту Тарбагатай началась в июне 2016 года, в долине которого на высоте 1500 метров над уровнем моря был обнаружен уникальный могильник под названием Елеке сазы. "Еще в 2011 году в этом районе я провел археологическую разведку, тогда впервые увидел памятники, были проведены паспортизация и поштучный учет. Именно тогда я увидел перспективу этого древнего могильника. Они особенные, при этом, разного периода — от раннесакского и до позднего древнетюркского", — говорит Ерден. Археологические раскопки начались с могильника Елеке сазы-2, кургана под номером семь. Сам курган, представляющий огромный интерес для изучения, диаметром около 35 метров и высотой 1,8 метра.

974153.jpg

© FOTO: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЕРДЕНА ОРАЛБАЯ 

   По словам археолога, снаружи курганы были каменными, а после того, как продолжили раскапывать, под каменным партером была обнаружена грунтовая насыпь. Подобная древняя архитектура уже встречалась на территории Казахстана, она схожа с памятниками Жетису (Семиречья) раннежелезного века. Для Восточного Казахстана такого рода памятники не характерны и встречаются впервые. К сожалению участников экспедиции, этот курган был разграблен ранее, причем дважды. "Как мы это определили? Все находки были найдены в дромосе, то есть в коридоре от края кургана к центру. А в этом кургане был дромос длиною в шесть метров. Внутри дромоса нашли артефакты – это первые признаки ограбления. Второй момент – центральная часть: каменный саркофаг был сдвинут с места", — констатирует собеседник. В могильнике археологи нашли шесть золотых нашивок в виде оленей, восемь бронзовых наконечников стрел и три колокольчика, скорее всего, они применялись в качестве украшений к одежде, и около 200 штук бисера. Также, к удивлению ученых, в кургане найдены останки древнего человека. Результаты антропологических исследований показали, что найденный скелет принадлежит мужчине в возрасте около 35-40 лет. Экспертиза установила, что его останки подвергались сверлению. "На костях имеются сквозные дырки, в частности, на трубчатых костях и позвоночнике, что говорит о том, что человека готовили для бальзамирования, и оно проводилось уже в раннем железном веке. Пока других данных нет", — отмечает археолог.

Рис._2_Бедренная.jpg

© FOTO: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЕГОРА КИТОВА (Отверстия на костях посткраниального скелета, связанные с мумификацией)

Рис._3__ББ.jpg

© FOTO: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЕГОРА КИТОВА (Отверстия на костях посткраниального скелета, связанные с мумификацией)

  

974159.jpg

© FOTO: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЕРДЕНА ОРАЛБАЯ Артефакты из захоронения Елеке сазы

   Как отмечает ученый, одежда и органика, т.е. ткани человеческого тела, в разграбленных могильниках не сохраняется, так как туда проникает воздух. "Если бы захоронение не было бы тронутым, (останки) сохранились в анатомическом порядке, и открывалось в последующем в лабораторных условиях, то, возможно, она бы (органика) и сохранилась. Но не в этом случае", — отмечает он. Найденные бляшки в виде оленей ранее уже встречались археологам Казахстана. Такие украшения были характерны в скифо-сакских кругах раннего железного века. Стоит отметить, что олени с согнутыми ногами похожи на найденные во время экспедиции Сергея Черникова в 1960 году в долине Шиликты Зайсанского района. "Это очень популярные находки, только разница в том, что мы обнаружили безрогих оленей, а там — с рогами. А стиль и позиция одинаковые и повторяются. В этой связи можно сказать, что обе находки принадлежат к раннему сакскому периоду", — делает вывод ученый.

974164.jpg

© FOTO: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЕРДЕНА ОРАЛБАЯ Артефакты из захоронения Елеке сазы

   По его словам, олени сделаны из золота 920 пробы с инкрустациями бирюзы. С VIII века до нашей эры, то есть с раннего сакского периода, на территории древнего Казахстана широко применялось в производстве золото. Еще Геродот в своих трудах писал об этом, также указания об использовании золота упоминаются в китайских источниках. Древние племена первоначально использовали литое золото, постепенно переходя к листовому и золотой фольге. На рубеже нашей эры золото начинает встречаться все меньше и отходит почти полностью, заменяясь бронзой. Обнаруженные в могильнике Елеке сазы наконечники были изготовлены из сплава олова и меди – бронзы. К удивлению участников экспедиции, эти артефакты очень хорошо сохранились и до сих пор остались острыми. Колокольчики также сделаны из золота. Рифленые трубочки, служившие соединением между древком стрелы и наконечником, также из золота. Такая стрела могла применяться в ритуальных целях, считают ученые.

974169.jpg

© FOTO: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЕРДЕНА ОРАЛБАЯ

   Артефакты из захоронения Елеке сазы "Очень часто во время раскопок встречаются золотые изделия, но, к сожалению, в Казахстане 99% курганов разграблены. Раскопки велись в разное время, к примеру, во времена Петра I его коллекция пополнялась находками из Средней Азии и Казахстана. То, что мы находим сейчас, тот же, например, известный Золотой человек был обнаружен не в центральной части захоронения, а в дополнительных. Грабители просто его не увидели, поэтому они остались сохраненными. Например, курган, где находился шиликтинский золотой человек, также был тронут ранее. В могильниках Береля также был "золотой человек", но он был разграблен, оставались только останки лошадей. В Елеке сазы — такая же история. Но тут очень много еще курганов и перспективы очень большие", — заключил Ерден Оралбай.

Источник: Sputnik Kazakhstan

Смерть в Австралии

Deep-peri-mortem-gash-on-cranium_1477103874.jpg.814x610_q85.jpg

Череп со следами повреждений Westaway et al. 2006 / Antiquity

   Человек, погребение которого было обнаружено, в национальном парке Турале в австралийском штате Новый Южный Уэльс, может оказаться древнейшей известной жертвой, убитой бумерангом. Его останки обнаружили, когда в 2014 году воды реки Дарлинг, подмывшие почву, обнажили череп. В ходе раскопок удалось найти почти полный скелет в отличном состоянии. Он был погребен лежа на правом боку, в «позе эмбриона», с головой обращенной вверх по течению реки, на северо-восток. Состояние скелета не оставляет сомнений, что этот человек был тщательно похоронен своими соплеменниками. Например, его голова покоилась на специально насыпанной “подушке” из песка. Он получил имя Каакутиа, что на языке живущих в этих местах австралийских аборигенов курна-паканти означает «старший брат».

Kaakutja-buried-in-flexed-position.jpg

Найденные останки in situ

   Остеологические анализ показал, что умерший был взрослым мужчиной, не старше 25 лет на момент смерти. Его рост составлял 165 – 170 сантиметров. На скелете обнаружено несколько травм. Две раны на черепе, скорее всего, были получены за какое-то время до смерти. Но большинство было нанесено примерно в момент смерти. К ним относятся повреждения на правой стороне лобной кости, скуловой кости, верхней и нижней челюстях, верхней части правой плечевой кости и пяти левых ребрах. Все они, в основном, нанесены раскалывающим орудием. Подобных повреждений не находили ранее на древних останках во всей Австралии. Обычные типы травм, с которыми имеют дело австралийские палеоантропологии, это «перелом Монтеджи», или «парирующий перелом», на костях рук и вдавленный перелом костей черепа.

trauma.jpg

Травмы на скелете

   Учитывая характер травм, археологи полагали, что этот человек погиб после прихода англичан в XVIII веке. Слишком похожа была его рана на голове на след удара мечом или саблей. Но радиоуглеродный анализ фрагментов кости и зуба дал неожиданный результат. Погибший жил между 1220 и 1280 годами, то есть за пять столетий до прибытия Джеймса Кука в Австралию, и за шесть – до того, как в Новом Южной Уэльсе появились европейские поселенцы.
   Специалист по физической антропологии Майкл Уэстевей (Michael Westaway) из Университета Гриффита в Брисбене и его коллеги попытались реконструировать события, приведшие к смерти Каакутиа, по оставленным на его костях следам. Поскольку раны не могли быть нанесены металлическими орудиями, археологи начали поиск возможного орудия убийства среди традиционных орудий австралийских аборигенов. Среди них подходящим кажутся два типа орудий. Во-первых, лил-лил – массивная деревянная дубинка. Такие дубинки использовали как для нанесения ударов, так и для метания во врага. Другой возможный вариант – боевой бумеранг уонна. Он, в отличие от более известного варианта бумеранга, не возвращался к метнувшему его человеку, имел лишь небольшой изгиб, а весил значительно больше, до одного килограмма. Внутренняя его кромка могла быть заточенной и, по описанию этнографа Роберта Мэтьюза, напоминала острую саблю.

Lil-lil-19th-c.-New-South-Wales.-National-Museum-of-Australia.jpg

Дубинка лил-лил

Traditional-boomerangs.jpg
Орудия аборигенов в Музее Центральной Австралии. Боевой бумеранг второй снизу

   Сопоставляя следы на костях с формой орудий, ученые пришли к выводу, что травмы лицевых костей слишком велики, чтобы быть нанесенными дубинкой лил-лил. А вот боевой бумеранг, чья длина могла достигать 45 сантиметров, мог оставить такие отметины. Такие бумеранги могли кидать в противника “прямой наводкой”, а иногда бросали его так, чтобы он приземлялся перед человеком и поражал его, отскочив от земли.
Ученые предложили реконструкцию событий. По их мнению, первую рану жертва получила от бумеранга, попавшего в лицо. При этом она потеряла глаз. Следующий удар был нанесен по ребрам и сломал пять из них. Вероятно, после этого жертва упала на колени. Наконец, последовал удар по верхней части правой руки.
   Профессор Джо Макдональд из Университета Западной Австралии в целом согласна с результатами исследования Майкла Уэстевея и его коллег. Она полагает, что раны были нанесены с близкого расстояния, возможно, даже в рукопашном бою, а не в результате попадания метательного орудия. Она обращает внимание на отсутствие на руках убитого характерных травм, указывающих на попытку закрыться от удара. Уэстевей и его коллеги объясняют этот факт тем, что для защиты убитый мог использовать деревянный щит. Однако умелые австралийские воины могли запустить бумеранг таким образом, чтобы, ударившись о щит, он обогнул его и нанес другим концом удар в незащищенную часть тела.
   Джо Макдональд, много лет изучавшая наскальную живопись австралийских аборигенов, говорит, что в двадцати с небольшим километрах к востоку от места погребения, в национальном парке Гунгабука, есть наскальные рисунки, изображающие военные столкновения между племенами. Воины на них нарисованы двумя разными цветами: оранжевой и белой охрой. В руках они держат деревянные щиты, дубинки – лил-лил и боевые бумеранги. Возможно, в одном из таких столкновений и погиб Каакутиа.

Battle-with-war-boomerangs-in-rock-art-near-find-site.jpg

Наскальные изображения со сценами военных столкновений

   Ученые называют эту находку очень значимой. Раны на скелете показывают, что традиционное оружие австралийских аборигенов было способно повреждать кости не хуже, чем европейское холодное оружие из металла. Полученные данные помогут археологам и антропологам при анализе повреждений на других найденных костях. Майкл Уэстевей и другие исследователи намерены также провести экспериментальное моделирование ран, используя реплики традиционного оружия.
   Следы ранений на костях Каакутиа важны и для культурной антропологии. Ранее преимущественно наскальные изображения свидетельствовали о наличии военных конфликтов у населения Австралии в доевропейский период. До этой находки был лишь один скелет с явными следами раны, нанесенной оружием – копьем с кремневым наконечником.
   Статья об убийстве Каакутиа опубликована в журнале Antiquity.

Автор: МАКСИМ РУССО
Источник:politru_logo_2012.jpg

Антрополог стала Академиком Российской Академии Наук

  BuzhilovaAP.gif 
   По итогам выборов 2016г., решением собрания Отделения историко-филологических наук РАН от 24 и 25 октября и утверждением результатов на общем собрании РАН от 28 октября - директор НИИ и Музея антропологии МГУ Бужилова Александра Петровна выбрана действительным членом Российской Академии Наук. 
   
   Поздравляем Александру Петровну Бужилову с новым успехом!
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Фото использовано с сайта: НИИ и Музея антропологии МГУ
 

Ученые из Венгрии выполнят реконструкцию лица по черепу Кейки батыра

    13 октября Центральным государственным музеем (ЦГМ) РК при содействии Посольства Республики Казахстан в Венгрии в Будапешт были доставлены останки черепа Кейки батыра. Венгерские специалисты будут заниматься работами по восстановлению облика Кейки батыра. В ходе встречи в Музее естественных наук Венгрии Директор ЦГМ Нурсан Алимбай передал Генеральному директору Золтану Кочишу останки черепа для проведения анализа ДНК и восстановления облика Кейки батыра.

   Работами по реконструкции займется руководитель антропологического отдела музея Агнеш Куштар. В рамках встречи Алимбай отметил, что останки черепа предводителя повстанческой армии национального освободительного движения 1916 года Кейки батыра спустя 93 лет были возвращены на родину и восстановление его облика является важным историческим событием для всего Казахстана.

qdfdsfhhk.j.jpg

   Кочиш поблагодарил казахстанскую сторону за оказанную честь и заверил, что венгерские специалисты проведут качественную работу с использованием современных технологий. Необходимо отметить, что Музею естественных наук Венгрии в этом году исполнилось 214 лет. В нем хранятся около 10 млн экспонатов. Антропологическим отделом музея проведены более 70 работ по лицевой реконструкции, в том числе и облика Абулхаир хана.
   Венгерские антропологи планируют завершить работу по восстановлению облика Кейки батыра до декабря 2016 года.

asddgfbhfyj.jpg

   Череп Кейки батыра могут захоронить в мемориальном комплексе в селе Тасты Костанайской области. Мемориальный комплекс Кейки батыра в Амангельдинском районе был построен в 2010 году на его могиле. Инициаторами были родственники Кейки батыра. Деньги на постройку собирали всем миром. Сейчас комплекс часто посещают туристы, неподалеку от сооружения проходит трасса «Аркалык-Тургай».
   Как рассказал потомок Кейки батыра Танатар Ахметов, новость о возвращении в Казахстан останков его знаменитого предка взволновала весь сельский округ:
- Люди очень обрадовались. Это историческое событие, ведь Кейки батыра при советской власти не хотели признавать, считали неугодным. Теперь мы ждем решения комиссии о месте захоронения. Надеемся, что решение будет в пользу нашего мемориального комплекса.
   8 октября возвращенный из России череп Кейки-батыра был доставлен из Астаны в Алматы для проведения лабораторных исследований. 

keiki600.jpg

Справка по Кейки батыру:

   Кейки батыр, Нурмагамбет Кокембайулы (1871-1923) родился в местности Байтума Амангельдинского района Костанайской области.
Батыр, участник Торгайского восстания 1916 года. После гибели Амангельды Иманова 18 мая 1919 года и смерти хана Абдигапара Кейки батыр ушел в Улытау и Кызылкумы. 22 апреля 1923 года был убит бойцами Красной армии. Красноармейцы обезглавили тело Кейки батыра и отвезли его   голову в Оренбург в качестве доказательства смерти. Затем череп Кейки батыра отправили в ленинградскую Кунсткамеру. В октябре 2016 года его передали в Казахстан.
   Его имя было предано забвению, долгое время о Кейки батыре вообще запрещалось говорить. Затем его имя было реабилитировано. В честь 125-летия со дня рождения в Аркалыке ему был установлен бюст. 

 6wDxsEWd01uuYUbAKRc3XjE553degK.jpg
 
 
   Москва передала Астане череп Кейки Батыра, лидера антироссийского восстания 1916 года. Возвращение черепа героя произошло на следующий день после завершения двухдневного визита Владимира Путина, который принял участие в XIII Форуме Межрегионального Сотрудничества России и Казахстана, а также встретился с президентом Нурсултаном Назарбаевым.

5303996a347a431c2719d1314f90183e.jpg

004a98c2c80282e215604d9c94a13204.jpg

Источник: Nur.kz

                Наша газета

Фото черепа взято с сайта: tengrinews.kz

                

                 

Зачем наши предки проделывали друг другу отверстия в черепе

   Тысячи лет назад люди научились проводить хирургическую операцию по вскрытию черепа, или трепанацию. Со времен глубокой древности представители разных народов практиковали трепанацию — грубое хирургическое вмешательство, при котором в черепе живого человека проделывают отверстие. Эта операция осуществлялась посредством сверления, разреза или выскабливания острым инструментом.
   На сегодняшний день в ходе археологических раскопок по всему миру из-под земли извлечено множество черепов со следами трепанации. Странно, но ученые до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно того, зачем наши предки проводили эту операцию. Отчеты антропологов о трепанациях, проводившихся в Африке и Полинезии в XX веке, дают основание предположить, что по крайней мере в этих случаях операция была предназначена для лечения головной боли — например, возникшей вследствие травмы черепа или неврологического заболевания.

2380645341.jpg

   Вероятно, с той же целью трепанацию делали и в древние времена. На многих трепанированных черепах были обнаружены признаки механических повреждений или неврологических заболеваний, зачастую недалеко от трепанационного отверстия. Тем не менее, исследователи уже давно подозревают, что древние люди проводили трепанацию не только в медицинских целях, но и в качестве ритуала.
   Самые первые свидетельства проведения операций по вскрытию черепа относятся к периоду около 7000 лет назад. Трепанацию практиковали в различных частях света: в Древней Греции, Северной и Южной Америке, Африке, Полинезии и на Дальнем Востоке.
Вероятно, в разных регионах люди самостоятельно разрабатывали технику трепанации.
   К концу Средневековья большинство народов отказалось от трепанации, однако в нескольких оторванных от цивилизации частях Африки и Полинезии эти операции проводили вплоть до начала 1990-х годов. С момента публикации самых первых научных исследований на тему трепанации (в XIX веке) ученые продолжают утверждать, что древние люди иногда проводили трепанацию для того, чтобы впустить духов в тело человека или, наоборот, изгнать их.
Кроме того, трепанация могла быть частью обряда инициации. Тем не менее достоверных подтверждений этому практически нет. Исключить то, что трепанация была поведена по медицинским причинам, почти невозможно, так как некоторые заболевания головного мозга не оставляют никаких следов на черепе.
   Впрочем, в одном из уголков России археологи нашли одно из наиболее убедительных доказательств проведения ритуальных трепанаций.
Эта история началась в 1997 году. Археологи проводили раскопки на древнем месте захоронений под Ростовом-на-Дону. На месте раскопок из 20 отдельных могил были извлечены останки скелетов 35 человек. Учитывая способ захоронения, археологи определили, что их можно отнести к периоду с 5000 до 3000 лет до н. э., известному как халколит, или медный век. В одной из могил были найдены скелеты пяти взрослых человек — двух женщин и трех мужчин, а также ребенка от одного до двух лет и девочки-подростка. Ученые и раньше обнаруживали несколько скелетов древних людей в одной могиле, однако в данном случае находка все же была необычной: черепа двух женщин, двух мужчин и девочки подверглись трепанации.
   В каждом из черепов было одно овальное отверстие шириной несколько сантиметров с признаками скобления по краям. В черепе третьего мужчины обнаружили углубление, которое явно было делом рук человека, однако это отверстие не было сквозным. Нетронутым был только череп ребенка.
Исследованием извлеченных из могил останков занялась Елена Батиева, антрополог из Южного федерального университета в Ростове-на-Дону. Она сразу же определила, что отверстия в черепах являются результатом трепанации, однако вскоре поняла, что эти трепанации не были обычными.
   Все они были сделаны практически в одном и том же месте — в точке под названием обелион. Обелион расположен в верхней части черепа ближе к затылку, примерно в том месте, где волосы обычно собирают в высокий хвост. Менее 1% всех зарегистрированных трепанаций были проведены выше обелиона. Кроме того, Батиева знала, что древние люди, проживавшие на территории России, такие операции делали еще реже. На тот момент ей был известен только один зарегистрированный случай трепанации в этой точке. Череп был извлечен из-под земли в 1974 году неподалеку от места ее нынешних раскопок. Совершенно ясно, что даже один череп с трепанацией в районе обелиона — это выдающаяся находка. Но у Батиевой их было целых пять, и все они лежали в одной могиле. Этот случай был и до сих пор остается уникальным.
   Тому, что трепанация в районе обелиона встречается редко, есть простое объяснение: это очень опасно. Обелион расположен непосредственно над верхним саггитальным синусом, где кровь, оттекающая от мозга, скапливается перед тем, как попасть в основные отводящие мозговые вены.
Вскрытие черепа в этом месте грозит обильным кровотечением и смертью. Это значит, что люди, проживавшие на территории России в медном веке, должны были иметь веские причины для того, чтобы проводить подобные операции. Тем не менее, ни на одном из черепов не было найдено следов повреждений или болезни, которые имели бы место как до, так и после трепанации.
   Другими словами, все выглядело так, будто все эти люди перенесли трепанацию, будучи совершенно здоровыми. Была ли эта операция связана с каким-либо ритуалом? Это очень интересный вопрос, однако Батиевой пришлось отказаться от дальнейших поисков ответа.
Ей нужно было исследовать еще множество скелетов, найденных по всей южной части России, и она не могла отвлекаться от своей основной задачи ради нескольких черепов, какими бы загадочными они ни были.
Прежде чем отступиться, Батиева решила просмотреть неопубликованные археологические данные по России, чтобы выяснить, не были ли обнаружены другие нетипичные черепа с трепанацией в районе обелиона, которые по какой-то причине не были зарегистрированы.
К ее удивлению, таких черепов было целых два. Они принадлежали молодым женщинам и были найдены несколько лет назад: один в 1980-м, а другой — в 1992 году. Оба черепа были извлечены из-под земли менее чем в 50 км от Ростова-на-Дону, и ни на одном из них не было обнаружено медицинских предпосылок для трепанации.
   Итак, у Батиевой было восемь необычных черепов, найденных на относительно небольшой территории на юге России и принадлежавших людям примерно одного возраста. Через десять лет было обнаружено еще несколько. В 2011 году международная группа археологов занималась исследованием 137 человеческих скелетов, извлеченных из-под земли в трех отдельных захоронениях, относящихся к медному веку. Все они были найдены в Кабардино-Балкарии, в гористой местности на юге России, примерно в 500 км на юго-восток от Ростова-на-Дону, недалеко от современной границы с Грузией. Археологи не ставили перед собой цель обнаружить трепанации. Их задачей было выяснить общее состояние здоровья древних людей, населявших этот регион.
Тем не менее, в девяти из 137 черепов они нашли отверстия. Пять из них представляли собой стандартные образцы трепанации. Отверстия были сделаны в различных точках в передней и боковой части черепа, и на всех черепах были обнаружены признаки механических повреждений. Это давало основания предположить, что трепанации проводились для устранения последствий травм.
   Однако ни на одном из оставшихся четырех черепов признаков повреждений или заболеваний не было. Более того, на каждом из них трепанация была проведена прямо над обелионом. Совершенно случайно оказалось, что немецкий антрополог Джулия Грески, входившая в группу исследователей, была знакома с работой Батиевой, описывающей необычные трепанированные черепа, найденные в Ростовской области.
   Тогда Грески, Батиева и другие археологи объединили свои усилия, чтобы описать все 12 черепов с юга России, трепанированных в районе обелиона. Их исследование было опубликовано в апреле 2016 года в научном журнале American Journal of Physical Antropology.
Независимо от места обнаружения, 12 подобных черепов уже представляют собой необыкновенную находку. Однако тот факт, что все они были найдены в одном уголке России, означал, что, вероятнее всего, у них есть что-то общее. Если бы между ними не было никакой связи, вероятность того, что такое количество редких трепанаций встретилось бы только на юге России, была бы чрезвычайно мала.
   Грески, Батиева и их коллеги заявляют, что, несмотря на то, что их выводы сложно доказать, скопление таких нестандартных трепанаций дает основание предположить, что на юге России мог располагаться своего рода центр ритуального трепанирования.
Мария Медникова, ведущий научный сотрудник Института археологии РАН, — специалист в области трепанаций, имевших место на территории России.
   Она уверена, что трепанации в определенных опасных областях черепной коробки могли проводить для достижения своего рода «трансформаций». По ее словам, люди делали это, думая, что приобретут уникальные способности, которых не было у обычных членов общества.
Мы можем только предполагать, почему этим, по всей видимости, здоровым людям пришлось пережить трепанацию, сделанную таким необычным и опасным способом. Однако сами отверстия многое говорят нам о том, как сложилась судьба людей после операции.
Один из 12 черепов принадлежал женщине, не достигшей возраста 25 лет, чей скелет был найден на месте захоронения под Ростовом-на-Дону. На нем не было признаков заживления, и можно предположить, что она умерла во время операции или вскоре после нее.
Тем не менее, остальные, по-видимому, более или менее благополучно пережили трепанацию. По краям трепанационных отверстий начала расти новая костная ткань, однако все отверстие она так и не заполнила. На трех из 12 черепов были найдены лишь незначительные признаки заживления по краям трепанационного отверстия. Это значит, что после операции эти люди прожили всего от двух до восьми недель.
   Двое из них были женщинами от 20 до 35 лет, а третий был пожилым человеком от 50 до 70 лет, чей пол установить не удалось. На остальных черепах отверстия заросли намного лучше. Основываясь на современных знаниях о регенерации костной ткани, можно сделать вывод, что после операции эти люди прожили не менее четырех лет.
   Среди восьми выживших были все пятеро из массового захоронения под Ростовом-на-Дону, чьи необычные трепанации впервые привлекли внимание Батиевой почти 20 лет назад. Двое мужчин, две женщины и одна девочка-подросток смогли прожить несколько лет, имея отверстие в районе обелиона.
   Девочка, которой, судя по скелету, было от 14 до 16 лет, подверглась трепанации не позднее своих 12 лет, а то и намного раньше. Тем не менее, нельзя исключать, что эти 12 человек все же страдали от заболеваний или травм головы. Если это так, то как минимум восьми из них трепанация помогла. Однако также возможно, что Батиева и ее коллеги правы, и эти люди подверглись трепанации в ритуальных целях. Если это так, мы можем только догадываться, какую пользу — реальную или воображаемую — они от этого получили.

Источник: ИноСМИ РУ

 

В Перу реконструировали облик правителя Сипана - представителя цивилизации Моче

   В Перу реконструировали внешний облик правителя Сипана, жившего в третьем веке нашей эры - представителя таинственной цивилизации Моче, которая существовала в доколумбову эпоху на побережье Южной Америки, но на пике своего развития исчезла по неизвестным причинам. Гробница правителя Сипана была обнаружена в 1987 году, но только сейчас специалистам удалось создать 3D-модель лица древнего воина, используя фрагменты его черепа.

   Он был похоронен со всеми придворными и подданными, принесёнными в жертву после его смерти. В правой руке держал золотой скипетр, на саркофаге у его ног были изображены побеждённые враги. По важности эту находку сравнивают с открытием гробницы египетского фараона Тутанхамона. Реконструкцией лица владыки Сипана археологи занимались вместе с 3D-дизайнерами, специалистами в области стоматологии и судмедэкспертами. 

Источник: Россия К

Тюменские учёные исследуют мумифицированную голову казака, которой 400 лет!

   Краткая видеозаметка об исследовании мумифицированных остатков "казака", обнаруженных в торфянике в Курганской области. 

 

Источник: Телеканал "Тюменское время"

Необычное захоронение, найденное в Сибири, поставило археологов в тупик

   Археологи в недоумении: в знаменитом Пазырыкском могильнике на берегу реки найдены останки двух тел – ребёнка и взрослого человека – с отделёнными от тел головами.
   Пазырыкская культура существовала в VI—III веках до нашей эры. Основные предметы этой культуры были найдены в Горном Алтае. Носители Пазырыкской культуры обитали на смежных территориях Казахстана, Республики Алтай и Монголии.
   Сейчас специалисты исследуют очередную находку — скелеты ребёнка и взрослого человека. Возраст останков оценивается как минимум в 2500 лет, а вот их пол пока установить не удалось. Но больше всего археологов удивил тот факт, что оба трупа были обезглавлены – черепа находились рядом.

information_items_4571.jpg
   Это первое захоронение такого рода, найденное на территории современной Сибири, и не совсем понятно, как его объяснить. Возможно, это часть какого-то древнего ритуала – например, если люди боялись, что мёртвые могут воскреснуть, либо это некий вид казни.

inside_map_2.jpg

inside_drawing.jpg

   Но пока эти версии не выдерживают критики, поскольку в могиле археологи обнаружили также куски меховых изделий, а в них в загробный мир отправляли только богатых людей, "чтобы те не замёрзли".
   Также исследователи нашли два небольших бронзовых зеркала и куски керамических сосудов. То есть всё указывает на типичное захоронение знатных особ, которое, к примеру, могло быть разграблено, и тогда отсечение головы могло стать актом унижения. Это могло произойти значительно позже (дальнейший анализ должен это показать). Впрочем, уже сейчас эксперты готовы отказаться и от этой версии (но проверить её всё равно необходимо). Они считают, что вряд ли головы были отделены позднее, ведь судя по расположению тел и длине могилы, она изначально предназначалась для тел без голов.

inside_gv_burial_mound.jpg
   Пока "рабочая" версия – это погребение после военных действий. По словам руководителя раскопок Никиты Константинова из Горно-Алтайского государственного университета, сами по себе захоронения обезглавленных тел были довольно распространены во время древних войн: обезглавленными хоронили поверженных врагов, а из их черепов делали чаши. Однако это не было характерно для пазырыкцев: правителей и полководцев они хоронили отдельно от войска, хорошо одевали в знак уважения и старались не повреждать тела. Так что отделение головы, тем более у ребёнка, поставило учёных в тупик.

inside_burial.jpg

inside_mirror.jpg

   Ещё одно предположение – что тела хотели мумифицировать, но почему-то не завершили процесс. В силу климатических факторов мумификация была характерна для жителей этой местности – ранее найденные здесь мумии находились в прекрасном состоянии, учёные даже смогли разглядеть нанесённые на тела татуировки (наиболее древние уцелевшие образцы татуировок в мире). Самая громкая местная находка – мумифицированная "принцесса Укока", найденная в 1993 году.

inside_golden_foil.jpg

inside_fur.jpg

Общий процесс мумификации пазырыкской культуры включал отделение головы от тела – после извлечения мозга её "возвращали на место", но возможно, по каким-то причинам этого не сделали в данном случае.
Первые результаты анализов и экспертиз станут известны уже в декабре-январе: учёные смогут установить пол людей, примерный возраст на момент смерти и то, каким предметом были отсечены головы – эти факты помогут ответить хотя бы на часть вопросов.

Подробности исследования опубликованы в издании Siberian Times.

Европейские неандертальцы были каннибалами, заявляют ученые

   Палеонтологи обнаружили первые однозначные свидетельства того, что неандертальцы, жившие в Бельгии и на севере Европы в целом, были каннибалами, говорится в статье, опубликованной в журнале Scientific Reports.

1461025313.jpg

© Фото: Asier Gómez-Olivencia et al.
Кости неандертальцев, съеденных соплеменниками


   За последние годы ученые нашли множество свидетельств того, что первые жители Европы могли питаться мясом своих врагов или соплеменников – к примеру, в прошлом году палеонтологи обнаружили, что неандертальцы из пещер Марильяк зачем-то раскалывали кости недавно усопших сородичей, и отделяли их конечности от туловища. Тем не менее, этот вопрос остается предметом дискуссий, так как многие ученые считают, что подобные повреждения могли быть частью ритуалов погребения, а не следами каннибализма.
   Йоханнес Краузе (Johannes Krause) из университета Тюбингена (Германия) и его коллеги нашли фактически однозначные свидетельства того, что неандертальцы действительно были каннибалами, открыв целое кладбище костей в третьей пещере из комплекса Гойе в Бельгии.
Здесь, как показали проведенные ими раскопки и данные генетического анализа, примерно 40-45 тысяч лет назад были убиты и разделаны тела пяти неандертальцев, примерно 100 костей которых были найдены группой Краузе в одном из углов этой пещеры. Все эти кости несли на себе следы орудий труда, иных повреждений, а также намеки на то, что мясо с них отдиралось слоями. Часть костей, по словам ученых, была заточена и стала орудиями труда.
   В пользу того, что обладатели этих костей были употреблены в пищу, говорит то, что все кости были разломаны при помощи тупых предметов сразу после смерти жертв жителей пещеры (вероятно, для извлечения костного мозга), и примерно треть из них была покрыта разделочными шрамами в тех местах, где к ним крепились мускулы.
   Неандертальцы были действительно суровыми существами и не щадили ни женщин, ни детей – на это указывает то, что кости съеденных индивидов содержат в себе останки как минимум одного ребенка. При этом жители пещеры не были гурманами и, судя по наличию аналогичных отметин на костях животных, часто питались и их мясом.

1461038056.jpg

© Фото: Asier Gómez-Olivencia et al.
Кости неандертальцев, съеденных соплеменниками


   С точки зрения генетики, съеденные неандертальцы мало в чем отличались от их родичей, живших на юге Франции, в Испании и в Хорватии. Это говорит о том, что их численность была достаточно низкой в последние тысячелетия перед их вымиранием. Пока не понятно, мог ли их каннибализм, учитывая его связь с развитием коровьего бешенства и прочих форм губчатой энцефалопатии, повлиять на их исчезновение после пришествия кроманьонцев.

Источник: РИА новости

 

Реконструкция внешнего облика отдельных представителей населения Прикетья XV–XVII вв. (по археологическим и краниологическим данным) // Вестник археологии, антропологии и этнографии. 2016. № 3 (34)

   В статье представлены результаты исследования археологических и краниологических материалов XV– XVII вв. из курганных могильников Прикетья. Феномен данного региона как особой контактной территории состоит в том, что здесь на протяжении эпохи позднего средневековья проживало разноэтничное население — кеты, селькупы, эвенки, русские. Однако проблема этнической идентификации населения, оставившего эти памятники, однозначно решена учеными в пользу самодийцев — селькупов. Объектом исследования являются антропологические материалы из погребальных памятников Нижней (Елтыревский курганный могильник II, Елтыревский курганный могильник III) и Средней (Карбинский курганный могильник II) Кети Колпашевского и Верхнекетского районов Томской области. Могильники были оставлены членами группы южных (нарымских) селькупов, представителями этногруппы сюссе- кум (сюссыкум). Сопоставление данных, полученных в результате антропологической реконструкции представителей населения Прикетья XV–XVII вв., с комплексом соматологических признаков нарымских селькупов ХХ в. позволяет сделать вывод, что основные показатели признаков внешности иссле- дованных индивидов в целом попадают в массив соматологических данных, т.е. эти признаки не претерпели существенных изменений за три-четыре столетия. Графические портреты убедительно демонстрируют внешний облик отдельных индивидов этногруппы сюссекум (сюссыкум) как представителей нарымских селькупов. Статья проиллюстрирована графическими портретами представителей этого населения.

vest_3-34-rekon.png

Реконструкция лица по черепу.
Портреты мужчины и женщин: 1 — Елтыревский III; 2 — Елтыревский II; 3 — Карбинский II.

Статья опубликована в журнале Вестник археологии, антропологии и этнографии. 2016. № 3 (34) Института проблем освоения Севера СО РАН

Вышел новый выпуск вестника археологии, антропологии и этнографии" № 3(34), 2016 г

vest_3-34.png

Уважаемые коллеги, вышел "Вестник археологии, антропологии и этнографии" № 3(34), 2016 г. С содержанием журнала можно познакомиться на сайте ИПОС СО РАН: Содержание вестника

Хохлов А.А., Солодовников К.Н., Рыкун М.П., Кравченко Г.Г., Китов Е.П. Краниологические данные к проблеме связи популяций ямной и афанасьевской культур Евразии начального этапа бронзового века // Вестник археологии, антропологии и этнографии. 2016. № 3 (3

Коллективом антропологов проведена масштабная работа по сравнению антропологических особенностей краниологических серий различных вариантов ямной и афанасьевской культур. Работа посвящена актуальной проблеме связи двух ярких культур энеолита — ранней бронзы — ямной Восточной Европы и афанасьевской Южной Сибири. Приводятся гипотезы о происхождении афанасьевского населения. Сравниваются краниологические материалы разных территориально-хронологических групп этих культур на фоне серий черепов энеолита — средней бронзы Восточной Европы, Кавказа, Средней Азии, Южной Сибири с использованием методов многомерной статистики.

map_yam-afan.jpg

Могильники восточной части ареала ямной культуры и афанасьевской культуры Алтая, давшие краниологические материалы

Показана неоднородность населения локальных ямных и афанасьевских групп, а также доминирование в составе тех и других широколицых европеоидных антропологических компонентов. Сравнительные нео-энеолитические краниологические материалы Алтая, прилегающих областей Южной Сибири и Северного Казахстана демонстрируют морфологические комплексы с умеренной профилировкой лица. Население такого облика не может рассматриваться в качестве базиса для сложения европеоидного в своей основе афанасьевского населения. Среди нео-энеолитических краниологических выборок с территорий Средней и Передней Азии, Кавказа, юга Восточной Европы доминируют варианты долихокранных мезо- или гипоморфных европеоидов. Они морфологически отличаются от афанасьевских краниологических выборок Алтая и Минусинской котловины. Соответственно отрицается точка зрения об истоках протоафанасьевского населения в регионах Средней и Передней Азии. Исходя из общих результатов морфологического анализа предков протоафанасьевского населения следует искать именно в кругу степных и лесостепных популяций энеолита — ранней бронзы восточно-европейского ареала. По нашим данным наибольшее краниологическое сходство с афанасьевцами Горного Алтая демонстрируют волго-уральские ямники, которые и хронологически оказываются наиболее древними в составе популяций ямной культурно-исторической области. Таким образом, поддерживаются археологические разработки и антропологические доводы, по которым появление протоафанасьевцев на территории Алтая связано с миграцией какой-либо восточно-европейской популяции энеолита — ранней бронзы, вероятнее всего, с территории Волго-Уралья.

Статья опубликована в журнале Вестник археологии, антропологии и этнографии. 2016. № 3 (34) Института проблем освоения Севера СО РАН

Генетик рассказал, как Россия стала прародиной индоевропейских языков

1478885064.jpg

РИА новости

   Известный палеогенетик Йоханнес Краузе рассказал РИА "Новости" о том, почему ученые сегодня считают степи Прикаспия родиной народов Европы, поделился мыслями о причинах почти полного вымирания Европы в конце ледникового периода, а также порассуждал о перспективе "воскрешения" средневековой чумы.
   Йоханнес Краузе, палеогенетик из Института истории человека в Йене (Германия) – один из самых известных "некромантов" современности, которому удалось за последние несколько лет восстановить и изучить геномы средневековых возбудителей чумы и проказы, раскрыть тайны миграций и вымирания первых жителей Земли.

1469895662.jpg

   Кроме того, он обнаружил, что в конце ледникового периода фактически вся Европа вымерла и была заново заселена "северными евразийцами", поселенцами с юга России, а также нашел однозначные генетические свидетельства того, что неандертальцы были каннибалами. Обо всем этом Краузе рассказал на лекции в МГУ имени М.В. Ломоносова, которая проводилась в рамках всероссийского фестиваля Наука 0+.
— Йоханнес, недавно вы выяснили, что почти все первые жители Европы вымерли и не оставили следов в ДНК современного населения субконтинента. В чем могли быть причины такой катастрофы, вызвали ли ее болезни или климат?
— Сам по себе ледниковый период был периодом масштабных климатических изменений. Поэтому мы собственно и называем его ледниковым периодом – температуры упали на 10 градусов Цельсия, и большая часть Европы была покрыта льдом во время последнего ледникового максимума, 20 тысяч лет назад.
   В то время, по сути, в Центральной Европе было невозможно жить – она представляла собой области вечной мерзлоты, покрытые тундрой и льдами.
   Поэтому то, что в то время местное население полностью вымерло и было замещено новой группой людей, никого не должно удивлять. Поэтому я считаю, что болезни, в том числе и чума, вряд ли могли вызвать это вымирание, а климатические изменения – вполне могли это сделать.
— Вы и ваш коллега Дэвид Рейч показали в недавнем прошлом, что Европа была заселена несколькими волнами мигрантов, которых было или три, или четыре. Сколько их было на самом деле?
— На текущий момент у нас есть сведения о том, что первые люди появились в Европе примерно 40 тысяч лет назад. Следы этой популяции людей были найдены в Румынии в виде скелета одного человека, а также останками еще одного древнего кроманьонца, которые были открыты в окрестностях Омска, в Усть-Ишиме. Они являются на сегодняшний день древнейшими останками человека современного типа за пределами Африки.
   Оба этих человека принадлежали к особой популяции древних людей, следов которых вообще не осталось в нашей ДНК. Иными словами, они не были предками современных жителей Азии и Европы. Их популяцию можно назвать первой провалившейся попыткой колонизовать мир за пределами Африки.
   За ними следовали люди, подобные тем, чьи останки были найдены в окрестностях деревни Костенки в Воронежской области. Их следы уже можно заметить в ДНК последующих групп древних людей.
   Со времени жизни людей в Костенках и до конца ледникового периода, который завершился примерно 15 тысяч лет назад, в генетике Европы почти ничего не поменялось. Примерно 14 тысяч лет назад в Европу проникли первые мигранты с Ближнего Востока, и затем, около 7-8 тысяч лет назад, произошла вторая волна ближневосточной миграции, принесшая с собой фермерское искусство. И последняя волна миграции, самая масштабная из них, произошла примерно пять тысяч лет назад, когда Европа была заселена жителями прикаспийских и причерноморских степей.
   Проблема, на самом деле, не в подсчете волн миграции, а в самом термине. Под миграцией мы обычно понимаем перемещение больших групп людей, условно говоря, из точки А в точку Б. С другой стороны, в реальности могли происходить не массовые миграции, а просто медленная экспансия новых групп людей, распространявшихся по Европе со скоростью, скажем, пять километров в год.
   Поэтому нельзя говорить о том, что древние люди в один момент вдруг сказали "мы покидаем Россию, едем в Европу", собрали вещи и поехали – этот процесс мог протекать органично и незаметно для коренных жителей субконтинента, постепенно замещая их благодаря большему числу потомства и другим факторам. Мне кажется, именно так нужно думать, когда мы рассуждаем о волнах миграции в прошлом.
— Последняя волна миграции принадлежит к так называемой Ямной культуре, существовавшей в степях на юге России и Украины. Ее представители достаточно быстро заместили европейских охотников-собирателей и первых фермеров. Обладали ли они какими-то конкретными генетическими преимуществами или их экспансия была обусловлена лишь технологическими ноу-хау?
— Как нам кажется, эти люди принесли с собой несколько новых черт. Первая из них – способность переваривать лактозу, что позволило им пить молоко во взрослые годы жизни. Этого умения у первых жителей Европы не было в принципе, а сегодня этой чертой обладает около 70% европейцев. Еще они принесли с собой гены, связанные с более высоким ростом, что так же было новшеством для Европы.
   Другая важная черта – варианты генов, которые управляли цветом кожи. До пришествия носителей ямной культуры европейцы выглядели необычно, обладая темной кожей и голубыми глазами, и только последняя волна миграции принесла с собой гены, отвечавшие за светлую кожу. Учитывая то, что все эти гены подвергались положительному естественному отбору, они, скорее всего, несли с собой заметные преимущества для их обладателей. Поэтому да, можно с уверенностью говорить о том, что эти люди обладали генетическими преимуществами.
   Кроме того, существуют основания полагать, что эти люди были более стойкими к заражению чумой и другими болезнями, которые они могли принести с собой в Европу и заразить ими местных жителей, которые были выкошены этими инфекциями. Но я подчеркиваю, что это всего лишь гипотеза.
— Открытия генетиков, касающиеся "каспийского" происхождения индоевропейских народов, вызывают острое неприятие у лингвистов, так как почти все они считают, что эти языки и народы зародились на территории Анатолии в Турции. Приходилось ли вам сталкиваться с ними?
— На самом деле, сейчас два таких лингвиста пишут вместе со мной статью — Рассел Грей и Пол Хаггерти, ярчайшие сторонники анатолийской гипотезы. Когда мы наконец-то встретились, поговорили и подискутировали с ними, внезапно стало ясно, что генетические данные не подтверждают ни ту, ни другую теорию!
Поэтому мне пришлось сформулировать "гибридную" теорию происхождения индо-европейских языков, которая показывает, что миграции из Турции и из понтийских степей шли практически одновременно, но по разным направлениям – из Турции в южном направлении, через острова Европы и север Африки, а из Прикаспия – через Восточную и Центральную Европу.
   Эта идея, как мне кажется, позволяет объяснить и генетические изменения, произошедшие в то время, и совместить их с лингвистическими выкладками. Я уверен, что появится много людей, которые будут критиковать эту теорию, но это нормальная вещь для науки, и со временем мы придем к правильному ответу.
— Недавно вы показали, что неандертальцы были каннибалами. Мог ли их каннибализм послужить одной из причин их вымирания?
— Каннибализм вряд ли был причиной вымирания – многие виды хищников не брезгуют мясом себе подобных, к примеру, львы, и подобные пищевые привычки не ведут к их вымиранию или ослаблению как вида. Более того, всеядные существа, к числу которых принадлежим и мы, тоже часто практикуют каннибализм.
   Что интересно, ни один из хищных видов животных не страдает от болезней, связанных с прионами – "коровье бешенство" и прочие их проявления являются эксклюзивной проблемой травоядных существ. В целом это логично – травоядные животные не потребляют мясо в пищу в дикой природе, и проблемы с прионами у них возникают тогда, когда мы им скармливаем мясные продукты, как это происходило с овцами в Британии два века назад. Я не думаю, что люди, в том числе и неандертальцы, были подвержены подобным болезням.
— Удалось ли вам понять, как средневековая чума, следы которой вы открыли в Марселе год назад, смогла выжить и вызвать новую вспышку болезни через почти четыре сотни лет после завершения эпидемии "Черной смерти"?
— Пока мы не знаем, где конкретно она смогла выжить, но нам удалось показать, что прародиной чумы является определенный регион в Центральной Азии, откуда она проникала в Европу несколько раз во времена античности и в средневековье. Затем этой чуме удалось обосноваться в Европе и распространиться среди какой-то популяции животных, скорее всего грызунов.
   Что самое интересное, скрываясь в этом биологическом "укрытии", чумная палочка одновременно смогла вернуться назад, двигаясь через Казань и бывшую Волжскую Булгарию в Китай и другие страны Азии. Затем она начала повторно распространяться и проникла фактически во все страны Земли в 18 и 19 веках.
   Как я считаю, эти микробы продолжали вызывать эпидемии, просто мы о них не знаем – в эти времена и в Азии почти не велось хроник, и мы даже не знаем, возникали ли вспышки чумы в степях Азии во времена "Черной смерти".
— Планируете ли вы действительно "воскресить" чумную палочку, вызвавшую средневековую эпидемию?
— Это в принципе можно осуществить, однако вам для этого потребуется специальная лаборатория, способная поддерживать самые высокие уровни биобезопасности. Я, честно, не знаю, зачем такие вещи нужно делать, и у меня нет планов по проведению подобных экспериментов.
— Российские генетики, участвовавшие в реконструкции генома "северного евразийца" из Костенок, рассказывали о том, что ДНК этого древнейшего жителя европейской части России было невероятно сложно восстановить из-за того, как они хранились и обрабатывались ранее. Приходилось ли вам встречаться с другими подобными проблемами в России?
— Нет, на самом деле проблем нет. Наоборот, геном из Костенок и другие образцы древней ДНК из России, относящиеся к этому периоду, сохранились удивительно хорошо – здесь хороший "северный" климат для сохранения обрывков генома. В частности, эта ДНК была реконструирована с 20х точностью, а геномы из костей со стоянок Костенки-15 и Костенки-21 тоже неплохо сохранились.
   Другие известные останки древних людей, в том числе знаменитые кости из Сунгира и прочих плейстоценовых стоянок гоминид, тоже дошли до нас в хорошем состоянии. На самом деле, большая часть информации по геномам древних людей и наших ближайших родичей, которую сегодня можно найти, была получена благодаря костям из России, того же Алтая, где были найдены кости денисовцев и неандертальцев. Так что жаловаться, в принципе, не на что.
— Ваш коллега-"некромант" Эске Виллерслев несколько лет назад смог извлечь фрагменты ДНК из костей лошади, пролежавших в вечной мерзлоте около 700 тысяч лет. Существует ли какой-то предел на то, насколько далеко мы сможем вернуться в историю, изучая ДНК древних животных и людей?
— Скорее всего, нам будет крайне сложно перешагнуть через рубеж в миллион лет, но в принципе, ничто не мешает нам восстановить геномы возрастом в миллион лет. Проблема, однако, заключается в том, что люди никогда не достигали северных широт, где ДНК лучше всего сохраняется, фактически до текущего времени.
   К примеру, неандертальцы никогда заходили на север дальше, чем Алтай или центральные районы Германии. Сибирь и Аляска не были заселены до тех пор, пока туда не проникли представители нашего вида, и поэтому мы не сможем, к примеру, восстановить геномы афарских австралопитеков или прямоходящих людей, которые в Сибирь просто не забредали. Это печально, но ситуацию тут никак не изменить.
   Конечно, иногда нам везет – недавно коллегам из Института эволюционной антропологии удалось извлечь ДНК из костей древних гоминид, живших в знаменитой пещере Сима де Лос Уэсос, "яме костей" примерно 430 тысяч лет назад. Там сложились уникальные условия, которые позволили ДНК дожить до наших дней, и если где-то есть похожие условия, то нам может повезти и с другими видами древних людей.
Поэтому я уверен и надеюсь на то, что в ближайшие 10 лет у нас на руках появится ДНК Homo erectus и других древних гоминид.

Источник: РИА Новости

«По ошибке с Алексеем сожгли фрейлину»: завершается экспертиза царских останков

57fca0dec36188520a8b4656.jpg

РИА Новости

   С конца 1970-х годов учёные занимаются идентификацией останков императора Николая II, императрицы Александры Фёдоровны и царских детей. Недавно патриарх Кирилл заявил, что экспертиза останков находится на завершающей стадии. Как проходили поиски и как удалось убедиться, что найдена именно царская семья?

Чистый дом в четыре комнаты

   15 марта 1917 года по новому стилю император Николай II подписал акт об отречении от престола. Вскоре после этого временное правительство предъявило обвинение императору и императрице в государственной измене. Царская семья была помещена под арест в Александровском дворце Царского Села, где находилась до августа 1917 года. В конце августа Николая с семьёй перевезли в Тобольск, где Романовы оставались вплоть до апреля 1918 года.
   Большевистское руководство, которое к тому времени захватило власть в стране, планировало организовать суд над императором. Однако в это время города Сибири и Урала один за другим переходили под власть белых. Большевики всерьёз опасались, что белые, освободив Николая или кого-то из его детей, могут восстановить монархию или как минимум сделать царскую семью символом сопротивления. Бывшего царя и его родственников повезли обратно, на запад.
   В конце мая царскую семью перевезли в дом Ипатьева в Екатеринбурге. Император Николай II так описывал в своём дневнике новое место обитания, где ему и его семье было суждено прожить 78 дней: «Дом хороший, чистый. Нам были отведены четыре комнаты: спальня угловая, уборная, рядом столовая с окнами в садик и с видом на низменную часть города, и наконец просторная зала с аркою без дверей».
   Помимо царской семьи в доме находились прислуга, лейб-медик Евгений Боткин, повар Иван Харитонов, камердинер Алексей Трупп и горничная Анна Демидова. С 4 июля охраной царской семьи стал руководить член коллегии Уральской областной ЧК Яков Юровский.
   Кто именно, когда и при каких обстоятельствах принял решение о расстреле царской семьи, до сих пор точно не известно. Однако благодаря сохранившимся воспоминаниям участников расстрела нам известно, как была убита императорская семья.

«Я вынужден был по очереди расстреливать каждого»

   В ночь с 16 на 17 июля 1918 года царскую семью и прислугу собрали в подвале Ипатьевского дома.
   «Я предложил всем встать. Все встали, заняв всю стену и одну из боковых стен. Комната была очень маленькая. Николай стоял спиной ко мне. Я повторил приказ и скомандовал: «Стрелять!» Первый выстрелил я и наповал убил Николая, — вспоминал потом Яков Юровский. — Пальба длилась очень долго и, несмотря на мои надежды, что деревянная стена не даст рикошета, пули от нее отскакивали. Мне долго не удавалось остановить эту стрельбу, принявшую безалаберный характер. Но когда наконец мне удалось её остановить, я увидел, что многие еще живы. Товарищ Ермаков хотел закончить дело штыком. Однако это не удавалось. Причина выяснилась позднее (на дочерях были бриллиантовые панцири вроде лифчиков). Я вынужден был по очереди расстреливать каждого».
   Тела членов царской семьи и прислуги были вывезены из Ипатьевского дома в направлении Старой Коптяковской дороги, где их сожгли и закопали.
Подсказка от застрявшего грузовика
   О судьбе останков убитых некоторое время ничего не было известно. Одним из первых, кто принялся за поиски тел царской семьи, был член Екатеринбургского окружного суда Сергеев. В ходе так называемого белогвардейского расследования, начавшегося 13 августа 1918 года, останки тел бывших членов царской семьи обнаружить не удалось.
   Намного дальше в расследовании обстоятельств гибели и в поисках останков продвинулся следователь по особо важным делам при Омском окружном суде Николай Соколов. Весной 1919 года Соколов отправился по дороге от дома Ипатьева до Четырехбратского рудника, обследуя Коптяковскую дорогу, где предположительно закопали тела. На руднике ему удалось найти несколько обгорелых костных фрагментов, пули и украшения. В июле того же года, непосредственно перед взятием Екатеринбурга большевиками, Соколов прекратил расследование.
   Поиски вдоль Старой Коптяковской дороги возобновились в 1976 году. Теперь их вели литератор Гелий Рябов и геолог Александр Авдонин. В мае 1979 года в Свердловском районе около бывшей будки железнодорожного переезда они обнаружили несколько тел. Напасть именно на этот след Авдонину и Рябову помогли материалы следствия Соколова, который указал на одну примечательную деталь. В ночь убийства грузовик чекистов, где находились тела, застрял в яме. Здесь был построен небольшой мостик, под которым, предположительно, находились останки. На месте насыпи с останками группа археологов прорыла 5 скважин глубиной до 1,5 м. В итоге обнаружили яму, в которой лежали останки убитых. В раскопе были найдены три черепа — предположительно, членов царской семьи. Александр Авдонин и его команда высказали такое предположение, основываясь на письменных свидетельствах Якова Юровского, указавшего на место, где руководители расстрела закопали тела. Специальной экспертизы и исследований по их идентификации в 1979 году сделано не было.

Как проводили анализ ДНК

   В 1991 году было исследовано место, обнаруженное Авдониным на руднике Ганина Яма. В результате археологи нашли девять скелетов. Как было установлено впоследствии, скелеты принадлежали Николаю Александровичу, Александре Фёдоровне, Ольге Николаевне, Татьяне Николаевне и Анастасии Николаевне Романовым, а также Анне Демидовой, Евгению Боткину, Ивану Харитонову и Алоизию Труппу. Останков княжны Марии Николаевны и Алексея Николаевича Романовых во время раскопок 1993 года найдено не было.
   Идентификация останков проходила на протяжении пяти лет, с 1993 по 1998 годы. Помимо России, генетические экспертизы были организованы в Великобритании, Австрии и США. Для установления личностей был применён метод геномной дактилоскопии. Этот метод позволил установить родство лиц, чьи останки были найдены, с другими Романовыми. Были использованы анализы крови мужа британской королевы Елизаветы II, герцога Эдинбургского Филиппа, внука родной сестры императрицы Александры Фёдоровны. Генетическая экспертиза подтвердила, что 4 из 9 скелетов, обнаруженных в яме, — это останки родственников принца.

Кровь на рубашке 

   Для более точной идентификации останков Николая II было использовано несколько методов. Сначала антропологи обследовали найденный череп со следами повреждений. Предполагалось, что это череп Николая II. Историки вспомнили эпизод, когда на императора в 1891 году было совершено нападение в Японии, при котором неизвестный нанёс императору удар саблей по голове. С запачканной кровью Николая рубашки, которая сохранилась в Эрмитаже, взяли образцы крови. Полученный генетический материал сравнили с ДНК, выделенной из скелета.
   Совпадение было полным. Для идентификации праха императора учёные использовали образцы крови его правнучатой племянницы, Ксении Шереметьевой-Сфирис, и его родного брата, великого князя Георгия. В первом случае генетическая последовательность не совпала. Однако во втором в обоих геномах были обнаружены свидетельства так называемой гетероплазмии.
   Другие останки были идентифицированы с помощью анализа митохондриальной ДНК, передающейся по материнской линии. Благодаря антропологической и стоматологической экспертизе удалось опознать останки императрицы и детей. Следы гена гемофилии, носителем которого была Александра Фёдоровна, были обнаружены благодаря обследованию костных фрагментов нижней челюсти. При сравнении полученных анализов ДНК Николая и Александры Фёдоровны с анализами останков детей было также установлено их родство.
   В 1998 году после проведённых экспертиз останки царской семьи и их приближённых были захоронены в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга.

Мария и Алексей

   В обнаруженном раскопе не нашли тел цесаревича Алексея и великой княжны Марии. 29 июля 2007 года у Старой Коптяковской дороги, в 70 м от ранее найденных останков, были обнаружены скелеты ребёнка и девушки, предположительно в возрасте 12 и 19 лет соответственно. На то, что это останки Алексея и Марии, указывала в том числе записка одного из главных организаторов расстрела Якова Юровского.
   «Ехали с трудом... и все-таки застревали несколько раз. Оставалось, не доезжая шахт, хоронить или жечь… Хотели сжечь Алексея и А.Ф. (Александру Фёдоровну. — RT), но по ошибке вместо последней с Алексеем сожгли фрейлину. Потом похоронили тут же, под костром, останки и снова разожгли костёр, что совершенно закрыло следы копания», — говорится в записке.
   Сравнив данные, содержавшиеся в тексте, с другими письменными свидетельствами, удалось установить, что сожжена была не фрейлина, а Мария. Останки были отправлены на экспертизу сразу в несколько международных лабораторий. Cравнив ДНК двух останков с ДНК крови императора Николая II и Александры Фёдоровны, исследователям удалось подтвердить, что они принадлежали Алексею и Марии. Кроме того, в обоих случаях были обнаружены те же генетические мутации, что у образцов, приписываемых Николаю II.
   В 2007 и 2008 годах различные исследовательские центры провели семь экспертиз по идентификации останков Алексея и Марии. Их результаты опубликованы среди материалов созданной в 2015 году межведомственной рабочей группы по вопросам, связанным с исследованием и перезахоронением останков цесаревича Алексея и великой княжны.
   В связи с тем, что РПЦ признавала не все результаты проведённых исследований, учёные провели повторную идентификацию останков Николая II. Исследователи сравнили анализы ДНК деда и отца императора — Александра II и Александра III — с образцами крови Николая II. Результаты экспертизы подтвердили родство.
   На недавно состоявшейся встрече между патриархом Кириллом и князем Дмитрием Романовичем Романовым было объявлено, что экспертиза находится на завершающем этапе и в скором времени останки будут перезахоронены.

Источник: RT
Автор: Эдуард Эпштейн

Антропологи создают обобщенный портрет жителей эвенкийских сел Приамурья

n-2016-10-11-13.jpg

   Обобщенные портреты жителей эвенкийских сел создают амурские и московские ученые в ходе совместных антропологических экспедиций. Этой осенью в области состоялось второе масштабное исследование особенностей коренных народов. Оно проходило в Усть-Нюкже Тындинского района и в Благовещенске.

   АмГУ, НИИ антропологии Московского государственного университета и столичный центр палеэтнологических исследований. Именно в таком составе в Приамурье проходят антропологические экспедиции.
   «В первую очередь это касается коренных народов, а особенно амурских эвенков, которые изучались точечно, по отдельным системам признаков. Мы надеемся, что нам удастся собрать цифровой и описательный материал, который позволит приоткрыть завесу тайны над тремя очень важными блоками: историческим, биологическим и биомедицинским», - рассказал ведущий научный сотрудник музея антропологии МГУ Денис Пежемский.
   Анализируют специалисты, к примеру, состояние здоровья эвенков, занимаются определением географической изменчивости генофонда. Интересуются путями миграции и расселения предков современных коренных народов на территории области. В прошлом году эксперты побывали в трех национальных поселках Тындинского и Селемджинского районов. В этом наведывались в Усть-Нюкжу. Затем, уже в Амурском госуниверситете, обследовали студентов-северян.
   «В селе уже все родственники прошли исследование. Я последняя осталась. Стало самой интересно», - поделилась студентка АмГУ Диана Бреева.
Цвет глаз, волос, строение кожи - ученых интересует все. И это только начало масштабной работы. Главные выводы делаются уже потом, в Москве. Кроме того, составляются обобщенные портреты жителей национальных сел.
   «В настоящее время существует уже несколько публикаций по итогам прошлой конференции. Одна из статей вышла в очень статусном журнале, который называется «Антропология». Он издается МГУ, входит в базу данных «Scopus». Уже готовится целый ряд других публикаций», - сообщил заведующий лабораторией археологии и антропологии АмГУ Андрей Забияко.
   Собранные сведения войдут и в местные учебные пособия для занятий в АмГУ. Здесь уже 15 лет действует лаборатория археологии и антропологи. Так что материалы совместных с московскими коллегами экспедиций обязательно будут востребованы.

Источник: Россия ГТРК "АМУР"

Искусственная деформация головы

   Антрополог Мария Медникова о классификациях искусственных деформаций, сарматах и находках в Средней Азии

brain4.jpg

(Duncan Currier // flickr.com)

   Преднамеренные изменения формы головы существует давно. И ученые уже с середины XIX века занимаются этой темой профессионально. Неудивительно, что исследования начались в тех странах, в которых больше распространены эти обычаи. Скажем, был очень популярный в испаноязычной литературе автор по фамилии Имбеллони. Ему принадлежит одна из самых ранних таких классификаций.

История деформаций

   Искусственная деформация головы очень распространенное явление в некоторых странах Южной Америки, прежде всего у древних индейцев, которые населяли такие страны, как Перу и Чили. В Мезоамерике деформация тоже встречается. Это воздействие было очень разнообразным, иногда приводило к радикальным изменениям формы головы. То есть если у нас с вами форма головы округлая и имеет плавные очертания, то преднамеренное воздействие на пластичную голову ребенка иногда приводило в окончательном варианте к появлению голов в виде тыквы, то есть очень удлиненных форм. В самом начале XX века специалисты, которые изучали уже старый континент, обращают внимание на распространение этих обычаев у древнего населения Евразии. И конечно, если говорить о предшественниках, нельзя не назвать такого замечательного ученого, археолога и антрополога Жирова. Это ученый, который жил в Ленинграде и погиб во время блокады. Его работы до сих пор вполне востребованы и цитируются. Он предложил адаптацию классификации Имбеллони к отечественным материалам, с территории Советского Союза. И мы пользуемся его классификацией искусственных деформаций головы.
   В классификациях Имбеллони и Жирова описываются разные формы головы, которые достигаются в конечном итоге. Это может быть кольцевая или лобно-затылочная деформация. Разные названия типов деформации у наших и зарубежных авторов отражают попытки описать формы последствия этого воздействия. С чем вообще связана возможность деформации? Мы все знаем, что дети рождаются с незаросшими родничками, существуют швы, которые пронизывают череп человека. Наша голова в процессе своего развития состоит из отдельных костей, которые потом срастаются. У взрослых людей все эти швы окончательно облитерированы, никаких отверстий нет, и эта форма становится окончательной, она не меняется у взрослого человека. Но у маленьких детей существует такой короткий период, когда при механическом воздействии на голову форма может поменяться.
   Так получается, что многие люди в древности и, наверное, еще, может быть, в каких-то таких этнических удаленных группах, которые придерживаются традиционной культуры, скажем, на Африканском континенте, до сих пор практикуют такое воздействие. Что они делают? Иногда ребенку очень туго могут запеленать голову и в таком виде оставляют на несколько лет. Может быть, меняя повязки, но не убирая это механическое воздействие. Иногда даже привязывали специальные дощечки.

brain3.jpg


   Наверное, этот обычай осуществляли прежде всего женщины, потому что все-таки они больше имеют отношение к младенцам, маленьким детям. И, очевидно, существовали такие люди, которые точно знали, как достичь нужного эффекта, потому что это очень непрогнозируемый процесс, если это будет делать человек без определенной подготовки. Если мы говорим о разных культурах древности, то возникает такое впечатление, что в некоторых традициях, там, где это было принято, существовал какой-то культурный канон. Это была не просто мода. Это было такое действие, которое производилось, чтобы приобщить маленького человека в какой-то необходимый момент к ценностям всего племени. В психологии и социологии есть категория противопоставления людей на своих и чужих. И это разграничение постоянно проходит в разных древних культурах. Чтобы подчеркнуть принадлежность к определенному социуму, иногда определенной социальной страте, чаще всего элитарной, производились иногда даже калечащие процедуры.
   Есть пример из раскопок Кушанского царства (это время, близкое к античному) на территории Афганистана: была раскопана могила очень богатой женщины. В ее погребении археологи нашли много золота, поэтому ее обычно называют царицей. Мы не знаем точно ее социального статуса, но понятно, что он был высок. Умерла она где-то в 20-летнем возрасте. И у этой молодой женщины была невероятно измененная форма головы, абсолютно в виде такой удлиненной тыквы. То есть понятно, что это был обычай, связанный с представительницами высшего социального слоя.
   Есть такое впечатление, что некоторые радикальные формы деформации головы могли повлиять на характер человека, его поведение. Этот вопрос очень много обсуждался специалистами, в частности теми, кто проводил рентгеновские, радиологические исследования. В частности, оценивалось изменение формы турецкого седла. Поскольку антропологи имеют дело с черепами, мы не можем на физиологическом уровне прослеживать эти изменения, но по деформации костей можем судить, какие прилегающие зоны были затронуты.
   Высказывались разные точки зрения. Некоторые специалисты говорили о том, что, как бы сильно ни изменялась форма головы, форма турецкого седла не меняется, основание черепа, как правило, остается консервативным. Это все-таки важная часть черепа, потому что там проходят многие кровеносные сосуды и нервы. Иначе при изменении турецкого седла человек был бы недееспособен. Но существует другая точка зрения: некоторые формы деформации вели к повышению агрессивности людей. В частности, сарматы достаточно широко практиковали как раз кольцевую форму деформации головы. И сарматы выступают как представители очень энергичного военизированного населения, для которого эмпирически доказано, что они были агрессивны, у них был очень высокий процент военного травматизма. И может быть, деформации головы даже провоцировали в каком-то смысле такую повышенную агрессивность. Хотя, с другой стороны, мы имеем примеры и абсолютно земледельческого населения, у которого аналогичное воздействие проводилось по отношению к женщинам. И вряд ли там шла речь о повышении агрессивности.

Общие представления и частные особенности

   Общей теории для таких деформаций, как мне кажется, вообще не существует, когда мы разбираем очень протяженные во времени культурные традиции. Сейчас совершенно очевидно, что, действительно, были эпохи, какие-то культурные традиции и определенные географические места, где эти обычаи практиковались. Но в каждом случае причины были абсолютно специфичны, потому что, мне кажется, это опирается на какие-то уникальные религиозные представления.
   Безусловно, у нас есть некие универсальные архетипические базовые представления, скажем, о ценности головы. Или во многих мифологических системах есть космогонические сюжеты о происхождении небесного свода. Очень часто это связывается — по крайней мере в индоевропейской традиции — с головой какого-то великана или какого-то волшебного существа, то есть это что-то общечеловеческое. Но, с другой стороны, есть локальное своеобразие. В каких-то культурных традициях это было необходимо применять для всех — и для мальчиков, и для девочек. В других культурных традициях подчеркивалась принадлежность, допустим, элитарному слою, а не какому-то более низкому, потому что, по-видимому, это очень важное трудоемкое воздействие, его заслуживал не каждый человек.
   Если говорить о распространении этих обычаев, то они уходят очень глубоко. Самые древние в Евразии случаи связаны с эпохой неолита. Произошла неолитическая революция, которая называется так не потому, что она была связана с какими-то потрясениями социального характера, а потому, что произошло радикальное изменение образа жизни людей, то есть переход к производящему хозяйству, который затянулся на сотни и даже тысячи лет.

brain2.jpg

   Эта история начинается в зоне Плодородного Полумесяца, куда входят такие современные страны, как Иран, Ирак, Сирия. Частично этот серп идет в Израиль. И другая территория, которая входит в этот регион, — это Анатолия, территория современной Турции. И там порядка 9000 лет назад возникают, по-видимому, обычаи деформировать головы детей. Причем очень часто, по-видимому, это делают женщинам.
   Мы знаем, что эта культурная традиция ранних земледельцев связана с идеей плодородия. Человечество впервые становится оседлым, от образа жизни охотников и собирателей переходит к поселенческому образу жизни. Это сразу приводит к демографическим последствиям: очень много становится людей, больше рождается детей. И роль женщины совершенно другая в этом обществе. Характерно, что очень часто находят именно многочисленные следы деформации детей. Есть предположение, что многие из них были девочками, если речь идет о детских останках.
   С распространением этих неолитических культур вместе с этими земледельцами приходят и скотоводы, и эти скотоводы расселяются в степном поясе Евразии. В эпоху бронзы уже у скотоводов специалисты находят тоже проявление такой радикальной деформации головы. Это период, скажем, III–II тысячелетия до нашей эры. Не повсеместно, но в некоторых группах это есть. Причем интересно, что у скотоводов головы деформируют, по-видимому, преимущественно мальчикам. То есть там другая роль мужчины. Это уже начинается какое-то патриархальное общество. Иногда встречаемость искусственных деформаций головы либо только у мужчин, либо только у женщин помогает нам воссоздать какие-то гендерные отношения, которые существовали 5000 лет назад.

Великое переселение народов

   Сарматы расселяются очень широко, и для них это действительно была очень характерная традиция, особенно у поздних сарматов это было распространено. И примыкающая к ним культура, народ, который оставил очень яркий след в истории и уже в письменных источниках, — это аланы, по крайней мере у части которых эта традиция тоже была распространена очень широко.
   И здесь мы уже переходим к значительно более позднему времени — это время Великого переселения народов. Начинается оно, условно говоря, во II веке до нашей эры (связано это и с климатическими изменениями прежде всего, и с вызванными ими политическими событиями) на северной границе Китая. В результате большие массы кочевого населения мигрируют в западном направлении, постепенно аккумулируют население, которое они встречают на своем пути, и этот процесс заканчивается в IV веке уже в Европе с появлением такого народа, как гунны, и того конгломерата племен, который они возглавляли. На своем пути гунны (или хунну) побывали еще и на такой территории, как Приаралье. Сейчас Аральское море пересохло, но в начале нашей эры и до VIII века это была обитаемая территория, северный отросток Великого шелкового пути. Существуют обширные антропологические данные, говорящие нам о распространении там искусственной деформации головы, которая достигала очень сильных проявлений. Эти деформации осуществлялись и для женщин, и для мужчин. Есть предположение, что группы людей, мигрировавшие дальше на Запад, распространили эту традицию.
   Дальше мы видим появление этого обычая искусственной деформации головы в Центральной и Западной Европе, где до этого он не встречался. Существует очень мощная антропологическая научная школа в Венгрии. И как раз на примере тех волн мигрантов, которые в I тысячелетии приходят на венгерскую территорию, они выделяют искусственную деформацию головы, встречающуюся у сарматов, дошедших до этой территории, у гепидов (это уже, скорее всего, германское племя) и аланов. Дальше (опять же это известно благодаря летописцам, которые все это зафиксировали) представители этого варварского населения с востока достигают территории Франции. И там тоже при раскопках встречаются деформированные черепа. Они, по-видимому, связаны с бургундами. Бургунды — германское племя, но тем не менее у них этот обычай присутствует.
   На территории самой Германии тоже описаны случаи искусственной деформации головы. Любопытную работу провел профессор Курт Альт. В Германии деформации встречены только у мужчин, причем, по-видимому, у мужчин одного поколения. А потом эта традиция резко прерывается, что отражает типичный пример мужской миграции. То есть на данную территорию приходит мужчина с деформированной головой. Он может быть каким-то выдающимся воином, человеком высокого социального статуса. Но даже если у него будет потомство, его жена не будет знать, как изменить голову их общего ребенка, как сохранить эту традицию.
   По-видимому, традиция распространялась только тогда, когда вместе с мужчинами мигрировали и женщины, которые поддерживали этот обычай. И поэтому я предположила, что далеко не всегда, но в некоторых специфических случаях можно рассматривать распространение искусственной деформации головы как анализ митохондриальной ДНК, которая передается только по материнской линии, и тут влияние женщин-носительниц традиции ключевое.
   Казалось бы, бургунды — германское племя, которое растворилось бесследно. Но и на средневековых изображениях, и даже в XIX веке было такое понятие, как бургундский чепчик, который был связан с серьезной формой сжимания головы ребенка. Если свежим взглядом посмотреть на некоторые портреты, висящие в Лувре, мы заметим такие необычные черты. Это традиция, которая нет-нет да и проявляет себя. Это если говорить о таких странах, считающихся уже оплотом европейской цивилизации. Если выйти за ее пределы, скажем в Африку, то там есть племена, которые до сих пор этой традиции придерживаются. Скорее всего, это Восточная Африка. Конечно, еще нужно отличать, если мы говорим о культурных традициях, которые приводят к модификации головы, мы должны говорить об обычае долго держать ребенка в колыбели. Дело в том, что если эта колыбель жесткая, твердая, скажем деревянная, и голова ребенка все время упирается в одно место, то возникает непреднамеренная деформация, которая называется бешик. Уплощенный затылок очень распространен среди современных народов Средней Азии.

Находки в Средней Азии и Крыму

   Если говорить о Средней Азии, то во время Великой Отечественной войны Максим Григорьевич Левин, замечательный российский антрополог, был в Туркмении, и он оставил такое этнографическое свидетельство как раз тугого пеленания головы мальчиков и девочек у туркмен, которые жили 70 лет назад. Причем очень интересно, что мальчики носили эти плотные повязки до 5 лет. А девочкам снимали эти повязки только в подростковом возрасте. Там рано выходят замуж, поэтому считалось, что они уже невесты. Получается, это важный элемент инициации, то есть обряда перехода из одного состояния в другое. И мальчики достигают этой определенной зрелости, когда им нужно снять эти повязки, фактически в момент окончания первого периода детства. Даже антропологи фиксируют этот момент именно по биологическим показателям, потому что примерно в 6 лет у нас с вами сменяются зубы — прорезается вторая генерация зубов. И во многих обществах традиционной культуры этот момент отмечался очень важными посвятительными обрядами. В некоторых культурных традициях дети меняли имя. То есть они приобщались опять же к ценностям общества. В тот момент у того туркменского племени, которое изучал Левин, мальчики достигали этого приобщения к ценностям племени в 6 лет, а девочки уже в 12 лет. Любопытный такой момент, в общем-то, совсем недавний.
   Подобными практиками можно назвать пеленание стоп у китайцев. Но здесь присутствует и своеобразный канон красоты. Мне кажется, еще влияет и противопоставление мужского и женского, и выделение женщин высокого социального статуса. Потому что, безусловно, пеленание ограничивает подвижность и работоспособность. Если говорить о других частях тела, то, наверное, нельзя не упомянуть такой обычай, как ампутация мизинцев. Были и такие случаи. И они подтверждаются антропологически. Буквально год назад, в начале 2015 года, мы с коллегами опубликовали новое исследование давно известных и ранее изучавшихся материалов из крымского грота Мурзак-Коба. Это парное захоронение мужчины и женщины эпохи мезолита, то есть среднего каменного века. Первоначально грот было раскопан до Второй мировой войны. И первый раз он описан известным ленинградским рентгенологом и антропологом Дмитрием Герасимовичем Рохлиным в 1965 году.

brain1.jpg
   Мы провели повторные радиологические исследования при помощи современного цифрового рентгеновского оборудования. Особое внимание привлекли повреждения, встреченные на женском скелете. В одной могиле были похоронены взрослые мужчины и женщина. Возможно, муж и жена. Жили они много тысяч лет назад, но скелеты сохранились очень хорошо, в том числе скелеты кисти. И фаланги мизинцев на двух руках у женщины несут следы ампутации, причем прижизненной, со следами заживления. Мало того, повторное обследование черепа этой женщины показало, что на нем был поверхностный шрам в затылочной части, он был скрыт под волосами, появился за несколько лет до смерти. И это повреждение было нами интерпретировано как символическая трепанация — особый вариант шрамирования. Мы предположили, что на протяжении своей жизни эта женщина прошла как минимум два обряда посвящения. И в момент каждого из этих обрядов она перенесла очень болезненную процедуру, но, по-видимому, очень важную, чтобы приобщиться к тем религиозным ценностям, которые были у этого племени.
В какой-то момент, возможно при инициации, когда она была подростком, могли сделать трепанацию, и рана хорошо зажила, никаких осложнений не было. И позднее, скорее всего, когда она вышла замуж, ей были частично ампутированы мизинцы. Эти данные хорошо согласуются с теми наскальными изображениями в пещерах, которые были уже много лет назад описаны специалистами по первобытному искусству. Там часто бывают отпечатки рук. Иногда они без фаланг пальцев. То есть антропологами были обнаружены свидетельства аналогичного обряда.

Источник: Постнаука 
Автор: Мария Медникова, доктор исторических наук, кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник Института археологии РАН

Наука и Сибирь: от Петра I до века 21-го

c45cad8eb53dd0372f5471cb9ab33e1b.jpg

   Идея Петра I об учреждении Академии Наук нередко представляется как некое озарение, вдруг пришедшее на ум императору под занавес жизни. На самом деле это не так. Процесс осознания Петром этой идеи был длительным и весьма мучительным, но в то же время глубоко продуманным. Его можно назвать (не забывая, что это было последнее практическое государственное дело императора) венцом проводимого им тотального реформирования Российского государства.
   Петр I, на которого желали и желают быть похожими многие отечественные государственные деятели, отлично понимал, что подобострастно заискивать перед Западом значит обрекать страну на вечную зависимость. "Не все же брать готовые плоды чужого знания, опыта, теории и техники, - заметил он в 1718 г., - жить чужим умом, подобно молодой птице в рот смотреть…". Многолетняя переписка с Г. В. Лейбницем помогла Петру увидеть, насколько зависит прогресс от качества национальной научной мысли.
  

Лучший способ увидеть, что будет, — припомнить, что было.
Маркиз Галифакс Джордж Сэвил (1633–1695)
известный английский политик, писатель

 

   На протяжении последних поч­ти трех сотен лет наука играла значительнейшую роль в российской жизни, во многом определяла и направляла ее. Бесспорно и то, что сибирская наука в начале двадцать первого века представляет собой явление не рядовое, чему есть прямое подтверждение — и сеть мощных научных центров в Сибири, и между­народное признание, которое неизменно получают разработки сибирских ученых. Пройден огромный путь. Но, обращаясь взглядом в прошлое, мы вдруг обнаруживаем основания, отличающие российскую науку в пору ее рождения и в настоящее время от организации науки в других европейских странах. Российская Академия наук вовсе не пре­вратилась за время своего существования в нечто музейное, в некий исторический экспонат. Нет, ее деятельность по-прежнему актуальна. Скажем больше — нынешние споры, характерные для исторических периодов модернизации, удивительно напоминают споры, звучавшие в начале XVIII-го века. Снова речь идет о роли, которую должно играть государство в организации научной деятельности, о соотношении науки и образования, фундаментальной и прикладной науки, о положении ученого в обществе.
   Поэтому есть смысл обратиться к истокам отече­ственной науки, вспомнить, «как все начиналось», и попытаться пройти по наиболее значительным ступеням ее развития. Без этих ступеней она никогда бы не поднялась на ту высоту, на которой — при всех оговорках — она пребывает сейчас, что прямо подтверждает реальный статус российского ученого в современном международном научном сообществе.
   Датой основания Академии наук в России считается 28 января (8 февраля по новому стилю) 1724 г., когда Петр I издал Указ «Об учреждении Академии и о назначении для содержания оной доходов таможенных и лицентных, собираемых с городов Нарвы, Дерпта, Пернова и Аренсбурга», — спустя шесть дней после того, как правительствующий Сенат Российской империи одобрил его проект о создании Академии наук и художеств в Санкт-Петербурге. Проект, вобравший в себя любимые мысли императора и доработанный им, был составлен лейб-медиком Л. Л. Блюментростом, который и стал первым президентом Академии.
Идея Петра о создании Академии нередко представляется как некое озарение, внезапно пришед-шее на ум императору под занавес жизни. На самом деле это не так. Процесс осознания Петром необходимости учреждения Академии наук был длительным и весьма мучительным, но в то же время глу­боко продуманным. Его можно назвать (не забывая, что это было последнее практическое государственное дело Петра I) венцом проводимо­го им тотального реформирования Российского государства.
   Петр, на которого желали и желают быть похожими многие отече­ствен­ные государственные деятели, отлич­но понимал, что подобострастно заискивать перед Запа­дом — значит обрекать страну на вечную зависимость. «Не все же брать готовые пло­ды чужого знания, опыта, тео­рии и техники, — заметил он в 1718 г., — жить чужим умом, подоб­но молодой птице в рот смотреть…».
   Переписка с Г. В. Лейбницем помогла Петру увидеть, насколько зависит прогресс страны от качества национальной научной мыс­ли. Другое дело, что не все советы Лейбни­ца, касающие­ся организации нау­ки на пустом, в сущ­ности, месте, его удовлетворяли. Еще во время сво­его знаменитого путешествия в Европу Петр наносит визит французским академикам. В Сорбонне царь посещает астро­нома Ж. Кассини, математика П. Вариньона, географа Ж. Делиля. С уче­ными он -советовался о принципах построения невиданного в России учреж­дения — «Социетета художеств и наук». Речь шла о том, какой должна быть Академия, какую из реальных моделей, -существовавших в то время, следует выбрать.
   В результате было при­нято единственно правильное решение. По замыслу Петра I, Академии следо­вало сочетать научно-исследо­вательскую работу с подготовкой кад­ров.
   Да, Петр был реформатором, но и прагматиком, великим «строи­телем». С момента своего создания главной задачей Академии являют­ся все виды научно-техниче­ского обслуживания государства, направленные на его усиление и централизацию. Именно Академия стала основателем и проводником уни­вер­ситетского образования в России. И очень неплохим проводником — ведь благодаря кропотливой и грамотной деятельности ее «отцов» она с первых лет своего существования ничем не уступала научным организациям других стран, а по ряду направлений научного поиска даже превосходила их.

«Изучая природу прошедших времен, можно видеть пути, по которым пройдут судьбы мира, еще не открытые нам, но живущие в прошлом, как семя на земле».
У. Шекспир

   Не забудем — термин «Академия» в XVII—XVIII веках обозначал вполне определенное идеологическое пространство. Здесь происхо­дил энергичный разрыв с теоло­гией, вырабатывались точные экспериментальные методы исследования, намечалась связь с практическими нуждами общества, формировалось профессиональное сообщество уче­ных. Петербургская Академия была детищем своего времени. Ее преимущества — мультидисциплинарность, т. е. включение в сферу деятельности ученых естественных и гуманитарных наук, твердый государственный бюджет, а также открывшаяся возможность работы на обширной территории, бывшей тогда для науки (да, пожалуй, и все­го просвещенного мира) самым настоящим «белым пятном», — привлекли в Россию XVIII-го столетия лучшие умы Европы.
   Эти ученые и их преемники (несмотря на трудности, которых хватало, — как объективного, так и субъективного характера) сыграли выдающуюся роль в ста­новле­нии могущества Российского государства. «Нигде более, нежели у нас, одною из важнейших задач Академии должно быть исследование отдельных стран обширного нашего Отечества и изыскание сокрытых в них, без всякого сомнения, новых производственных сил и источников государственного богатства», — -писал в середине XIX-го века всенепременный секретарь Академии А. Миддендорф.
   Понятно, что без научного «броска на Восток» в этой ситуации было не обойтись. И здесь мы снова должны вспомнить имя великого преобразователя России. По Указу Петра I от 1696 г. (то есть задолго до организации Академии) Семен Ремезов составил «Чертежную книгу Сибири 1701 г.». Атлас Ремезова включал не только чертежи городов, направления главных путей сообщения, но и сведения о природных богатствах Сибири, местах обитания многих сибирских народов, исторические справки. По сути, это первая сибирская энциклопедия, знаменующая собой попытку (и небезуспешную) комплексного подхода к изучению Сибири. Эта работа была продолжена в 1720–1727 гг. — опять же по прямому заданию Петра — Д. Г. Мессершмидтом.
   С созданием Академии изучение Сибири приняло по-насто­ящему масштабный и планомерный характер. Особенно впечатляет в этом отношении грандиознейшая Вторая Камчатская экспедиция (1733—1743 гг.), возглавленная В. Бе­рин­гом. Один из ее отрядов был «ака­демическим» — им руководили академики Г. Ф. Миллер и И. Г. Гмелин. Свою статью о Сиби­ри, опубликованную в академи­ческих ежемесячных сочинениях, Г. Ф. Миллер недвусмысленно назвал «Золотое дно». Огромные затраты на экспедицию, на которые не поскупилось правительство, с лихвой себя оправдали. По словам того же Миллера, «Сибирь, сия отдаленная земля, в рассуждение всех ея обстоятельств, учинилась известнее, нежели самая средина Немецкой земли тамошним жителям быть может…». Наверное, он слегка преувеличивал, но это было творческое преувеличение — в нем отразилось значение выполненных работ.
   Для своих посланников в «земли незнаемые» Академия наук раз­рабатывала подробнейшие -инструкции и документы («напоминания», «записки», «наказы»), которые сей­час мож­но рассматри­вать как первые отечественные програм­мы научного исследования регионов. Например, в инструкции «Об истории народов», написанной накануне Второй Камчатской экспедиции, внимание ученых-путешественников привлекалось, говоря современным языком, к вопросам генезиса, расселения народов Сибири, к их обычаям, нравам, обрядам, занятиям, религии, культуре. А фундаментальный труд Миллера «Описание Сибирского царства…» остается востребованным до настоящего времени — при этом собранные им материалы по истории, этнографии, археологии и т. д. (знаменитые «портфели» Миллера) настолько обширны, что до сих пор еще полно­стью не введены в научный оборот.

   «Таким образом, путь и надежды чужим пресечется, российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений европейских в Азии и Америке».
М. В. Ломоносов.
   Из записки, представленной цесаревичу Павлу Петровичу, президенту Адмиралтейской коллегии, «Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию» (1763 г.)

   Основоположником сибир­ской этно­графии по праву счита­ется один из первых академиков соб­ственно российского происхождения С. Крашенинников, чье «Описание Земли Камчатки» было переведено на четыре европей­ских языка. Материалы сибирских экспедиций очень занимали М. Ломоносова. Именно он, тща­тельно изучив отчеты о проведенных иссле­дованиях, высказал пророческую мысль: «Таким образом, путь и надежды чужим пресечется, российское могущество прирастать будет Си­бирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений европейских в Азии и Америке».
   В последующие годы Академия наук продолжала активно заниматься Сибирью. Экспедиции следовали одна за другой — на протяжении двух веков они были основной формой изучения обширных российских территорий. Их участники накапливали и обобщали знания в области геологии, географии, зоологии, ботаники, этнографии, археологии и внесли неоце­нимый вклад в изучение природы Сибири и населяющих ее народов. Вспомним не только по случаю юбилея, но и по выдающимся заслугам таких крупнейших исследователей Сибири, как А. Ф. Миддендорф, И. Э. Фишер, П. С. Паллас, И. И. Георги, В. В. Радлов и др.
   Существенно, что их работа во многом не устарела и вполне перекликается с дерзаниями современной науки. Так, академик Фишер в своей «Сибирской Истории», проанализировав языки коренных народов Сибири, выдвинул идею о южной прародине самодийцев. И эта идея приобретает сегодня новое звучание в результате мультидисциплинарных исследований сибирских археологов, генетиков и антропологов.
   Во второй половине XIX-го века — в связи с ростом населения Сибири и масштабов ее освоения (как и предсказывал Ломоносов) — возникла настоятельная потребность в формировании исследовательских учреж­дений в самом регионе. Первыми «точками рождения» научного потенциала Сибири и Дальнего Востока стали университеты — Томский (основан в 1880 г.), Иркутский (1918), Дальневосточный (1920). Открытие Томского университета состоялось благодаря переезду в Сибирь известных ученых — профессоров из Санкт-Петербурга и других городов Европейской России. Именно они стали своеобразными фундаторами роста научных кадров на периферии. Ярким примером тому является деятельность в Томске выпускника Санкт-Петербургского университета профессора В. Д. Кузнецова. Он приехал в Томск в 1911 г. и сыграл сключительную роль в становлении и развитии физической науки, создав в 1920-х гг. Сибирский физико-технический институт.
   Октябрьская революция и установление в России нового политического режима повлекли за собой реформирование академической науки (как, впрочем, и всей российской жизни). Это был весьма противоречивый, драматический процесс. Идеологическая ломка сама по себе очень болезненна, но ситуация усугублялась еще и материальными трудностями, порожденными двумя разрушительными войнами и иностранной интервенцией.
   Идеологические гонения на Академию наук и ученых, как представителей враждебного прошлого, начались сразу же после установления в стране Советской вла­сти. Насколько эти гонения были обоснованы в каждом конкретном случае — вопрос непростой. Немалую роль играла эйфория победивших революционных масс. Определенная агрессия, имевшая место с их стороны, провоцировалась и усугублялась тем, что значительная часть ученых не приняла новую власть. Противосто­яние было обоюдным, а неприятие — взаим­ным. До 1923 г. перевес был на стороне новой власти. Это и немудрено — все рычаги управления и принуждения находились в ее руках. Но за российскую науку, за ее Академию вступилась практически вся мировая научная общественность.
   Трудно определить, насколько действенным оказа­лось западное заступничество, однако как бы то ни было, мы имеем дело с фактом — уже к 200-летию Академии наук, в 1924 г., отношение Советской власти к науке изменилось коренным образом. Советское руководство осознало, что без науки прогресс страны невозможен. К рубежу 1920–1930-х гг. это убеждение превратилось в непоколебимую позицию. Этой эволюции, несомненно, способствовало внешнеполитическое положение государства, при котором рассчитывать на заимствование «чужих» технических новшеств не приходилось. Советские лидеры усвоили непреложную истину, что фундаментальная наука является тем, без чего армия останется без современных вооружений, то есть превратится, попросту, в «пушечное мясо». Наука оказалась чрезвычайно важной составляющей национальной безопасности. Наука вернула прежний престиж, а научный работник — прежнее достойное положение в социальной структуре общества.
   Великая Отечественная вой­на 1941—1945 гг. драматично, но реаль­но подтвердила указанные выводы. Послевоенный период, несмотря на руины, в которых находилась половина страны, примечателен посто­янно высоким вниманием к насущным проблемам и перспективным направлениям роста научного потенциала. На нау­ку денег не жалели, и наука отвечала на такое внимание впечатляющими результатами. Все это самым прямым образом отражалось на деятельности Академии наук и в Сибири.
   Сдвиги в размещении произво­дительных сил, начавшиеся в 20-е годы, крупные народнохозяйственные проекты (типа Урало-Кузбас­ского) потребовали резкого увеличения масштабов изучения Сибири. Местные власти все сильнее ощуща­ли потребность в помощи ученых, а ученые — в координации своей деятельности.
В 1930 г. Академия наук организовала постоянную комиссию по изу­чению Сибири во главе с академи­ком А. Е. Ферсманом. Комиссия обосновала необходимость создания в регионах научно-исследовательских станций АН с перспективой перерастания их в более крупные учреждения. В 1932 г. в Свердловске и Новосибирске состоялась выездная сессия Академии наук, на которой рассматривались проблемы развития Урало-Кузбасса. Именно тогда впервые прозвучало предложение организовать филиал Академии наук в Новосибирске. Однако намеченные планы «повисли в воздухе», поскольку для их осуществления не удалось найти необходимые средства и, главное, привлечь квалифи­цированные кадры из ведущих научных центров страны.
   Ситуация повторилась в 1936 г., когда на заседании Президиума Академии наук академик И. П. Бардин вновь поставил этот вопрос. Свои предложения ученый обосновывал тем, что ведомственные институты не выходят за рамки узко отраслевых задач, между тем как на востоке страны назрела острая необходимость в комплексных исследованиях, охватывающих проблемы развития производительных сил региона. Академику ответили, что в данное время разговор, в лучшем случае, может идти лишь об организации научно-исследовательской базы.
   Начавшаяся война сильно изменила довоенные планы. В первые ее дни Президиум Академии наук обязал все академи­ческие учреж­дения перестроить тематику НИР с учетом оборонных нужд и ускорить завершение исследований, результаты которых можно было немедленно применить в военных целях. Резко возросла социальная роль ученых и специалистов — их разработки отчасти компенсировали политические и военные просчеты. Это касалось, впрочем, не только ученых — война заставила положиться на знания и умения профессионалов во всех сферах жизни.
   В тяжелейших условиях военного времени родилось новое отношение к восточным регионам СССР — именно они, после потери западных территорий и размеще­ния здесь огромного количества эвакуированных промышленных предприятий, определяли экономическую мощь страны и ее способность эффектив­но противостоять могучему противнику.
   Работы по изуче­нию и рациональному использованию сырьевых ресурсов восточных районов -выполняли комплек­сные региональные комиссии АН СССР. Среди них осо­бое место занимала Комиссия по мобилизации ресур­сов Урала, Западной Сибири и Казахста­на на нуж­ды обороны страны во главе с академиком В. Л. Ко­маровым, в то время президентом АН СССР.
   Деятельность комиссии дополняли Комитеты, созданные по инициативе самих ученых. Один из первых Коми­тетов возник в Томске в июне 1941 г. В Новосибирске с инициативой создания Комитета в начале 1942 г. выступила группа эвакуированных ученых ЦАГИ во гла­ве с академиком С. А. Чаплыгиным. Новосибирский Комитет ученых объединял до 900 научных работников НИУ и вузов города. Сибирский научно-исследова­тельский институт авиации (СибНИА) — выдающийся практический результат деятельности акаде­мика С. А. Чаплыгина в Новоси­бирске.
   Чем только не приходилось заниматься предста­вителям Комиссии! Приведем лишь один яркий пример. Летом 1942 г. выяснилось, что темпы добычи угля в Кузбассе слишком малы для возросших потребностей оборонной промышленности. В Прокопьевск прибыл временный научный коллектив (тогда он назывался бригадой). Обследование шахт показало, что добычу угля можно увеличить на 50 %. Для этого был широко использован новый способ щитовой добычи угля, созданный и опробованный еще до войны профессором Н. А. Чинакалом. В результате удалось без закладки новых шахт добывать угля в 4–5 раз больше, чем при ста­рых технологиях.

21 октября 1943 г. Совет Народных Комиссаров СССР постановил:
«1. Разрешить Президиуму АН СССР организовать в 1943 г. в Новосибирске Западно-Сибирский филиал АН СССР в составе:
а) Горно-геологического института;
б) Химико-металлургического института;
в) Транспортно-энергетического института;
г) Медико-биологического института.
2. Обязать Новосибирский облисполком предоставить Западно-Сибирскому филиалу АН СССР производственные и жилые помещения».

   Война — при всей централизации государственного управ­ления — раскрепостила инициативу на местах. Этому во многом обязан своим появлением Западно-Сибирский филиал АН СССР. Время его рождения вряд ли можно назвать благоприятным для этого. В 1943 году война против фашистской Германии уже вошла в самый тяжелый и кровопролитный период. Трудно было надеяться, что предложение, прозвучавшее из далекой от фронта Сибири, будет услышано и тем более поддержано центром. До того ли?! И тем не менее, чудо произошло — Западно-Сибирский филиал АН был создан!
   Но в действительности это было не чудо, а ответ­ственная и профессиональная работа тех, кто тогда руководил страной и понимал, что сложившаяся ситуация требует быстрых и решительных действий. Во-первых, резко возросший экономический потенциал Западной Сибири нуждался в соответствующем научном обеспечении, и этот фактор больше нельзя было игнорировать. Во-вторых, в годы войны произошло перемещение на восток страны не только промышленности, но и нау­ки. В Сибирь переехали крупные научные учреждения и ученые, лидеры научных школ и направлений. Они продолжали здесь свою деятельность, что потребовало соответствующего материально-технического, финансо­вого и кадрового обеспечения исследований. Впоследствии процесс реэвакуации затронул науку гораздо больше, чем индустрию. Но, с одной стороны, уехали далеко не все ученые, а с другой — в регионе остались кадры, подготовленные из местных специалистов, сохранился опыт, материальные и организационные контуры «большой» науки. Как говорил академик В. Л. Комаров в сентябре 1943 г.: «Временная эвакуа­ция учреждений Академии наук СССР на Восток подняла новые пласты культурных сил нашей Родины на уровень задач Академии наук». Образно, но весьма точно.
   Для решения организационных проблем нового филиала Президиум Академии наук назначил комис­сию во главе с академиком А. А. Скочинским. Руководителем филиала не случайно стал Александр Александрович Скочинский. Сам сибиряк, крупнейший специалист в области горного дела, он прекрасно осознавал громадные возможности и перспективы Сибири. В течение первых пяти лет он руководил филиалом, отдавая ему все свои знания и организаторский опыт.
   Новый филиал представлял собой комплексное учреждение с региональной ориентацией исследований. Сфера его влияния охватила Алтайский и Краснояр­ский края, а также Кемеровскую, Новосибирскую, Омскую, Томскую, Тюменскую области и Туву. Коллектив ЗСФАН форми­ровался, главным образом, за счет кадров сибир­ских (в массе своей, томских) научно-исследовательских учреждений и вузов. Исключение составил Химико-металлургический институт, которому была передана Новосибирская комплексная химическая лаборатория. Одной из самых характерных особенностей первых лет деятельности филиала был высокий процент совме­стителей. В октябре 1944 г. в филиале работали 130 человек, из них 89 штатных и 41 совместитель. Памятуя, что «кадры решают все», этой проблемой занимались неустанно. Уже в январе 1945 г. филиал инициировал проведение первой в Новосибирске конференции молодых ученых. В работе конференции приняли участие более 300 человек из вузов, отраслевых и академических НИИ, в том числе немало студентов, которые впослед­ствии связали свою жизнь с наукой.
   За 15 лет своей деятельности ЗСФАН вырос в одно из крупнейших академических учреждений страны. В 1957 г. в его составе работало шесть институтов (горно­го дела, геологии, химико-металлургический, биологический, транспорт­но-энергетический, радиофизики и электроники), два отдела (экономических исследований и механизации сельского хозяйства) и Ботанический сад. По ряду научных направлений филиал стал координирующим центром не только Западной Сибири, но и всей страны.
   И в этом огромная заслуга тех, кто руководил филиалом. Как и в том, что в 1957 г. М. А. Лаврентьев решил остановить свой выбор на Но­восибирске как центре будущего Сибирского отделения Академии наук. Академик А. А. Трофимук в своих мемуарах вспоминает, что, когда решался вопрос, куда «посадить» новый научный центр, академики М. Лаврентьев и С. Христи­а­нович посетили несколько сибирских городов. В Томске и Иркутске их встретили неприветливо, и в Ново­сибирск они приехали, уже готовясь к очередному нелегкому разговору. Но здесь, вопреки ожиданиям, их встретил радушный прием руководителя ЗСФАН Т. Ф. Горбачева. Он поддержал их начинание и пообещал всю необходимую помощь. В Ново­сибирске москвичей даже поторапливали с реализацией их идеи. Западно-Сибирский филиал вскоре был упразднен как организационная структура, поскольку все институты филиала вошли в состав Сибирского отделения АН СССР.
   Говоря об основателе и первом Председателе Сибирского отделения АН СССР Михаиле Алексеевиче Лаврентьеве, невозможно не вспомнить знаменитый «треугольник Лаврентьева», и сегодня остающийся основополагающим для Сибирского отделения. Еще раз напомним его главные принципы: а) комплексность (мультидисциплинарность) научных исследований; б) интеграция науки и образования, многоуровневая (начиная со школы) система отбора, подготовки и воспризводства кадров высшей квалификации; в) активное содействие реализации научных достиже­ний, разнообразие форм связи с производством.
Вот что на сей счет на закате своей жизни говорил сам легендарный академик: «Когда меня спрашивают, от чего, на мой взгляд, зависит будущее Сибирского отделения, я отвечаю: от того, насколько удастся удержать гармоническое триединство „наука — кадры — производство“. Преобладание любого из этих начал приведет к застою и регрессу. Эта гармония не есть рецепт изготовления вкусного блюда, когда известно точно количество каждого компонента. Она должна быть плодом коллективных усилий ученых с участием руководящих работников промышленности и органов власти. Время будет вносить определенные коррективы, но принципы, доказавшие свою плодотворность, должны еще поработать и после нас».
   И эти слова снова возвращают нас к самому истоку Академии наук, к тем принципам, на которых она некогда создавалась. Сохраняя верность этим принципам, российская наука достигала в своей истории невиданных высот. В катастрофические же времена ломок, когда некоторым ретивым революционерам хотелось начать все с чистого листа или бездумно подражать чужому и совершенно неорганичному опыту, наука впадала в депрессию, и все это, в конечном счете, оборачивалось невосполнимыми утратами для страны. О прошлом забывать нельзя, оно мстит за это. В последние пятнадцать лет все мы были свидетелями попыток разрушить сложившуюся в России организацию академической науки. Но события последнего времени внушают осторожный оптимизм. Кажется, государство обращается к науке лицом, понимая, что без нее оно само не выживет. Приметы этого процесса можно долго перечислять. Для нас же в Сибирском отделении важно то, что лаврентьевский «треугольник» продолжает активно работать!
   И, наверное, сегодня уместно вспомнить слова дру­гого, не чужого Сибирскому отделению Академии наук человека, много сделавшего для его сохранения и пер­спективного развития. Мы имеем в виду академика В. А. Коптюга. А он, не страшась пафоса, утверждал: «На­ука спасет человечество!»

Авторы благодарят к. и. н. Н. А. Куперштох за помощь в подготовке материалов статьи
Редакция журнала благодарит Отдел редких книг ГПНТБ СО РАН за предоставленные материалы
Источник: 

Авторы: logo.png

7203w135landscape.jpg

Молодин Вячеслав Иванович
профессор, д.и.н., действительный член РАН
заместитель директора, профессор кафедры археологии и этнографии ГФ НГУ
Институт археологии и этнографии СО РАН
Новосибирский государственный университет

8790w135landscape.jpg

Ламин Владимир Александрович
д.и.н., член-корреспондент РАН
директор
Институт истории СО РАН

Чарлз Дарвин и эволюционная теория

   В 1859 г. вышла в свет книга английского ученого Чарлза Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятных пород в борьбе за существование». Она сразу стала бестселлером, возглавив список всемирно известных книг и принеся своему автору лавры единственного первооткрывателя эволюционной теории. Однако последнее не только неточно, но и исторически несправедливо по отношению к другим ученым, предшественникам и современникам Дарвина, что и доказывается в публикуемом в нашем журнале очередном «эволюционном очерке» из готовящейся к печати книги известного ученого и историка науки В. Н. Сойфера «Эволюционная идея и марксисты»

   Чарлз Дарвин родился 12 февраля 1809 г. – в год выхода в свет «Философии зоологии» Жана Батиста Ламарка, в которой была подробно и обстоятельно изложена первая эволюционная теория. Успехами в школе Дарвин не блистал. В колледже дела также шли неважно, и в конце концов, отец отправил его подальше – в Шотландию, где в октябре 1825 г. 16-летний юноша начал учиться на медицинском факультете Эдинбургского университета (такой выбор будущей специальности сына был неслучайным – его отец был преуспевающим врачом). Через два года стало ясно, что врача из Чарлза не получится. Последовал новый перевод – на этот раз в другой знаменитый университет, Кэмбриджский, но уже на богословский факультет. Об учебе там сам Чарлз вспоминал: «…время, которое я провел в Кэмбридже, было всерьез потеряно, и даже хуже, чем потеряно. Моя страсть к ружейной стрельбе и охоте… привела меня в кружок … молодых людей не очень высокой нравственности… Частенько мы пили не в меру, а затем следовали веселые песни и карты. …Знаю, что мне следовало бы стыдиться проведенных таким образом дней и вечеров, но некоторые из моих друзей были такие милые малые, и всем нам было так весело, что я и теперь вспоминаю это время с удовольствием».

e433111f6ab5dcde59347887249be055.jpg

В 8-летнем возрасте Дарвина отдали в частную школу, где он, по его словам, «отставал в ученье от своей младшей сестры Кэтрин». Через год Чарлза перевели в другую школу, но и там он был одним из самых слабых учеников. Недовольный отец однажды сказал непутевому сыну: «Ты только думаешь об охоте, собаке, ловле крыс и осрамишь себя и всю нашу семью». На фото – Чарлз Дарвин с сестрой Кэтрин. По: (Памяти Дарвина, 1910)


   Наконец, в мае 1831 г. Дарвин сдал экзамен на степень бакалавра. Ему полагалось проучиться на факультете еще два семестра, но события повернулись иначе. Воспользовавшись редкой возможностью, он нанялся, вопреки желанию отца, на судно «Бигль», отправлявшееся в кругосветное путешествие под командой капитана Роберта Фиц-Роя2. Пятилетнее кругосветное путешествие подошло к концу 2 октября 1836 г. Теперь Дарвину надлежало приступить к описанию собранных коллекций и публикации данных о поездке. Через три года вышла его первая книга – «Путешествие на корабле Бигль» (или «Дневник изысканий»), сразу принесшая молодому автору огромную популярность. У Дарвина оказался редкий дар рассказчика, умевшего расцветить детали и события, даже не очень занимательные с первого взгляда.

Все началось с Мальтуса?

   Когда Дарвин впервые задумался над проблемами эволюции? Сам он много раз упоминал, что к своей эволюционной гипотезе пришел в 1842 г. и что его натолкнула на эту идею книга великого английского экономиста Томаса Роберта Мальтуса «Опыт о законе народонаселения» (1798). Мальтус доказывал, что численность населения на Земле растет со временем в геометрической прогрессии, а средства существования – лишь в арифметической. Дарвин утверждал, что этот тезис поразил его, и он перевел эту закономерность на всю природу, предположив, что в ней всегда идет борьба за существование, так как для всех рождающихся не хватает источников пищи и среды обитания.
   Тезис о наличии такой борьбы между представителями одного и того же вида (внутривидовая борьба), как и между особями разных видов (межвидовая борьба) был основным нововведением Дарвина. Он заявил, что эволюция происходит благодаря отбору особей, лучше приспособленных к внешней среде (естественный отбор). Если места под солнцем для всех рождающихся действительно не хватает, и слабые погибают в конкуренции с сильными, то стоит какому-нибудь организму случайно оказаться более приспособленным к окружающей среде, как ему будет легче выжить и дать большее по количеству потомство. Если улучшенный признак будет сохранен потомками счастливчика, то они начнут теснить менее приспособленных к такой среде сородичей, быстрее размножаться. Природа сделает маленький шажок вперед, а там, глядишь, появится еще более удачливый счастливчик с еще более совершенным строением. И так – миллионы лет, пока существует жизнь на Земле.
   Дарвин неоднократно повторял (в том числе, на склоне лет в «Автобиографии»), что идея о естественном отборе озарила его в октябре 1838 г., когда ему попала в руки книга Мальтуса. Однако первый набросок своей гипотезы он якобы сделал не тогда же, а лишь спустя 4 года, в 1842 г. Эта рукопись, часто упоминаемая Дарвином в письмах к друзьям, при его жизни не была опубликована.
   Уже после смерти Дарвина его сын Фрэнсис издал книгу «Основы “Происхождения видов”», в которую включил две ранее неизвестные рукописи отца – упомянутый выше первый набросок гипотезы на 35 страницах (якобы написанный отцом в 1842 г.) и более пространный (на 230 с.) текст, помеченный 1844 г. Почему эти работы не были напечатаны при жизни автора, хотя, как мы увидим дальше, в этом была острая необходимость, теперь уже узнать вряд ли возможно.
Неопубликованные рукописи

   К 1842—1844 гг., за те десятилетия, которые протекли с момента опубликования Ламарком его труда об эволюции, в биологии накопилось много фактов, вполне укладывавшихся в русло эволюционных представлений. Идея укрепилась, а общество созрело для ее восприятия.
Об этом свидетельствует еще один, курьезный, пример. В 1843 и 1845 гг. в Англии был опубликован 2-томный труд анонимного автора «Следы естественной истории». В нем излагалась идея об эволюции живого мира, указывалось на связь между родственными видами, а в качестве причины изменения видов называлась роль электричества и магнетизма в этом процессе.

 f50b92f30a7f0695895bc24827fe6ed2.jpg

«Бигль» – бывший военный десятипушечный бриг, переоборудованный в научное судно, на пять лет стал плавучим домом для Дарвина и остальных 73 участников кругосветной экспедиции. Места на корабле было немного, и Дарвин делил каюту с двумя офицерами, в которой капитан Фицрой распорядился сделать окно-люк в потолке. На фото – макет «Бигля» и реконструкция каюты Дарвина (Государственный Дарвиновский музей, Москва)

   Автор проводил такую аналогию: металлические опилки образуют характерную картину разветвленного стебля растения вокруг одного конца электрического проводника или полюса магнита и картину, более похожую на корень растения, – вокруг другого. Поэтому нельзя исключить, что растения возникли именно такими, ибо в их формировании приняли участие электрические силы. Несмотря на такие поверхностные суждения, автор создал произведение, читавшееся с неослабевающим интересом.

   Один из приятелей Дарвина, писатель и публицист Роберт Чемберс, прислал ему экземпляр нашумевшей книги, и Дарвин с интересом ее читал. Через шесть лет после выхода книги стало ясно, что ее автором и был тот самый Чемберс.
К 1844 г. относится одно письмо Дарвина, проливающее свет на то, что он сам именно в этом году начал придавать своим раздумьям об эволюции огромное значение, чего не было раньше. Он написал 5 июня 1844 г. длинное письмо своей жене Эмме3, в котором в выспренних выражениях излагал свою волю: в случае его внезапной смерти истратить 400 фунтов на доведение до завершенного вида только что законченной рукописи об эволюции (задание было детализировано – подобрать надлежащие примеры из отмеченных Дарвином книг, отредактировать текст и т. д.). С другой стороны, именно в январе того же года в письме к ботанику Джозефу Гукеру, сыну директора Королевского ботанического сада и зятю тогдашнего патриарха геологии Чарлза Лайеля, Дарвин сообщил, что размышляет над проблемой изменчивости видов.

   Над проблемами изменчивости видов Дарвин, по его словам, начал задумываться уже во время плавания на «Бигле»: «Я пришел к мысли, что виды, вероятно, изменяются, из данных по географическому распределению и т. п., но в течение нескольких лет я бессильно останавливался перед совершенной неспособностью предложить механизм, с помощью которого каждая часть каждого из созданий оказывалась приспособленной к условиям их жизни».
Идея Ламарка о постепенном совершенствовании видов стала к этому времени достаточно популярной. Подобно тому, как капля долбит камень, повторявшиеся десятилетиями утверждения о естественном развитии, появлении новых видов делали свое дело и приучали людей к мысли о допустимости эволюции. Уместно вспомнить и Бенджамена Франклина с его тезисом о человеке, превратившемся в такового из животного благодаря производству орудий труда, и знаменитого деда Чарлза, Эразма Дарвина – врача и публициста, изложившего в своем сочинении «Зоономия, или Законы органической жизни» (1795 г.) идею органического прогресса

   Почему вдруг Дарвин решил обратиться к жене со специальным посланием? Он действительно в эти годы жаловался на здоровье (диагноз не был поставлен, и он оставался больным на протяжении еще 40 (!) лет). Казалось бы, если он так дорожил своей задумкой об эволюции, что готов был тратить деньги на уплату гонораров из оставляемого наследства, то должен был бы расходовать все доступные силы и время на доведение главного труда до финального этапа. Но ничего подобного не произошло. Одну за другой он издавал толстые книги о чем угодно, но не об эволюции. В 1845 г. вышло второе, пересмотренное издание «Дневника путешествий на Бигле», в 1846 г. – том о геологических наблюдениях в Южной Америке, в 1851 г. – монография об усоногих раках, затем книга о морских уточках и т. д. А очерк об эволюции так и лежал без движения. Чего выжидал Дарвин? Почему боялся предать свой труд критике коллег? Может быть, опасался, что кто-то узреет в его труде заимствование из чужих работ без ссылок на истинных авторов.

dc7b47dce1fed5d7e2377def0ae82f9e.jpg

Автограф Чарлза Дарвина – письмо немецкому ботанику доктору Эрнсту, всю жизнь прожившему в Южной Америке (4 апреля 1880 г.). Государственный Дарвиновский музей, Москва

   Что Дарвин, правда, делал, так это часто напоминал своим высокопоставленным друзьям в письмах, что все свободное время употребляет на обдумывание проблемы эволюции. Некоторым адресатам Дарвина был известен его главный тезис в самых общих чертах: для всех рождающихся не хватает запасов пищи, воды и прочих средств существования, в живых сохраняются лишь те, у кого есть потенциал для выживания. Именно они и обеспечивают прогресс в живом мире.

Эдвард Блит и его идея естественного отбора

   Сторонники Дарвина объясняли позже такую странную его неторопливость с изданием труда об эволюции тем, что он будто бы был абсолютно убежден в том, что эта идея никому в голову прийти не могла, почему и спешить с публикацией гипотезы резона не было, хотя друзья поторапливали Дарвина с печатанием этой работы. Это стало ясно из опубликованной уже после смерти Дарвина сохранившейся переписки (сын Фрэнсис сообщил, что его отец не раз тщательно просматривал всю свою корреспонденцию и избирательно сжигал часть писем).

14a93a0ad430a76a8aa3da7896ae0ca5.jpg

Чарлз Дарвин через три года после кругосветного путешествия на «Бигле». Худ. Джордж Ричмонд, 1839

   Однако вряд ли только непоколебимой уверенностью в своей оригинальности объясняется такое поведение Дарвина. В 1959 г., во время празднования столетнего юбилея выхода в свет «Происхождения видов», профессор антропологии Пенсильванского университета Лорен Эйсли заявил, что у Дарвина были другие основания не спешить с публикацией эволюционной гипотезы в течение почти двадцати лет. По мнению Эйсли, который провел огромную поисковую работу, Дарвин не самостоятельно пришел к идее борьбы за существование, а заимствовал ее, причем вовсе не у экономиста Мальтуса, а у известного в те годы биолога Эдварда Блита, лично близко знакомого Дарвину.

   Блит был на год моложе Дарвина, рос в бедной семье и из-за трудного финансового положения смог закончить только обычную школу. Чтобы обеспечить себя, он был вынужден пойти работать, а все свободное время проводил за чтением, усердно посещал лондонский Британский музей. В 1841 г. он получил место хранителя Музея Королевского Азиатского общества в Бенгалии и провел 22 года в Индии. Здесь им были выполнены первоклассные исследования природы Юго-Восточной Азии. В 1863 г. из-за резкого ухудшения здоровья он был вынужден вернуться в Англию, где скончался в 1873 г.
   В 1835 и 1837 гг. Блит напечатал в «Журнале естественной истории» две статьи, в которых ввел понятия борьбы за существование и выживания более приспобленных к среде существования. Однако, согласно Блиту, отбор идет не в направлении все более улучшенных существ, приобретающих свойства, дающие им преимущества перед уже существующими организмами, а совсем иначе.
   Задача отбора, по Блиту, – сохранение неизменности основных признаков вида. Он полагал, что всякие новые изменения органов (сейчас мы бы назвали их мутациями) не могут принести чего-либо прогрессивного уже существующим видам, хорошо приспособившимся за миллионы лет к внешней среде. Изменения будут только нарушать хорошо отлаженный механизм взаимодействия среды и организмов. Поэтому все новички, неминуемо испорченные возникшими в них расстройствами, будут отсекаться отбором, не выдержат конкуренции с хорошо приспособленными типичными формами и вымрут. Таким образом, Блит применил принцип отбора к дикой природе, хотя отбору была придана консервативная, а не созидательная роль4.
   Дарвин не мог не знать работ Блита: он держал в руках номера журналов с его статьями и цитировал их. Он писал, и не раз, что внимательно и тщательно проследил за всеми публикациями, касающимися вопросов развития жизни на Земле, и особенно – за близкими ему по духу. Он цитировал к тому же многие другие работы Блита, воздавая должное заслугам своего коллеги, поэтому никак не мог пройти мимо его работ о естественном отборе. Однако он ни разу не сослался на ту статью, в которой Блит четко и ясно изложил идею о борьбе за существование и о естественном отборе.
   Будучи гордецом и, как считали Эйсли и ряд других историков, одержимым манией ни с кем не разделяемой славы, Дарвин мог воспользоваться принципиальными положениями Блита, после чего начал приводить свои записи в порядок. К 1844 г. он действительно мог подготовить довольно объемистую рукопись об эволюции, но, понимая недостаточную оригинальность своего труда в краеугольном вопросе естествознания, выжидал, тянул время, надеясь что какие-то обстоятельства что-то изменят в мире и позволят ему «сохранить лицо». Именно поэтому в «Автобиографии» он еще раз повторил: толчком к размышлению о роли естественного отбора послужила для него лишь книга Мальтуса. Сослаться на экономиста, а не на биолога, говорившего о естественном отборе в мире живых существ несколькими годами раньше, было безопасно, ведь приоритет в приложении экономического анализа к ситуации в биологическом мире оставался за биологом, то есть за ним самим.
   Но и в этом утверждении дотошные историки нашли натяжку: хотя Дарвин и указал точную дату, когда он прочел книгу Мальтуса (октябрь 1838 г.), но ни в очерке 1842 г., ни в более объемистом труде 1844 г. он на Мальтуса, как на подтолкнувшего его к идее эволюции, ни разу не сослался, и в том месте, где он его упомянул, речь шла вовсе не об идее конкуренции.
   Эйсли нашел еще несколько таких же случаев, когда Дарвин неделикатно обошелся со своими прямыми предшественниками и тем отчасти подтвердил правоту мнения, высказанного еще в 1888 г. профессором Хьютоном из Дублина о взглядах Дарвина относительно происхождения видов: «Все, что было в них нового, было ошибочным, а то, что было правильным, было уже известно».
   Видимо, этим и объясняется загадочный факт нежелания Дарвина в течение почти 20 лет публиковать труд о происхождении видов.

Эволюционные взгляды Альфреда Уоллеса

   Возможно, этот труд продолжал бы и дальше оставаться в сундуке Дарвина, если бы в один из дней не произошло событие, заставившее его срочно изменить позицию. В 1858 г. он получил по почте работу своего соотечественника – Альфреда Уоллеса, находившегося в этот момент вдали от Англии. В ней Уоллес излагал ту же идею о роли естественного отбора для прогрессивной эволюции.
   Из чтения работы Уоллеса Дарвин понял, что его конкурент разработал гипотезу эволюции даже более широко, чем он сам, поскольку включил в анализ не только материал по домашним животным, который по преимуществу использовал Дарвин, но и почерпнул факты в дикой природе. Дарвина особенно поразило, что главные формулировки Уоллеса были изложены теми же словами, что и в его «очерке эволюции», причем именно Уоллес ссылался на Мальтуса.

65174533fb703452ebcf3bea46aaec66.jpg

Альфред Рассел Уоллес. Фото О. Ренара. По: (Уоллес, 1898). В 1898 г., через 30 лет после выхода ставшей знаменитой книги Дарвина, А. Уоллес опубликовал огромный (750 с.) труд «Дарвинизм. Изложение теории естественного отбора и некоторые из ее приложений»

   Как могло случиться, что конкурент описал то же самое? Альфред Рассел Уоллес (1823—1913) в течение многих лет собирал научные коллекции в экспедициях на реках Амазонка и Рио-Негро, на Малайском архипелаге и в других местах (им была собрана коллекция, содержавшая 125 тыс. ботанических, зоологических и геологических образцов; составлены словари 75 наречий и т. д.). Задумываться над проблемой происхождения видов Уоллес начал почти одновременно с Дарвином. Во всяком случае уже в 1848 г. в письме своему другу, путешественнику Генри Бэйтсу, он писал: «Мне бы хотелось собрать и досконально изучить представителей какого-нибудь одного семейства, главным образом с точки зрения происхождения видов».
   Странно, что исследователями дарвинизма крайне редко упоминается важнейший для понимания формирования эволюционных взглядов Уоллеса факт, что в сентябре 1855 г., за четыре года до первого издания «Происхождения видов» Дарвина, Уоллес напечатал в «Annals and Magazine of Natural History» статью под названием «О законе, регулирующем появление новых видов». В ней Уоллес не только выступил с заявлением о существовании процесса эволюции видов, но и указал на роль географической изоляции в становлении новых разновидностей. Он сформулировал даже закон: «Появление каждого вида совпадает географически и хронологически с появлением очень ему близкого и предшествовавшего вида». Другой его тезис был также существен: «Виды образуются по плану предшествующих». Эти заключения он основывал не только на данных изучения коллекций современных ему видов, но и ископаемых форм.
   Уоллес, как водится в научной среде, разослал свою статью коллегам-биологам, и в их числе – Дарвину, которого высоко ценил за описание путешествия на «Бигле». Путешественник и натуралист, Уоллес хорошо понимал, насколько трудна задача описания монотонных переездов с места на место и повторяющейся изо дня в день деятельности. Два видных ученых – Лайель и Блит – также обратили внимание Дарвина на статью Уоллеса, о чем Дарвин сообщил в письме Уоллесу от 22 декабря 1857 г.
   Дарвин положительно отозвался о работе Уоллеса, и с этого времени между ними завязалась переписка. Но Дарвин, нарочно или невольно, пригасил энергию Уоллеса в отношении дальнейшего обдумывания проблемы происхождения видов, когда в одном из писем как бы невзначай сообщил ему, что он уже давно работает над той же проблемой и пишет большую книгу о происхождении видов. Это сообщение подействовало на Уоллеса, о чем он написал в письме Бэйтсу: «Я очень обрадован письмом Дарвина, в котором он пишет, что согласен “почти со всяким словом” моей работы. Теперь он подготовляет свой большой труд о видах и разновидностях, материал для которого он собирал в течение 20 лет. Он может избавить меня от заботы писать дальше о моей гипотезе… во всяком случае в мое распоряжение будут предоставлены его факты, и я смогу над ними работать».

f35a8565269e8d1b9a94cd1bdec68a78.jpg

Основная цель фундаментального труда «Дарвинизм. Изложение теории естественного отбора и некоторые из ее приложений» А. Уоллеса — проиллюстрировать примерами принцип лучшего выживания в природе животных и растений, более приспособленных к данной среде. Вверху слева — рис. из гл. «Происхождение и польза окраски животных»; вверху справа — рис. из гл. «О бесплодии помесей, произошедших от скрещивания между отдельными видами». Внизу — табл. из гл. «Изменяемость видов в естественном состоянии». По: (Уоллес, 1898)

1b9943fcfefbad4911659781b0c082c7.jpg

   Однако, как дружно свидетельствуют все биографы Дарвина, несмотря на обещания, Дарвин своих гипотез и имеющихся в его руках фактов Уоллесу не предоставил. Так, видный русский биограф Дарвина А. Д. Некрасов пишет: «…Дарвин, ссылаясь на невозможность в письме изложить свои взгляды, умалчивал о теории отбора… Уоллес пришел к идее естественного отбора независимо от Дарвина…. Без сомнения, Дарвин в своих письмах ни одним словом не обмолвился ни о принципе борьбы за существование, ни о сохранении наиболее приспособленных. И к этим принципам Уоллес пришел независимо от Дарвина».
   Итак, Уоллес сам сформулировал гипотезу естественного отбора, и произошло это 25 января 1858 г., когда путешественник находился на одном из островов Молуккского архипелага. Уоллес заболел тяжелой лихорадкой и в промежутках между приступами вдруг отчетливо представил, как можно применить рассуждение Мальтуса о перенаселении и его роли в эволюции. Ведь если Мальтус прав, то шансы для лучшего выживания выше у организмов, лучше приспособленных к условиям жизни! В «борьбе за существование» они одержат верх над менее приспособленными, дадут большее потомство, а за счет лучшего размножения займут более широкий ареал.
   После этой догадки в уме Уоллеса, много лет размышлявшего над проблемами изменения видов, быстро сложилась общая картина. Так как основными фактами он уже располагал, ему не составило труда спешно набросать тезисы статьи и также спешно завершить всю работу, дав ей ясное название: «О стремлении разновидностей бесконечно удаляться от первоначального типа». Эту статью он и отправил с первой же оказией Дарвину, прося помочь с публикацией. Как писал Некрасов, «Уоллес послал ее Дарвину, надеясь, что приложение принципа “борьбы за существование” к вопросу о происхождении видов будет такой же новостью для Дарвина, как для него самого».
   Однако предположение Уоллеса, что Дарвин поможет популяризации его работы, было ошибкой и навсегда лишило его вполне законного приоритета в опубликовании принципа эволюции путем отбора организмов, наиболее приспособленных к условиям среды. Дарвин не только ничего не сделал для быстрой публикации работы Уоллеса, но и постарался принять все меры, чтобы утвердить свое первенство.

Спешное обнародование работы Дарвина

   Получив труд Уоллеса, Дарвин понял, что его опередили. Показательно, что в письме к Лайелю он признался: «Я никогда не видел такого поразительного совпадения; если бы у Уоллеса была моя рукопись 1842 года, он не смог бы сделать лучше сокращенного обзора. Даже его названия соответствуют заголовкам моих глав». +
   Узнав о случившемся, два друга Дарвина – Чарлз Лайель и Джозеф Гукер, занимавшие высокое положение в научных кругах Англии, решили спасти положение и представили членам Лондонского Линнеевского общества одновременно и законченную работу Уоллеса, и короткую (на двух страничках) заметку Дарвина «О склонности видов к образованию разновидностей и видов посредством естественного отбора». Оба материала были зачитаны 1 июля 1859 г. на заседании общества и затем опубликованы под этой датой.

e0c71ac884f26be1d5c3afb6b481784c.jpg

Рисунок из гл. «Предостерегающая окраска и маскировка» кн. А. Уоллеса «Дарвинизм. Изложение теории естественного отбора и некоторые из ее приложений». По: (Уоллес, 1898)


   Дарвин на заседании не присутствовал. Выступавших было двое – Лайель и Гукер. Один из них с жаром, другой более сдержанно рассказали, что были свидетелями творческих мук Дарвина и удостоверили своим авторитетом факт его приоритета. Заседание кончилось в гробовой тишине. Никто никаких заявлений не сделал.
   К концу года Дарвин закончил книгу «Происхождение видов» и оплатил ее издание. Книгу напечатали за две недели; весь тираж (1250 экземпляров) был раскуплен в один день. Дарвин спешно оплатил второе издание, и через месяц в продажу поступило еще 3000 экземпляров; затем вышло третье издание, исправленное и дополненное, потом – четвертое и т. д. Имя Дарвина приобрело огромную популярность.
Уоллес, целиком примирившийся с потерей приоритета, издал в 1870 г. книгу «Вклад в теорию естественного отбора», а в 1889 г. – огромный (750 страниц) том, символически названный «Дарвинизм. Изложение теории естественного отбора и некоторые из ее приложений»5.

125e5b502163c9020396dd6ef9d25ad9.jpg

Один из раритетов Дарвиновского Государственного музея – единственный в России скелет дронта, нелетающей птицы, некогда обитавшей на о. Маврикий и вымершей в 1680—1690 гг. В гибели этого вида были повинны моряки, для которых беззащитные птицы стали источником провианта

   Основная цель этих книг заключалась в том, чтобы проиллюстрировать примерами принцип лучшего выживания животных и растений, более приспособленных к данной среде. Дарвин в большей мере использовал примеры из области одомашнивания животных, выведения пород скота, декоративных птиц и рыб, селекции сортов растений.
   Уместно вспомнить, что Уоллес и ранее (в статье 1856 г.) отвергал доказательность примеров эволюции, почерпнутых из сферы изменчивости одомашненных животных, справедливо указывая, что приспособительная (адаптивная) изменчивость у домашних животных не существует. Ведь именно человек отбирает лучшие для него формы, а сами животные не участвуют в борьбе за существование: «Таким образом, из наблюдений над разновидностями домашних животных нельзя сделать никаких выводов относительно разновидностей животных, живущих в диком состоянии».

Отношение Дарвина к Ламарку

   Дарвин не уставал повторять, что его взгляды не имеют ничего общего с ламарковскими, и на протяжении жизни не переставал дурно отзываться о своем великом предшественнике. Возможно, сама мысль, что он – не первый и что за 50 лет до него те же мысли уже были высказаны французом, тяготила его.
   В 1840-е гг. в письмах к Гукеру он не раз писал об этом: «…не знаю никаких систематических сочинений об этом предмете, кроме книги Ламарка, но это – настоящая дрянь»; «Ламарк… повредил вопросу своим нелепым, хотя и умным трудом»; «Да сохранит меня Небо от глупого ламарковского “стремления к прогрессу”, “приспособления вследствие медленного хотения животных” и прочего». Правда, последнюю фразу из приведенных цитат он вынужден был продолжить словами: «Но выводы, к которым прихожу, не отличаются значительно от его выводов, хотя способы изменения вполне различны».

   Вымирание видов, по Дарвину, – явление, коррелирующее с происхождением новых видов: «Так как с течением времени деятельностью естественного отбора образуются новые виды, то другие должны становиться все более редкими и, наконец, исчезать. ...В главе, посвященной борьбе за существование, мы видели, что наиболее ожесточенная конкуренция должна происходить между формами, наиболее близкими – разновидностями одного вида или одного рода или ближайших друг к другу родов, так как эти формы будут обладать почти одинаковым строением, общим складом и привычками»

   В одном из писем к Лайелю, отправленных почти двадцатью годами позже, он писал, обсуждая значение труда своего предшественника: «Я смотрю на нее (на “Философию зоологии” – прим. авт.), прочтя ее старательно два раза, как на жалкую книгу, из которой я не извлек никакой пользы. Но я знаю, что вы больше воспользовались ею».
   В общем, как писал русский исследователь дарвинизма Вл. Карпов, первоначально «Ламарк был чужд и мало понятен Дарвину, как представитель другого склада ума, круга идей, другой национальности». Тем не менее принципиального сходства в книгах Ламарка и Дарвина было больше, чем различий. Оба автора были едины в центральном вопросе – провозглашении принципа прогрессивного развития видов, и оба заявляли, что именно необходимость лучше соответст­вовать требованиям внешней среды понуждает виды прогрессировать. +
   Даже основные группы примеров, использованных Дарвином, совпадали с примерами Ламарка (породы собак, домашних птиц, садовые растения). Только Дарвин старался привести как можно больше примеров, пусть и однотипных, но создающих у читателя впечатление солидности, основательности; Ламарк же ограничивал себя одним-двумя примерами по каждому пункту.

de45d9a9f2b28d8d4d4bd4bfbb0d4967.jpg

   Первое издание знаменитой книги Ч. Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятных пород в борьбе за существование». Лондон, 1859. Государственный Дарвиновский музей (Москва)


   В чем мысли Дарвина сильно отличались от мыслей Ламарка, так это в попытке объяснения причин эволюции. Ламарк искал их внутри организмов, в заложенной в них способности изменять устройство тела в зависимости от упражнения органов (и во второй половине XIX в. это положение Ламарка расценивалось как чрезвычайно важное, ибо подавляющее большинство ученых полагали, что живым существам имманентно присуще свойство самосовершенствования). Дарвин же первоначально исходил из того, что свойства организмов могли изменяться из-за случайных причин, а внешняя среда исполняла роль контролера, отсекающего менее приспособленные особи. Но поскольку Дарвин не понимал, что могло изменяться в организмах, что собой представляют наследственные структуры, эти его мысли были целиком и полностью гипотетическим философствованием.
   Парадокс заключается в том, что, начав с категорического отрицания «глупых» взглядов Ламарка, Дарвин постепенно стал менять свои взгляды и говорить о возможности непосредственного наследования приобретенных за время жизни признаков. Главной причиной такой перемены стало важнейшее обстоятельство, которое мешало и Ламарку, а именно: отсутствие сведений о законах наследования признаков, незнание того, что в организме существуют особые структуры, несущие наследственную информацию.
   Однако если во времена Ламарка наука была еще далека от постановки вопросов, связанных с обнаружением законов наследственности, и было бы нелепо бросить даже тень укора в адрес Ламарка, то ко времени публикации «Происхождения видов» положение в корне изменилось.

7221c5d74f54d5fe527513dff8183aa6.jpg

Чарлз Дарвин, 1868 г. Эта фотография – один из раритетов Государственного Дарвиновского музея – была привезена его основателем А. Ф. Котсом. Фото Дж. М. Кэмерон

Геммулы вместо генов

   Первые подходы к познанию законов наследственности, правда еще в достаточно аморфном виде, сложились в результате работ немецкого исследователя Йозефа Готлиба Кёльрёйтера (1733—1806), несколько лет работавшего в Петербурге, и ряда других европейских ученых. Кёльрёйтер в 1756—1760 гг. провел первые опыты по гибридизации и сформулировал понятия о наследуемости.
   Англичанин Томас Эндрю Найт (1789—1835), скрещивая разные сорта культурных растений, пришел к выводу, что в поколениях гибридных растений признаки, по которым исходные сорта различаются между собой, «рассыпаются» и проявляются индивидуально. Причем он отметил, что существуют мелкие индивидуальные отличия, которые далее не «делятся» при скрещиваниях и сохраняют свою индивидуальность в поколениях. Тем самым уже в начале XIX в. Найт сформулировал понятие об элементарных наследуемых признаках.
Француз Огюст Сажрэ (1763—1851) в 1825—1835 гг. сделал другое важнейшее открытие. Следя за найтовскими «элементарными признаками», он обнаружил, что некоторые из них при комбинировании с другими подавляют проявление этих признаков. Так были открыты доминантные и рецессивные признаки.
   В 1852 г. другой француз, Шарль Нодэн (1815—1899), более внимательно изучил эти два типа признаков и, подобно Сажрэ, установил, что в комбинациях доминантных и рецессивных признаков последние перестают проявляться. Однако стоит скрестить между собой такие гибриды, как у части их потомков они снова проступают (позже Мендель назовет этот процесс расщеплением признаков). Эти работы доказывали важнейший факт – сохранение наследственных структур, несущих информацию о подавляемых (рецессивных) признаках даже в тех случаях, когда внешне эти признаки не проявлялись. Нодэн попытался открыть количественные закономерности сочетания доминантных и рецессивных признаков, но, взявшись следить сразу за большим их числом, запутался в результатах и не смог продвинуться вперед.
Дарвину были хорошо известны результаты работ этих ученых, но он не понял их значения, не оценил той великой пользы, какую несли ему открытия элементарных наследственных единиц, закономерностей их комбинирования и проявления у потомков. Следовало сделать еще один шаг – упростить задачу и анализировать количественное распределение признаков у организмов, различающихся одним или максимум двумя признаками, и тогда законы генетики были бы открыты. 

e3e313d122b771dabd90abfa62417e02.jpg

Первый генетик – крестьянский сын Иоганн Мендель, ставший настоятелем августинского монастыря Святого Томаша в Брюнне

   Этот рывок в науке совершил чешский естествоиспытатель, блестящий экспериментатор Иоганн Грегор Мендель, в 1865 г. опубликовавший гениальный труд, в котором изложил выводы экспериментов по выявлению законов наследственности. Схему своих опытов Мендель построил именно путем упрощения задачи, когда он решил скрупулезно следить за поведением в скрещиваниях сначала лишь одного наследуемого признака, а затем – двух. В результате он доказал, теперь уже окончательно, наличие элементарных единиц наследственности, четко описал правила доминирования, открыл количественные закономерности комбинирования единиц наследственности у гибридов и правила расщепления наследственных признаков.
   Дарвин, следовательно, мог сам эти законы открыть (он продвинулся вперед в понимании важности выяснения законов наследования, к тому же прогресс науки в то время был столь ощутим, что сделанное Менделем было в принципе доступно любому задумывающемуся над проблемами наследования). Но Дарвин не был экспериментатором. Конечно, он мог просто прочесть опубликованный Менделем труд на немецком языке, однако этого тоже не произошло.
   Вместо этого Дарвин принялся придумывать гипотезу (он претенциозно назвал ее теорией) пангенезиса о том, как осуществляется передача наследственных свойств потомкам. Он допустил наличие в любой части тела «…особых, независимо размножающихся и питающихся наследственных крупинок – геммул, собирающихся в половых продуктах, но могущих быть рассыпанными и по всему телу… каждая из которых может восстановить в следующем поколении ту часть, которая дала им начало».
   Гипотеза эта была отнюдь не оригинальной: ту же идею выдвинул в своей 36-томной «Истории природы» Жорж Луи Леклерк Бюффон за сто лет до Дарвина. Многие крупные ученые, в их числе и те, кто помог Дарвину укрепить свой приоритет в провозглашении роли естественного отбора в эволюции (Гукер и Лайель), советовали Дарвину не публиковать его «теорию пангенезиса». Он на словах соглашался с ними, но на деле решил не отступать от своего и включил соответствующую главу в книгу «Изменения животных и растений под влиянием одомашнивания», опубликованную в 1868 г. (тремя годами позже труда Менделя).

30e1cf52dd3c6180ae786b5f73cd6f11.jpg

Иоганн Мендель провел свои знаменитые опыты по скрещиванию разных сортов гороха на маленьком участке в монастырском саду


   До конца своей жизни Дарвин сохранял убеждение, что его теории пангенезиса уготовано великое будущее. Хотя в письмах к тем, от чьей помощи он всю жизнь зависел (Лайелю, Гукеру, Гексли), он кокетливо называл это свое детище «опрометчивой и недоработанной гипотезой», говорил, что «заниматься такими умозрениями – “чистейший вздор”» и обещал «постараться убедить себя не печатать» изложение своей «теории», но обещание это он выполнять не собирался, а только критический запал его высоких друзей старался пригасить. Другим адресатам в это же самое время он писал совершенно иное: «В глубине души я считаю, что в ней заложена великая истина» (письмо А. Грею, 1867 г.), или: «Я предпочту умереть, чем перестать защищать от нападок свое бедное дитя» (письмо Г. Спенсеру, 1868 г.). Те же нотки звучали и позже: «В отношении пангенезиса я не собираюсь сворачивать знамен» (письмо А. Уоллесу, 1875 г.); «Мне пришлось много думать по этому вопросу, и я убежден в его большом значении, хотя придется долбить годы, пока физиологи дотумкают, что половые органы лишь собирают воспроизводительные элементы» (письмо Дж. Ромэйнсу, 1875 г.).


Бесхвостую кошку нельзя получить упражнениями

   В большинстве случаев при обсуждении гипотезы пангенезиса Дарвина принято говорить, что ее автор не ушел далеко от своего времени, а, дескать, Мендель опередил свое время на 35 лет (недаром его законы действительно переоткрыли 35 годами позже). Но можно сказать и по-другому: в понимании механизмов наследования признаков Дарвин не дорос до своего современника Менделя.
   А между тем вопрос этот был для Дарвина важнейшим. В первом издании «Происхождения видов» он исходил из предпосылки, что изменения у живых существ возникают часто и что они неопределенны: некоторые несут какую-то пользу организму, остальные – вредны или бесполезны. Он считал, что в отношении полезных признаков все ясно – они в основном наследуются. «Всякое изменение, как бы оно ни было незначительно, и от каких бы причин оно ни зависело, если оно сколько-нибудь выгодно для особи какого-либо вида – всякое такое изменение будет способствовать сохранению особи и большею частью передастся потомству», – писал он.
   Он считал, что в самой изменчивости не содержится предопределенности, изначальной пользы. В этом пункте он видел коренное отличие своих взглядов от ламарковских. Никакого «внутреннего стремления к совершенству», никакого вложенного в живые существа свойства предопределенности в «улучшении вследствие медленного хотения» не существует (слова «медленное хотение» принадлежали самому Дарвину).
   Однако, несмотря на демонстративное отвергание ламарковского постулата, Дарвин, как показывает приведенная выше цитата о наследовании «всякого изменения, как бы оно ни было незначительно, и от каких бы причин оно ни зависело», лишь бы оно «было выгодно для особи какого-либо вида», был даже в этот начальный момент не слишком далек от Ламарка. Он также приписывал организмам вложенную в них (то есть предопределенную) способность сохранять в наследственной основе любые полезные уклонения. Гипотеза о геммулах, воспринимающих полезные стимулы, существа дела не меняла. Ни одного факта в пользу своей гипотезы у Дарвина не было, и в этом смысле Ламарк с его «упражнением органов» был ничуть не слабее в аргументации, чем Дарвин.
   Отказавшись от ламарковского наследования благоприобретенных признаков, Дарвин ничего реального взамен не предложил, а просто обошел вопрос о том, что, как и когда наследуется, разделив возможную изменчивость на два типа. Первый – определенно благоприятные изменения, которых «жаждет» организм и которые являются результатом прямого ответа на действие среды (такое наследование он отрицал). Второй тип – неопределенные изменения, которые могут возникать и не под прямым влиянием внешней среды (они наследуются). В этом пункте он видел главное отличие своей доктрины от взглядов Ламарка, относимых им к ошибочным.
   Но почему первые изменения не наследуются, а вторые возникают и наследуются? Что собой вообще представляют наследственные структуры и как они передаются потомкам, он себе не представлял. Назвав их геммулами, он ни на йоту не приблизился к пониманию их природы. Интуитивно он, возможно, догадывался, что, сколько ни отрубай хвосты кошкам, чтобы те, прыгая с комодов, не сбивали веджвудских статуэток, приплод от бесхвостых котов и кошек все равно будет с хвостами.
«Кошмар Дженкина»

   Единственное убеждение, которое Дарвин разделял с большинством своих современников – это то, что передача наследственности сродни слиянию жидкости, скажем, крови. Кровь матери-рекордистки сливается с кровью обычного, ничем не выделяющегося отца – и получается полукровка. А если идентичные организмы (родные брат и сестра) дают потомство, то потомство это будет «чистых кровей» (их назовут позже чистой «линией»).
   Дарвин полностью придерживался этих взглядов, поэтому на него так сокрушительно подействовала критика, высказанная в июне 1867 г. инженером Флемингом Дженкином в журнале «Северное Британское обозрение». Дженкин был крупнейшим специалистом по электричеству, электрическим сетям, при его личном участии были проложены кабели в Европе, в Южной и Северной Америке, он считается отцом телеграфа, всю жизнь был ближайшим другом Уильяма Томсона, позднее ставшего лордом Кельвиным. За год до публикации своей разгромной статьи о главном принципе, примененном Дарвиным для обоснования естественного отбора, Дженкин стал профессором инженерной школы Лондонского Университетского Колледжа. Своей блестяще написанной статьей, не содержащей ни одного лишнего слова, Дженкин, как считалось, одним ударом подрубил под корень дарвиновское объяснение наследования полезных уклонений.
   Допустим, Дарвин прав, объяснял Дженкин, и есть неопределенная изменчивость, благодаря которой какой-то одиночный организм приобрел полезное для него уклонение (обязательно одиночный, иначе это – массовое ламарковское изменение под влиянием среды). Но скрещиваться этот счастливчик будет с обычной особью. Значит, произойдет разбавление «кровей» – признак у потомства сохранит только половину полезного уклонения. В следующем поколении от него останется четвертинка, затем – восьмушка и т. д. В результате вместо эволюции произойдет рассасывание полезных уклонений (Дженкин употреблял термин swamping «заболачивание» или засасывание неизменными наследственными потенциями измененной потенции).
   Критика профессора-инженера вызвала у Дарвина чувства, которые он называл не иначе, как «кошмар Дженкина». Как признал Дарвин в одном из писем, верность рассуждений оппонента, «едва ли может быть подвергнута сомнению». В письме Гукеру от 7 августа 1860 г. Дарвин написал: «Знаете, я почувствовал себя очень приниженным, закончив чтение статьи».
   В конце концов, после долгих размышлений, он увидел только один способ ответа на критику: признать, что среда влияет прямо на наследственность и тем самым ведет к изменению сразу большого числа особей, обитающих в новых условиях. Только в этом случае «рассасывания» новых признаков не должно было происходить. Такое признание роли массового прямого влияния среды в прогрессивной эволюции означало решающее сближение с позицией Ламарка и признание принципа наследования благоприобретенных признаков.
   Согласившись с доводами, содержавшимися в разгромной статье Дженкина относительно дарвиновского механизма наследования полезных признаков, Дарвин решил внести исправления в очередное, пятое, а затем и шестое издания книги. «…Мне так грустно, – писал он Гукеру, – но моя работа ведет меня к несколько большему признанию прямого воздействия со стороны физических условий. Наверное, я потому жалею об этом, что оно уменьшает славу естественного отбора».
   А между тем спасительный выход для Дарвина уже существовал. Грегор Мендель за несколько лет до этого доказал, что наследственные структуры ни с чем не сливаются, а сохраняют свою структуру неизменной. Если единица, отвечающая за передачу наследственности (позже ее назвали геном), изменена, и в результате контролируемый ею признак формируется по-новому, то все потомки этого первого наследственно изменившегося организма будут нести такой же новый признак. «Кошмар Дженкина», попортивший так много крови Дарвину, рассеивался полностью, и эволюционная теория приобретала законченную форму. Но Дарвин не знал работу Менделя, а сам до его выводов не додумался.

d4c2474fabd4e1dc8e9a0d323bd21563.jpg

Дарвиновский музей: ПРОЙДИ ПУТЕМ ЭВОЛЮЦИИ


   Государственный Дарвиновский музей – первый в мире музей эволюции – основан в 1907 г. при Московских высших женских курсах. Только 87 лет спустя музей переехал в собственное здание, и сегодня основная экспозиция занимает три этажа общей площадью 5000 м2. К 100-летнему юбилею музея было построено новое здание фондохранилища, с большими выставочными залами и помещениями для работы с детьми.
   Основная миссия музея – сбор, сохранение, изучение и экспонирование артефактов, иллюстрирующих процесс эволюции органического мира на Земле. Фонды музея насчитывают около 400 тыс. ед. хр.
   Здесь хранятся такие раритеты, как скелет дронта, чучела других вымерших птиц – бескрылой гагарки, странствующих голубей. Гордость музея –крупнейшая в мире (около 800 чучел) коллекция абберантов, т. е. животных с аномальной окраской. Музей славится также своими коллекциями по географической и индивидуальной изменчивости животных.
   Характерная особенность Дарвиновского музея – широкое использование в экспозиции произведений анималистического искусства: живописи, графики, скульптуры и малой пластики известных художников-анималистов.
   В фондах музея хранится и редчайшее собрание книг о природе, насчитывающее около 9 тыс. ед. хр. Наряду с уникальными естественнонаучными экспонатами, произведениями искусства и редкими книгами, музей бережно хранит коллекции известнейших ученых, путешественников-первопроходцев, имеющие огромную мемориальную и историческую ценность.
   Экспозиция музея постоянно совершенствуется, в том числе и с применением современных технических средств.
   В музее можно увидеть скелеты и движущиеся модели динозавров. Особой популярностью пользуются аудиоблоки с голосами птиц, интерактивный комплекс «Жизнь в почве» и, конечно, виртуальная экскурсия по музейным фондам «За семью печатями». В центральном зале музея посетителей ждет видеомузыкальная программа «Живая планета» и уникальная видеоэкскурсия «Многообразие жизни на Земле», где впервые в мировой музейной практике возможности осветительной, видео- и аудиоаппаратуры соединены с преимуществами постоянной естественнонаучной выставки.
   В музее сделано все, чтобы экспозиция была доступна людям с ограниченными физическими возможностями. Для инвалидов-колясочников предусмотрены пандусы, специально оборудованные туалеты, лифты, подъемник; для слепых и слабовидящих посетителей – специальные этикетки для скульптуры и интерактивных экспонатов, особым образом подобранные коллекции, муляжи и модели.
   Сегодня Дарвиновский музей стал любимым местом семейного отдыха: ежегодно его посещает около 400 тыс.посетителей, в том числе много детей. В феврале 2010 г. в выставочном комплексе музея заработал новый интерактивный комплекс «Пройди путем эволюции». С его помощью можно «вернуться» на 3,5 млрд лет назад, пройти по лабиринту эволюции и проследить за возникновением и развитием на Земле различных видов живых существ.

Литература

Loren C. Eisley. Charles Darwin, Edward Blyth, and the theory of natural selection // Proc. Amer. Philosoph. Soc. 1959. V. 103, N. 1. P. 94—115.
Edward Blyth. An attempt to classify the «varieties» of animals, with observations on the marked seasonal and other changes which naturally take place in various British species, and which do not constitute varieties // The Magazine of Natural History (London). 1835. V. 8. P. 40—53; On the physiological distinction between man and all other animals, etc. // The Magazine of Natural History (London), n.s.. 1837. V. 1. P. 1—9, and P. 77—85, and P. 131—141; отрывки из работ Блита, также как воспоминания о нем Артура Гроута, опубликованные в августовском номере журнала Journ. of Asiatic Society of Bengal, 1875, приведены в виде приложения к статье Эйсли (см. прим. /1/, с. 115—160).
Уоллес А. Р. Дарвинизм. Изложение теории естественного подбора и некоторые ее приложения. Перевед с англ. проф. М. А. Мензбира. Библиотека для самообразования. М.: Изд. Сытина, 1898. Т. XV.
Fleeming Jenkin. Review of The Origin of Species // North British Review. 1867. V. 46. P. 277—318.
Редакция и автор благодарят сотрудников Государственного Дарвиновского музея Е. Ю. Баранову, И. П. Калачеву и к. б. н. А. С. Рубцова за помощь в подготовке иллюстративного материала (С. 89—91, 96—97)
1 См. НАУКА из первых рук, 2010. №3 (33). С. 88—103
2 НАУКА из первых рук, 2005. №3 (6). С. 106—119
3 Урожденная Веджвуд, дочь владельца знаменитой фабрики по изготовлению керамических изделий (называемых по сей день «веджвудами»). Она славилась многими достоинствами, в том числе была неплохой пианисткой и брала уроки музыки у самого Шопена
4 Наиболее видные американские дарвинисты XX в. Э. Майр, С. Дарлингтон, С. Д. Гульд оспаривали позже мнение относительно заимствования Дарвиным идей Э. Блита, основываясь на том, что Блит рассуждал об отборе ухудшенных форм, а не о прогрессивной эволюции
5 Уже в XX в. «закон» Уоллеса о роли географической изоляции в ускорении эволюции видов стал неотъемлемой частью учения, получившего название «Синтетическая теория эволюции», разработанного американским ученым русского происхождения Ф. Г. Добржанским. Первым на роль географической изоляции для отбора генов указал в 1926 г. С. С. Четвериков в его работе «О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрения современной генетики»
# : 29 Сен 2010 , Чарлз Дарвин - великий популяризатор эволюционной идеи , том 34, №4

 Источник: logo.png

Автор: 

7618w135landscape.jpg

Сойфер Валерий Николаевич
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
д.ф.-м.н. заслуженный профессор
Университет им. Джоржа Мейсона

 

 

 

Начался второй сезон работы Амурской антропологической экспедиции АМГУ-МГУ-ЦПИ

Начался второй сезон работы Амурской антропологической экспедиции АмГУ-МГУ-ЦПИ

   Второй сезон своих исследований экспедиция проведет в с. Усть-Нюкжа Тындинского района Амурской области
16 сентября 2016 г. начала свою работу Амурская антропологическая экспедиция, организованная совместными усилиями Амурского государственного университета, НИИ и Музея антропологии МГУ и Центра палеоэтнологических исследований (Москва). Второй сезон своих исследований экспедиция проведет в с. Усть-Нюкжа Тындинского района Амурской области. Цель – изучить эвенкийское население этого крупного национального центра с точки зрения физической антропологии и антропологической экологии, учесть ряд биомедицинских аспектов его жизнедеятельности, восстановить этническую историю амурских эвенков. Исследование коснется как коренных жителей амурской тайги, так и представителей других народов, в том числе – русского. Планируется реализовать обширную антропологическую программу, включающую комплексное исследование морфологии тела, в особенности – головы и лица, фиксацию некоторых морфофункциональных признаков, мониторинг скоростей созревания и старения организма в условиях меняющейся природной и социальной среды. Ярким результатом обещает стать фонд антропологических фотографий и обобщенный фотопортрет эвенков Усть-Нюкжи. Особое внимание будет уделено сбору популяционно-генетического материала – отпечатков ладоней и пальцев рук, признаков зубной системы.    Для совместной работы со специалистами по молекулярной генетике осуществляется сбор буккального эпителия для выделения ДНК и дальнейшего её анализа.

   В предшествующем – своем первом – полевом сезоне Амурская антропологическая экспедиция работала в с. Ивановское Селемджинского р-на, в с. Первомайское и с. Усть-Уркима Тындинского р-на, в которых также изучалось коренное эвенкийское население, процессы его биологической адаптации, особенности морфологической дифференциации и метисации.

Источник: Центр палеоэтнологических исследований

О собирании доисторических древностей в России для этнографического музея

   48af33eec70298a101fcbb9631d34a38.jpg

   В 1862 г. в «Записках Академии наук» была опубликована статья «О Собирании доисторических древностей в России для этнографического музея» (1862. Т. 1. Кн. 1. С. 115-123). Ее авторами были два петербургских академика, К. М. Бэр и А. А. Шифнер. Бэр с 1842 г. возглавлял Анатомический кабинет, преобразованный позднее в     Анатомический музей. Коллекции кабинета Бэр разделил на три части: анатомическую, тератологическую и антропологическую. Большое внимание учeный уделял краниологии, присовокупляя к исследованиям по антропологии изучение ранней трудовой деятельности человека. В музее были сосредоточены и ценнейшие археологические находки: орудия труда, амулеты, украшения.

   Соавтор Бэра, А. А. Шифнер, возглавлял Этнографический музей. В 1861 г. ученые выступили на Общем собрании Академии наук с идеей создания объединeнного академического музея, посвященного антропологии, археологии и этнографии. Этому же была посвящена и вышеупомянутая статья, которая, как нам кажется, будет интересна и современным читателям

4d3ea1bd4fb931a90d55f4c2710e9c22.jpg

Карл Максимович БЭР (1792—1876) — ординарный академик (1828), вторично ординарный академик (1834—1862), почетный член с правом присутствия и голоса в заседаниях Академии наук (1862)


   Только народы совершенно грубые бывают равнодушны к своему прошедшему; забота о существовании подавляет у них все другие интересы. Но чем высшую степень образованности занимает народ, тем больше он принимает участия в исследовании своей старины. С целым народом происходит то же самое, что с каждым человеком порознь, который под старость охотно вспоминает про свою молодость и любит слушать об ней от других. Но как отдельный человек вполне понимает самого себя, лишь начиная с того времени, когда в нем самосознание и память достигли полного развития, а обо всем, касающемся его раннего детства, получает только отрывочные сведения от родственников или лиц, которые старше его летами и бывали в его родительском доме, точно так же полная история народа начинается лишь с того времени, когда он сам в состоянии записывать достопримечательные события; о предшествовавшем тому грубейшем состоянии он узнает из отрывочных показаний других народов, имевших с ним сношения, опередивших его в умственном развитии и обладавших искусством сохранять посредством письмен воспоминания о событиях, известных им по собственному опыту или по слухам.
   Итак, достоверная история зависит от знания письмен, и если у какого-либо народа нет письменности и если в то же время она неизвестна его соседям, то у него и не может быть истории; не было бы даже никаких сведений о прежнем быте таких народов, если бы не нашлись свидетельства другого рода.
Но самая письменность есть изобретение относительно новейшее, изобретение весьма медленно усовершенствовавшееся, не успевшее потому сохранить памяти в своем происхождении. Из сохранившихся данных можно впрочем по крайней мере с некоторою достоверностью проследить постепенный ход ее развития. Израильтяне, при выходе из Египта, уже умели писать, а Греки и другие европейские народы, как сами сознаются, переняли это искусство не прямо от Израильтян, а от родственных им семитических племен. Но сами ли эти народы первоначально изобрели письмена? Кажется, нет: они, без сомнения, подражали только Египтянам. На памятниках египетского зодчества уже в раннее время стали изображать предметы, которым приписывалось высшее значение, и таким образом Египтяне естественно были наведены на мысль употреблять изображения предметов вместо тех звуков, с которых начинались их названия. От этих начал, без сомнения, возникло фонетическое письмо древних Египтян, которое Израильтяне приноровили к своему языку. Подобным образом, хотя и совершенно самостоятельно, кажется, и знаменательное письмо Китайцев основано на изображении предметов, которое, постепенно сокращаясь, приняло значение символическое. Дальнейшее исследование этого предмета сюда не относится.     Мы хотели только указать на то, что исторические предания могут основываться и на других показаниях, кроме письменных, хотя, конечно, эти последние останутся менее полными, удовлетворительными и говорят лишь в общих чертах.

 c9470758e4215149d6eb76f1be17ad46.jpg

  Пирамиды древних Египтян и их громадные постройки относятся ко временам, далеко предшествовавшим письменности. В изображениях и изваяниях, которыми они украшены, нам представляются первые начала письменности, которая, конечно, сама не могла сохранить известия о собственном своем происхождении и развитии. А в тех странах, где нет таких громадных строений и изваяний, неужели люди исчезли без всяких следов? Или не найдутся ли и там, при внимательном исследовании, указания, бросающие свет на древнейшее население? Действительно, долго господствовало мнение, что нельзя знать ничего достоверного о быте и состоянии человечества, предшествовавшем изобретению письмен, именно относительно населения северной Европы, куда письменность была перенесена очень поздно. По состоянию необразованных племен, встречающихся в различных частях земного шара и не вступавших еще в сношения с просвещенными народами, ныне пользующимися всеми преимуществами образованности и искусств, догадывались только, что древнейшее население северной Европы находилось в таком же грубом невежестве. Справедливость этой догадки подтвердилась случайными находками вещей, зарытых в земле и найденных в различных частях Европы. Находили могилы, содержавшие в себе оружие, украшения и другого рода изделия из сплава меди с другим металлом, но не оказалось никаких следов железных изделий. Из этого наблюдения заключали, что предметы эти относятся к такому периоду, когда обработка железа была еще неизвестна, подобно тому, как железное производство было неизвестно во всей Америке во время ее открытия Колумбом, хотя во многих частях этого материка обрабатывались медь и золото. В других могилах были найдены лишь орудия, выделанные из камня, костей и (оленьих) рогов; точно так же употребление металлов вообще было неизвестно диким племенам, занимавшим внутреннюю Бразилию, Новую Гвинею, Новую Голландию, и большей части племен, населявших острова Тихого океана, до самого прибытия Европейцев. Известно, за какую высокую цену туземцы выменивали еще у знаменитого Кука железный топор или даже гвоздь.

e05a8e4f2cc8ac8a55da0fabe431ca55.jpg
   Но все эти находки могли повести лишь к разрозненным, бессвязным догадкам; систематическое изучение первобытного состояния европейских народов началось лишь с тех пор, как накопилось множество находок из доисторических времен в определенных местах и когда ученые, не довольствуясь одним сбережением найденных предметов, стали исследовать и отмечать все обстоятельства, сопровождавшие само нахождение. Только тогда явилась возможность различить виды могил и решить, что они принадлежат различным народам, сменившим друг друга; это доказывается уже разнообразными формами найденных черепов. Теперь лишь сделалось возможным приступить к следующим вопросам: какими средствами поддерживали свое существование первые жители Европы и именно северной? Когда и среди какой обстановки довольствовался человеческий род одними произведениями природы и когда познакомился он со скотоводством и земледелием? Какие народы изобрели искусство обработки металлов, плавящихся при не очень высокой температуре, и которые из этих народов первые познакомились с железом? Понятно, что все эти вопросы можно решать только очень медленно: единственными свидетелями этого отдаленного времени остались немые предметы; известия, передаваемые ими, скудны и отрывочны, так как из них сохранились лишь те, которые отличаются особенною твердостью; все остальное разрушено временем. Нигде эти исследования не нашли такого сочувствия, как в Дании и Швеции, а вслед за ними в Мекленбурге. В Копенгагене мало-помалу образовался огромный музей туземных древностей, благодаря стараниям начальника его, конференц-советника Томсена, и участию почти всего образованного сословия. Проходя по многочисленным залам этого музея, где сберегаются все возможные орудия и остатки домашней утвари, начиная с древнейших времен и оканчивая художественными произведениями средневекового искусства, посетитель невольно переносится в другие, давно прошедшие века и в несколько часов как будто переживает всю историю этих стран. В Дании и Швеции ученые убедились, что доисторическое время распадается на три главных периода — на каменный, бронзовый и железный век. Первый из них назван каменным на том основании, что в течение его все орудия делались из камня, кости и оленьего рога и дополнялись лишь деревом, мочалом или ремнем. Орудия бронзового века изготовлялись из металлов, легко плавящихся, а именно из золота, которое впрочем всегда было редко и дорого, и из меди с примесью других металлов; в Дании эта примесь состояла из олова (что и составляет собственно бронзу), в других странах из цинка. В 3-м периоде главную роль играет железо, которое, благодаря твердости, скоро заменило бронзу в изготовлении оружия, ножей, топоров и тому подобных предметов. Эти три периода, принятые уже четверть столетия тому назад, признаются и доныне, хотя ученые впоследствии убедились, что нельзя провести между ними резкой черты, как полагали прежде; естественно, что металлы были в первое время редки и дороги, а потому не могли сразу изгнать каменных изделий. Этого мало: самые эти периоды пришлось подразделить на другие, более частные периоды; так например доказано, что точеные каменные орудия стали употреблять гораздо позже грубых кремневых осколков, представляющих самый первобытный вид каменного орудия. Но откуда появилось искусство обрабатывать различные металлы? Кем и откуда вывезены разнообразные породы хлебных растений и домашние животные? — вот задачи, пока еще не тронутые, или, по крайней мере, не решенные. Осторожные Датчане и Шведы приписывают эти успехи общежития не первым жителям своих стран, а позднейшим пришельцам. Филология и история доказали, что вышеназванные образовательные элементы перенесены сюда из Азии; то же самое подтверждается и находками, добытыми в могилах. Но откуда именно и каким образом происходили эти переселения — это вопросы, которые можно будет разъяснить только тогда, когда и другие страны примутся за такие же усердные исследования остатков своей старины, как это сделал скандинавский север.

2f2eb77622935ef252fa29eedddc14fd.jpg
   И действительно, в некоторых странах ученые уже приступили к исследованию этих задач, в особенности в Великобритании, Швейцарии, Франции и Германии. Самое решение этих вопросов может быть найдено единственно в странах, лежащих между Азией и западной Европой — именно в России. Что касается России, то у нас со времен Карамзина ревностно занимаются той частью отечественной истории, которая основывается на письменных памятниках; но колыбель нашей народной жизни, все то, что предшествовало письменности, представляет еще сырой неразработанный материал. Разрывались у нас курганы, писались об них всевозможные отчеты; но дело в том, что, во-первых, все эти отчеты не подведены под общие точки зрения, а во-вторых, нет общего и достаточно обширного собрания всех родов найденных доисторических предметов. Такие предметы, если они не состоят из благородных металлов, часто даже и не сберегаются или по крайней мере не вносятся в общее собрание. У нас даже не решено, как называть те или другие предметы. Между тем все те из иностранных ученых, которые серьезно интересуются исследованием древнейшей истории человеческого рода, ждут с нетерпением возможно полных известий из России, послужившей переходной станцией для древнейших образовательных начал. Достаточно одного беглого взгляда на карту, чтобы убедиться, что этим переселениям из Азии в Европу оставалось на выбор только два пути: морской — через Греческий архипелаг или Геллеспонт, и сухопутный — через широкую русскую равнину. Высказанное нами подтверждается и примерами. Достаточно следующего: у нас уже давно заметили, что в так называемых чудских копях или чудских могилах в Сибири сохранились металлические изделия значительной древности; связь их с введением металлического производства в западной Европе и самое время разработки этих копей можно будет определить только тогда, когда составятся полные и правильные собрания таких находок, с достоверными и полными сведениями о месте нахождения. Приведем еще пример, доказывающий, каким подспорьем для западноевропейских изысканий могут быть наблюдения на обширном пространстве нашего отечества.

2511b21271aebd31ed1c9f4928590803.jpg
   В кельтских могилах часто попадаются бронзовые орудия, имеющие форму очень маленькой лопатки; много было различных толков о ее употреблении. Это загадочное орудие, названное учеными кельтом, встречается и в чудских могилах; но сделанное не из бронзы, а из кованой меди. Теперь мы узнаем от нашего усердного путешественника, г. Раде, что в восточной Сибири еще до сих пор это орудие употребляется для выкапывания сараны. Если Россия не займется изучением своей древнейшей старины, то она не исполнит своей задачи как образованного государства. Дело это уже перестало быть народным: оно делается общечеловеческим. Но затронется и разовьется интерес и чисто национальный, если мы узнаем результаты всего того, что сделано на этом поприще другими народами, и если облегчится классификация и номенклатура древностей, находимых в нашем отечестве.
   Поэтому Академия почла за нужное пустить в продажу по дешевой цене русский перевод датского сочинения знаменитого археолога Ворсо (Северные Древности Королевского Музея в Копенгагене, выбранные и объясненные профессором Копенгагенского университета И. А. Ворсо. СПб. 1861; 662 рисунка), в котором изображены и названы важнейшие формы предметов, находящихся в Копенгагенском Музее северных древностей. Тут можно найти отчетливое изображение более шестисот предметов. Сначала Академия думала было издать только ту часть этого сочинения, в которой заключается языческий и начинается христианский средневековый период, на том основании, что искусство проникло в Скандинавию вместе с христианством из Рима, в Россию же из Византии, отчего оно и получило у нас другие формы. Но так как издатель датского сочинения уступил Академии весь остаток заготовленных им оттисков за такую цену, за которую у нас нельзя было бы нарисовать и отпечатать и половины, то, наконец, было решено издать вполне все сочинение. Конечно, покупателям будет приятно иметь полное сочинение о северных древностях Копенгагенского Музея, хотя последняя треть его и не найдет в России такого применения, как первые две. Академия сделала еще более. Она отправила в прошедшем году в Швецию и Данию хранителя своего Этнографического Музея Л.Ф. Радлова, который усердно следит за этим предметом. Там он, при помощи гг. Томсена и Ворсо, изучил северные древности, прилежно также занялся северными языками, в особенности датским, для того, чтобы иметь возможность ознакомиться с многочисленными специальными трудами, появившимися в этих странах в разных видах и в разное время. Можно надеяться, что со временем он сделает доступными русской публике главнейшие из этих трудов в виде общих обозрений.
  

d6a90d86290c9473b114a9d81deca39a.jpg

   Этнографический Музей Академии уже имеет довольно значительное собрание доисторических древностей, добытых частью в Скандинавии, частью же в разных местах России. Конечно желательно, чтобы правительство учредило общий государственный музей для древностей, находимых в России, наподобие Копенгагенского, Стокгольмского, Берлинского и Шверинского. Мы имеем даже некоторые причины надеяться на осуществление этого плана. Но до тех пор, пока для предметов этого рода нет общего сборного места, надобно опасаться, чтобы они окончательно не рассеялись по разным местам. В таком рассеянном виде эти предметы не могут приносить желаемой пользы, особенно если неизвестны место и образ их нахождения, что более всего необходимо.
Потому Академия предлагает для хранения таких предметов свой Этнографический Музей, не смотря на ограниченность его помещений. Во главе его стоит дельный и опытный хранитель. Если же владельцы и обретатели подобных древностей почтут за лучшее передавать их в собрание Географического, Археологического или других обществ, то Академия может лишь объявить, что она вполне довольна. Академия, делая вышеприведенное предложение, не думает о собственном обогащении; напротив, она охотно передала бы общему государственному музею и весь свой этнографический музей, в котором сохраняются домашняя утварь, разного рода орудия, одежда и произведения искусства различных народов, живущих в России, предметы, из которых многие получат в скором времени историческое значение и сделаются редкостями. Но Академии дорога отечественная археология, ей дорога и научная честь русского государства, и потому ей было бы очень жаль, если бы древности, о которых шла речь на вышеприведенных страницах и которые изображены в предлагаемом сочинении Ворсо, сохранялись любителями без письменных показаний о местности и обстоятельствах, сопровождавших их нахождение. По смерти первых владельцев обыкновенно никто не знает, откуда эти предметы; они нисходят на степень детских игрушек и теряются. Снова найденные, они уже не имеют прежнего значения: их свидетельства недостоверны, иногда ложны.
Рисунки из книги И. Ворсо «Северные древности Королевского музея в Копенгагене…», изданной Императорской Академией наук в 1861 г. со вступительной статьей К. Бэра и А. Шифнера

Источник: logo.png

Авторы: 

5122w135landscape.jpg

Копанева Наталья Павловна
к.ф.н.
Старший научный сотрудник
Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН


7641w135landscape.jpg

Копанева Анна Николаевна
сотрудник
Российский этнографический музей

  • Слайдер 1
    Слайдер 1
  • Слайдер 2
    Слайдер 2
  • Слайдер 3
    Слайдер 3
  • Слайдер 4
    Слайдер 4
  • Слайдер 5
    Слайдер 5
  • Слайдер 6
    Слайдер 6
  • Слайдер 7
    Слайдер 7
  • Слайдер 8
    Слайдер 8
  • Слайдер 9
    Слайдер 9
  • Слайдер 10
    Слайдер 10

Сейчас на форуме

Форум закрыт
^ Наверх